– Оттуда не возвращаются. А это означает, что либо там чересчур хорошо, либо…
Бывший дальнобойщик замолчал, вглядываясь в приближающегося врага. Рядом на стене монтировали снятую с броневичка сорокамиллиметровую автоматическую пушку – как движущаяся боевая единица, один «хамви» Уотерхоула ничего не значил против отряда Макриди. Внизу, в прикованном к месту танке, сидел капитан Ульрих с тремя снарядами.
Подъезжающие цепью машины противника уже были хорошо видны даже без биноклей. Внезапно они остановились, из цепи выехал один из джипов и направился к городку. В окно кто-то высунул руку с белой тряпкой, развевающейся на ветру.
– Парламентер, – удивился Кларк. – Может быть, еще не все потеряно?
Джип подъехал совсем близко, когда с одной из вышек в мегафон заговорил металлическим голосом Красный Олень:
– Остановитесь и выйдите из машины! Повторяю: остановитесь и выйдите из машины!
Джип послушно остановился. Из пассажирской дверцы спереди выбрался человек в военной форме, даже каска имелась на голове, и, не опуская белого куска ткани, остановился у радиатора. Никаких звукоусилительных приборов у него не было, и он развел руками – что делать дальше?
– Герб! Скажи ему, пусть идет к воротам! – крикнул на вышку Кларк.
– Идите к воротам. Вас не тронут, – бесстрастно продиктовал индеец.
Человек в каске о чем-то посовещался с сидящими внутри машины и направился к воротам. Белой тряпкой он, похоже, на ходу вытирал с лица пот.
– Идем, – бросил Кларк, спрыгнув с мостика вниз. Шибанов спрыгнул следом, едва не столкнувшись с Джеем-Ти.
– Только ни о чем не спрашивай! – предостерегающе поднял розовые ладони негр. Ростислав с улыбкой подмигнул и заспешил к воротам.
Их открыли ровно настолько, чтобы парламентер мог войти внутрь, и сразу же закрыли.
– А у вас здесь уютно, – сказал парламентер, аккуратно складывая свой белый флаг и убирая его в карман куртки. Это оказался светлокожий человек средних лет с ухоженными усиками. Он поправил очки в тонкой золотой оправе и выжидающе огляделся в поисках главного. Главный был тут как тут.
– Представьтесь для начала, – сказал Кларк сухо.
– Лейтенант Дональд Смоллвуд, – отрекомендовался парламентер. – Командир мобильного отряда Республиканской армии.
– Республиканской армии, вот как, – усмехнулся бывший дальнобойщик. – Что-то я не помню, чтобы Макриди о таком говорил в своих радиообращениях.
– Название принято совсем недавно, – с достоинством сказал Смоллвуд. – Я уполномочен от лица командующего Республиканской армией генерала Эрвина Макриди предложить вам сдаться. После капитуляции поселения мы обещаем сохранить всем жизнь. Ваше оружие, продукты питания, горючее, вода и прочее переходят в собственность Республиканской армии и будут распределяться согласно правилам, установленным в ней.
– Интересно было бы познакомиться с правилами, – заметил Шибанов.
Лейтенант изучающе посмотрел на него, снова поправил очки и продолжил, проигнорировав реплику:
– Комендантом поселения буду назначен я.
– А зачем? – спросил Шибанов. – Насколько я понимаю, принцип так называемой Республиканской армии – забрать все, что есть, и двигаться дальше, чтобы награбить еще. Вы же не собираетесь заниматься здесь, скажем, сельским хозяйством?
– Вы кто? – со вздохом обратился к нему лейтенант.
– Лейтенант Шибанов, – не удержался Ростислав.
– Лейтенант, вы слишком много знаете, как я посмотрю.
– Я быстро учусь. Как и вы… Гофер?
Парламентер опять привычным движением поправил очки и улыбнулся одними губами:
– А я-то пытался вспомнить, где раньше вас видел… Неожиданная встреча, ничего не скажешь.
– Расти, ты знаешь этого типа? – недоуменно спросил Кларк.
– Итак, продолжим, – сказал лейтенант. – Вы согласны капитулировать?
– Какие у вас гарантии?
– Никаких. Вы либо капитулируете и остаетесь живы, но подчиняетесь новым законам и правилам, либо погибаете. Тем, кто выживет в случае штурма, я ничего гарантировать не могу и подавно.
– Послушай, Гофер, – мягко произнес Шибанов, беря лейтенанта за рукав и разворачивая к себе. – Убирайтесь отсюда, пока не поздно. Может быть, вы и возьмете Уотерхоул. Но делить награбленное будут далеко не все ваши бандиты. И ты в том числе, я об этом позабочусь лично.
– Не смейте меня трогать! Я парламентер! – взвизгнул лейтенант, вырывая рукав из пальцев Ростислава. Перед русским сразу предстал тот, прошлый Гофер: трясущийся очкарик в шортах и футболке с рекламой пончиков, переминающийся с ноги на ногу, словно из боязни обмочиться.
Вокруг засмеялись.
– Идите себе, сэр, – вежливо сказал Фил Гибсон, подталкивая парламентера к вновь приоткрывшимся воротам. – Идите. Скажите своим, может, они передумают и поедут по домам.
Однако по лицу Гофера-Смоллвуда было ясно, что он ничего никому не скажет.
– Секунду, Фил, – попросил Ростислав и остановил лейтенанта. – Что все же случилось? Мне в самом деле интересно.
– Что случилось? – повторил Смоллвуд. – Что случилось… Ваш приятель, тот, полицейский… Он показал мне, как нужно теперь жить. В заново сложившихся условиях.
– Он не был полицейским, – сказал Шибанов.
– То есть?
– Он был обычным преступником, который переоделся в форму копа. Неплохим человеком, да, но – преступником. А кем были вы? Риэлтором?
– Как вы угадали? – лейтенант сделал было еще шаг к воротам, но замер.
– Интуиция, – сказал Ростислав.
Гофер повернулся и вышел. Пошел к джипу, потом ускорился и побежал трусцой. Шибанов подумал, что лейтенант отчаянно удерживается, чтобы не оглянуться назад через плечо. С вышки кто-то презрительно заулюлюкал.
– Ты не ответил, Расти, – сказал бывший дальнобойщик. – Знал этого типа?
– Встречались. Тогда он был никем. Думаю, мы правильно поступаем, что не сдаемся армии, в которой такие лейтенанты, Рой.
– Тогда идем на стену, потому что вот-вот начнется самое интересное. Хочешь хлебнуть?
Кларк протянул Шибанову початую бутылку виски.
– Ты уже принял дневную норму, Рой, – с улыбкой сказал Ростислав. – А я не пью.
– Сегодня особенный день, Расти, – с такой же улыбкой сказал Кларк. – А в раю виски точно нет. Там только амброзия, а я не уверен, что мне она понравится. Наверное, чересчур сладко.
Ростислав взял бутылку и сделал большой глоток.
Противник выжидал. Во время своего визита в Уотерхоул лейтенант Смоллвуд имел возможность рассмотреть вблизи танк и вышки с турельными пулеметами. Что еще в запасе у защитников городка, они даже не представляли. Вероятно, сейчас шли активные переговоры с генералом Макриди по поводу того, начинать штурм или ждать подкрепления.
