не выйдет, но смотря на его немного покрасневшие губы из-за поцелуев, в его темно-синие глаза, на то, как он смотрит в ответ, я загораюсь как никогда раньше.
Хочу головой вниз, вместе с ним, скинуться с этого обрыва страсти. Хочу его прикосновений, хочу видеть, как он с такой же силой желает меня.
Только с ним вот так. А ему какого? Для него я такая же, как и все?
— Я для тебя, как вещь? — мучающий меня вопрос слетает с губ раньше, чем я могу подумать.
Одноразовый секс. Это грустно. Очень… В то время как я ощущаю гораздо больше. Он моя мечта, моя первая любовь и стоило бы это все отпустить… Но так не хочется продолжать мучить себя, думать о нем.
А вдруг все пройдёт? Да и я достаточно взрослая, чтобы принять такое решение.
— Ты моя Марина, не его, — шепчет он, наклоняясь ещё ниже. — Только моя.
Для меня этого недостаточно, но и ждать от него признаний слишком наивно.
Максим медленно снимает с меня нижнее белье, поднимает платье вверх, а у меня сердце готово вырваться из груди.
Я забываю, как дышать, когда он медленно опускает штаны, показывая мне, что трусов на нем нет. Он ведёт рукой по своему напряжённому, красивому, ровному члену. Я не могу оторвать взгляда. Большой, даже слишком…
Я все ещё помню как…
— Не стоит, — останавливаю его, когда он с поцелуями начинает опускаться ниже, чтобы поцеловать меня прямо между ног. — Прости, но нет.
К таким ласкам я не готова, это слишком смущает, я этого не выдержу.
— Я тебя понял, — хмыкает он, хотя взгляд его выражает крайнее недовольство и даже укол обиды.
Я все ещё могу передумать.
Ну же скажи ему «нет»! С Волковым думать не нужно было, а тут, как язык проглотила.
Макс словно слышит мои мысли, накидывается с жарким поцелуем, который длится, кажется, целую вечность.
Его руки буквально везде, где только можно. Они лапают, сжимают, ласкают каждый участок тела, до которого он может дотянуться.
— Маришка, ты такая красивая, слов нет…
В один момент я оказываюсь на нем, он принимает сидячее положение, зарываясь одной рукой в мои волосы, второй держит за талию, ни на секунду не прекращая целовать, отрывается лишь на мгновение, когда решает стянуть платье, из-за которого мне уже давно трудно дышать.
Кожа к коже. Моя холодная и его огненно-горячая. От лёгких прикосновений я покрываюсь сотнями мурашек. Из горла выходят неконтролируемые стоны, а когда его член оказывается между моих ног, я напрягаюсь. Но Максим не даёт передумать, слегка толкается, отрывается от губ и перемещается к шее.
— Ох, блять, — кусает он меня, когда оказывается внутри. Далеко не полностью и даже не наполовину. — Как же хорошо…
Я ощущаю дискомфорт, небольшую боль от проникновения, но стараюсь привыкнуть к его размеру, хотя это крайне тяжело, меня словно пронзает железная кочерга.
Я ощущаю каждую его вену, сжимаюсь, от чего он начинает тяжело хрипеть мне в ухо.
— Если ты не расслабишься, я кончу, — впивается пальцами в рёбра, останавливая меня. — Малыш, прошу, перестань меня сжимать, я же серьезно…
Пытаюсь сделать, как он просит, выравниваю дыхание, ощущая его головку в себе. Медленно опускаюсь на пару сантиметров вниз.
Он дрожит вместе со мной, покрывается потом, каждое его движение аккуратно. он держит меня в руках, помогая раскачиваться, настолько трепетно и нежно, что я не могу поверить, что с ним это возможно.
Я знаю, что в сексе он грубый, несдержанный и никак, но не могла и предположить, что он будет думать обо мне. Каждое движение плавное, каждое касание возвышает до неописуемого удовольствия, а поцелуи сводят с ума, покоряют навсегда.
Но долго наслаждаться нежностью он не даёт, переворачивает меня на спину, его движения становится резче, в глазах читается такой жар, что мне стоило бы испугаться, но я подаюсь ему навстречу.
Когда он проникает слишком глубоко, я вскрикиваю, и он останавливается, с его виска стекает капля.
— Я не смогу так долго держаться… — говорит он немного с болью в голосе. — Можно мне пожёстче?
— Продолжай… — шепчу я, обнимаю его за плечи и притягиваю к себе.
Так легче, потому что я не могу смотреть в его глубокие глаза, мне даже стыдно, что я позволяю все это делать с собой и в тоже время мне слишком хорошо, чтобы остановить это.
Это неправильно… Неправильно.
— Спасибо, если будет больно, останавливай меня.
Крепче обхватываю его талию ногами, царапаю его спину и целую в шею, от чего он начинает шипеть и входить намного резче, с такой силой, что мне кажется, желает вбить меня в матрас.
Я слышу, как сильно бьется кровать об стену, Максим просто перестаёт себя контролировать, звереет в момент.
От его скорости у меня в животе скручивает, а когда он просовывает, между нами руку и ласкает меня, то я вовсе теряюсь в пространстве и времени. И это длится и длится, мучительно долго и так мало, что не хочется, чтобы он когда-нибудь останавливался.
Это так прекрасно, что слёзы текут по щекам, когда я ощущаю приход экстаза. Все словно в тумане, мое тело вздрагивает, как и его. Мы оба взрываемся, потом я чувствую, как его член напрягается ещё больше, как он начинает пульсировать, а после, он резко вытаскивает его и горячие капли вырываются на мой живот.
Максим опускается на меня, придерживая на одной руке вес своего тела, а я глажу его по мокрой спине, продолжая тихо, незаметно плакать. Не понимая от счастья или от неизвестности.
Глава 42
До меня медленно доходит осознание произошедшего и вместе с этим появляется шок.
Мы с Максом переспали, несмотря на то, что тысячу раз обещала себе, что не подпущу его к своему телу, чтобы он не сделал. Не буду его одноразовой девкой, каких было у него навалом.
А в итоге
