Несмотря на патологическое равнодушие мировой географической науки к Огненному континенту, вызванное отсутствием государственных субсидий на его изучение, сюда ежегодно со всех уголков Земли устремляются сотни, может быть, тысячи авантюристов. Упорные слухи о древних заброшенных городах предтеч, таящих немыслимые сокровища, – хорошая приманка для отчаянных смельчаков. Время от времени в народе смакуются слухи, будто бы кто-то из них не только возвратился живым из зеленого ада дикой сельвы, но и принес с собой чудесные артефакты, сказочной красоты драгоценные безделушки и другие вещи, принадлежавшие некогда неведомым разумным существам.
Сам я никогда не встречал таких счастливчиков, не видел никаких артефактов и безделушек и до определенного момента относился к этим сплетням с большой долей скептицизма. Теперь, когда в наших руках находится загадочная шкатулка, сомнения в правдивости этих слухов изрядно пошатнулись. Не из офирских ли джунглей попала она прямиком в сейф одного весьма уважаемого и очень состоятельного эльфа? И теперь неумолимый рок или необъяснимый поворот судьбы гонит самого удачливого вора Вундертауна, а может быть, и всего Нордланда, прямиком на юг в жаркие влажные объятия Экваториального Офира на поиски последнего дракона Земли со странным, забавным именем Громыхала.
После того как «Носорог» миновал последний блокпост армии Западной Коалиции, широкое асфальтированное шоссе резко оборвалось. Дальше не было вообще никакой дороги. Впрочем, для нашего транспортного средства это не имело особого значения. Пришлось немного сбавить скорость, чтобы в неверном свете прожекторов ненароком не налететь на отдельно стоящий баобаб или не заехать колесом в глубокую нору какого-нибудь местного гигантского сурка.
Хвала Создателю, баобабы на нашем пути не встретились, а землеройки подходящего размера, по всей видимости, дружно откочевали в другие – более удобные для обитания районы Офира.
К двум часам ночи мы выкатились к обрывистому склону правого берега Коричневой. Это означало, что еще десяток километров вдоль русла, столько же на юго-восток, и мы покинем полуостров Саландор, выберемся из зоны оккупации и окажемся на независимых землях вольных пастухов, где всяк себе хозяин и может делать все, что ему заблагорассудится.
Памятуя о скором привале, я немного поддал газу и в приподнятом настроении начал насвистывать мотив «Арии веселого шута» из популярной оперы, не забывая при этом внимательно следить за дорогой.
Мои товарищи, все без исключения, безмятежно спали на боевых постах. Пусть отдохнут. В крайнем случае, нетрудно переключить на себя управление вооружением. Интуиция подсказывала, что сегодня уже не придется повоевать, да и не с кем, мои «ментальные локаторы» в радиусе двадцати километров не фиксировали никакой опасности. Хоть события последних дней убедительно продемонстрировали, что полностью полагаться на сверхчувственное восприятие нельзя. Однако сейчас я был абсолютно уверен, что нам ничего не угрожает.
Как бы в ответ на мои мысли, сзади что-то зашевелилось, из десантного отсека показался Злыдень. Подойдя к водительскому креслу, он положил тяжелую голову мне на плечо и успокаивающе лизнул в щеку.
– Знаешь, за что я люблю тебя, Злыдя?
Пес присел на задние лапы справа от моего кресла и внимательно посмотрел мне в глаза, как бы спрашивая: «За что же, если не секрет?»
– А люблю и уважаю тебя за кроткий нрав и умение прощать мелкие обиды. Ты уж прости! Зря я тебя тогда ногой…
Не дав докончить извинительную речь, Злыдень еще раз лизнул меня в щеку, дескать, хватит, Коршун! Проехали! Кто старое помянет, тому глаз вон.
– Спасибо тебе, верная псина! – свободной рукой я обнял друга за толстую лохматую шею…
Баобабы здесь все-таки произрастали, точнее не баобабы, а какие-то корявые деревья высотой пять-шесть метров с плоскими раскидистыми кронами и толстенными жилистыми стволами. При взгляде на эти стволы невольно приходило в голову, что в процессе добывания влаги из-под земли дерево вынуждено постоянно сильно напрягаться, отчего его «мышцы» вздулись, будто у чемпиона по бодибилдингу.
Еще издали я заприметил небольшую рощицу этих «культуристов» и решил, что лучшего места для отдыха не найти. Во-первых, не нужно предпринимать дополнительных мер для маскировки «бээмдэшки» – ветви деревьев с успехом заменят маскировочный тент. Во-вторых, нам не помешает кусочек тени, когда дневное светило примется щедро поливать окрестности своими чрезмерно живительными лучами. И, наконец, из многочисленных литературных источников я почерпнул одну неопровержимую аксиому: если где-то в засушливой местности вам посчастливилось обнаружить если не лес, то хотя бы небольшой оазис – там обязательно найдется вода.
Мои предположения оправдались полностью. Когда «Носорог», лавируя между стволами, проехал пятьдесят метров в глубь рощи, свет прожекторов отразился от ровной глади небольшого озерка, по форме почти правильный круг диаметром около двадцати метров. С противоположной стороны из водоема вытекал тонюсенький ручеек и серебристой змейкой исчезал между корней «баобабов».
Неплохо – вода не стоячая, значит, риск подцепить какую-нибудь желудочную хворь при употреблении ее внутрь минимален. Искупаться также можно без опасения, что назавтра кожа покроется жгучей сыпью, а температура тела зашкалит за сорок.
– Райское местечко! Согласись, Злыдя? – заглушив мотор, я обратился к другу с риторическим вопросом.
Пес, в знак полного одобрения моего выбора, негромко тявкнул, вскочил на ноги и, виляя хвостом, пригласил на совместную ночную прогулку.
– Нет, друг, я не пойду – устал, как… – хотел сказать «собака», но вовремя осекся, – портовый грузчик после двенадцатичасовой смены. Погуляй один. Только далеко не убегай – мало ли какое зверье крутится поблизости. Дверцу на всякий случай оставлю приоткрытой. Разбудишь Брюса, если понадобится, меня не тревожь.
Дверь мягко распахнулась. Из темного проема внутрь машины вторглась влажная духота тропической ночи, потеснив кондиционированный воздух. Бдительные электронные датчики мгновенно зафиксировали изменение физических параметров внутри помещения, кондиционеры заработали с удвоенной нагрузкой, и дополнительные потоки прохлады вытеснили незваного гостя туда, где ему и полагалось находиться.
Злыдень уверенно выскочил «за порог». Постоял несколько мгновений, задрав морду кверху. Влажным кончиком своего нюхательного аппарата проанализировал окружающую среду и, собрав достаточное количество информации, испарился в шуршащей, звенящей, квакающей и ухающей на разные голоса тьме, не забыв вильнуть на прощание хвостиком.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
