- Ты можешь выпустить людей с "Данаи" из трюма, - ровно сказал он Только проследи, чтобы никто из них не открыл наружный люк.
Когда Джинни вернулась вместе с дрожащими, не верящими, растерянными пассажирами и экипажем "Данаи", Хорн сидел в кресле, которое занимал перед этим Ларсен. Он кивнул на лежащую на полу фигуру Ларсена, удобно сжимая его оружие.
- Я хочу, - коротко сказал он капитану "Данаи", - чтобы Ларсена аккуратно выгрузили вниз на веревке через шлюз в рубке. Затем закройте шлюз, и мы отправимся туда, где нам давно уже пора быть.
Потрясенная Джинни начала задавать вопросы.
- Я не хочу даже прикасаться к нему еще раз, - сказал Хорн. - Слишком велико искушение. Он причинил тебе вред, Джинни. Я хочу его убить.
Джинни напряженно сказала, что не понимает, что произошла, но...
- Я заставил его принести мне балансировочную катушку, - голосом, лишенным всякого тона, сказал Хорн. - Он знал, что она используется для балансировки корабля путем смещения его центра тяжести. Но он не понимал, что она толкает, как искусственная сила тяжести. Поэтому я направил на него луч, соответствующий толчку с двадцатикратным земным тяготением, и его расплющило по боковой стенке. Никто не сохраняет сознание дольше нескольких минут при восьмикратной перегрузке. Он попал под двадцатикратную.
Отчаянный стук в кормовой люк продолжался. Хорн сидел спокойно. Он приказал, чтобы никто не отвечал на эти удары прикладами бластерных ружей. Он с интересом слушал, когда ему рассказали что произошло, когда Ларсена опустили из люка в рубке: его безжизненно свисающее тело было принято командой "Тебана".
- Все это прекрасно, - успокаивающе сказал он капитану "Данаи". Готовы ли вы принять командование и проложить курс на Фомальгаут? У меня, кажется, сломана лодыжка. Я хочу, чтобы поскорее вправили перелом. И у меня есть еще одно, скажем так, дело, которое мне нужно уладить.
Капитан "Данаи" с опаской посмотрел на гигантские двигатели "Тебана". Они были массивными и древними, и он им не доверял.
- С ними все в порядке, - уверил его Хорн. - Это были двигатели Рикардо. Я их более или менее переделал, пока мы летели сюда. Теперь это упрощенные двигатели Рикардо. Фактически, это те же самые двигатели, которые были на "Данае", за исключением того, что с них не снята масса бесполезных деталей.
Он продолжал безмятежно сидеть в кресле, когда в машинном отделении загорелся сигнал "Подготовить двигатели". Он не обратил особого внимания на взлет корабля. Пришла Джинни и села рядом с ним. Она начала задавать вопросы. Она согласилась с тем, что лучше всего было оставить команду "Тебана" здесь с тем, чтобы о ней позаботился кто-нибудь другой.
- Да, - сказал Хорн. - Мне очень любопытно было бы узнать, что будет говорить эта команда о Ларсене, когда их подберут.
Джинни напряженно досмотрела на него.
- Ты хочешь сказать... ты что, полагаешь, что...
- О нет! - криво улыбнулся Хорн. - С чего бы им на него злиться? Ни о чем таком я не думаю.
Но на самом деле именно "о таком" он и думал. Он старательно объяснил капитану "Данаи", что полуметровый слой купюр на полу нужно тщательно пересчитать. Оказалось, что большая часть денег, которые они считали потерянными, была спрятана на "Тебане". Эти деньги нашли.
Хорн также твердо объяснил, почему "Тебан" не должен выходить на орбиту вокруг Гермеса, чтобы попытаться определить координаты севшей "Данаи": все равно не было никакой возможности поднять ее снова в космос без второй пары аварийных ракет, которых на "Тебане" не было. Он объяснил и многие другие вещи. Джинни следила за ним с удивлением и уважением.
- Но я не понимаю, - сказала она ему через два дня после старта с Каролы на пути к Фомальгауту, - почему ты берешь на себя решение всех этих проблем? Ты что, не хочешь быть просто пассажиром, учитывая твою лодыжку?
- Конечно, хочу, - сказал Хорн. - Я сейчас хочу как можно скорее попасть на Фомальгаут.
- Но почему? - настаивала Джинни. - Что за спешка?
- Ты не забыла, что мы собирались пожениться? - спросил Хорн. Где-то дней десять назад? У нас и так украли десять дней счастливой жизни отныне и присно. И я не хочу терять еще время, если могу эту потерю предотвратить. Поэтому я и настоял на безостановочном полете к Фомальгауту. Ты это ставишь мне в вину?
Джинни улыбнулась ему, и затем осторожно посмотрела по сторонам. В этой части "Тебана" никого не было видно. Она быстро поцеловала его, а затем снова приобрела очень порядочный и совершенно неромантический вид. И они улыбнулись друг другу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
