Коделл и его товарищи на линии огня устало поднялись чтобы осмотреться. Мертвые и раненые лежали толстыми слоями на земле за баррикадой, теперь янки даже не смогли бы и перебраться через них. Солдаты начали оказывать первую помощь тем, кому могли, и передавать их задним, которые могли еще ходить. Санитары, которые носили зеленые пояса - так же, как и их коллеги у федералов - вышли вперед, чтобы подтащить на носилках тех, кто не мог ходить самостоятельно.
Разгоревшийся огонь достиг дороги в паре сотен ярдов к югу от бруствера. Он зацепил одежду лежащего северянина. Через несколько секунд, его патроны начал взрываться со звуком кукурузных зерен при нагревании. Лежащие рядом раненые судорожно задергались, пытаясь избежать пламени.
Несколько южан начали спускаться с баррикады, чтобы попытаться спасти янки от огня, но тут же развернулись назад - показался еще один полк федералов.
Автомат в руках Коделла уже почти раскалился. Казалось, этот день, день непрерывной стрельбы по синемундирникам, никогда не кончится. Он посмотрел сквозь листья и вьющийся дымок на переместившееся солнце. Оно уже низко склонялось к западу. Если ничего не случится, надвигающаяся ночь даст передышку.
После неудачных атак трех полков дорога перед баррикадой была забита телами. Оттуда раздалось несколько выстрелов, легко раненые использовали трупы своих товарищей, как заграждения. Через тела убитых и раненых начал пробираться отряд вновь подошедших федералов. И все началось сначала. Коделлу и его товарищам снова пришлось демонстрировать ужасный пример того, что могут сделать автоматы.
Федералы имели эти ужасные примеры прямо перед своими глазами. Они уже не действовали с той же стремительностью, что их предшественники. Когда солдаты в авангарде колонны начали падать, синемундирники замешкались. Перекрывая вопли раненых, офицеры начали кричать на своих солдат, пытаясь заставить их двигаться вперед, несмотря на встречный огонь. В это время, заглушая крики и вопли перед баррикадой, к югу отсюда раздался просто гром выстрелов. Южане начали оглядываться с удивлением и тревогой. Даже их командиры прекратили свои призывы к атаке.
Коделл нахмурился. Когда он устало подумал о новой схватке, Молли Бин стукнула ему по плечу и заорала: "Это генерал Лонгстрит!"
"Лонгстрит." Машинально повторил он. Словно молния сверкнула в его голове. Тогда он тоже закричал: "Лонгстрит!"
Если кавалерия Ли ударила по федералам с юга, а Хилл удерживал их от продвижения на север, то янки оказывались почти в безвыходном положении.
Те тоже поняли это. Они столпились, представляя превосходную мишень. И снова двинулись в атаку. Теперь командирам не нужно было подгонять их. Они знали, что должны были прорваться, если хотели выйти из окружения.
"Огонь!" - крикнул Коделл. Голубая волна снова выросла перед бруствером. Как и три раза перед этим, конфедераты просто снесли ее. Ни один янки не смог прорваться сквозь пятидесятиярдовый завал из трупов. Капитаны и лейтенанты, воодушевлявшие своих солдат, были впереди. Как и во всех войсках по обе стороны войны, большинство солдат брали пример со своих командиров. Иначе они старались уклоняться от опасности и не лезть вперед.
Пара синемундирников стояла с высоко поднятыми в воздух пустыми руками. "Эй, южане, не стреляйте!" - крикнул один из них, его северный акцент резко ударил по ушам Коделла. - "Мы сдаемся."
Коделл огляделся. "А где лейтенант?" - спросил он, не видя никого старше его по званию.
"Его убили," - коротко ответила Молли Бин.
"Ох, ты- ж." Не раздумывая больше, Коделл приказал федералам: "Двигай вперед, янки. Да пошустрей. Если нам опять придется стрелять, вы окажетесь прямо под огнем."
Северяне бросились к баррикаде. Коделл криком направил их обойти заграждение по краю дороги. Было слышно, как они ломились там сквозь заросли. Исчезнув на некоторое время, они выбрались на дорогу уже за баррикадой. Конфедераты быстро освободили их от вещей и денег, которые были у них. "Обувь тоже, янки," - сказал босой рядовой. - "У одного из вас, возможно, найдется мой размер, а если нет, я все равно обуюсь, а другую пару передам когму-нибудь еще."
Пленные не протестовали. "Забирай что хочешь, южанин," - сказал один из них, снимая крепкую походную обувь. - "Я так рад, что в меня больше не стреляют, что не думаю ни о чем другом. Когда вы начали стрелять в нас, я подумал, что у вас там миллион людей, а может, два." Конфедерат усмехнулся на это.
Коделл направил пленных в тыл. Затем подошел к баррикаде, чтобы посмотреть, готовятся ли северяне еще к одной атаке. Стрельба на юге приближалась - это означало, что дела у Лонгстрита идут хорошо. Стрельба на севере также становилась все громче, вернее, распространялась все шире; артиллерийские залпы смешивались с ружейными.
Солнце опустилось, кроваво-красный шар высвечивал окровавленные тела, нагромождение веток, завитки порохового дыма и очаги пламени. Пятой атаки янки не было. С наступлением темноты гул сражений на севере и юге начал ослабевать. Он также начал утихать в лесу к востоку от Брок-роуд, хотя и не угас совсем, вспыхивая чуть не ежечасно короткими всхлипами.
Коделл оглядел баррикаду и окрестности. Но кроме Молли Бин никого из знакомых не увидел. Любой бой обычно разбрасывал аккуратные походные линии. Битва в Дикой Земле лишь усугубила это. Он спросил: "Мелвин, ты не знаешь, где остальные ребята из 47-го?" Молли показала на восток. "Некоторые из них застряли в зарослях вон там, где-то в полумиле. Какое-то время я была с ними. Потом услышала здесь стрельбу и побежала на помощь."
"Ночь уже не за горами," - сказал Коделл. - "Давай-ка пойдем посмотрим, может, наткнемся на ночевку нашего полка." Она кивнула и последовала за ним, когда он направился в кусты. Пробираться по зарослям в сумерках было еще хуже, чем днем. Любой индеец рассмеялся бы, услышав шум спотыкающегося Коделла в борьбе с терновником и кедровой молодью.
"Кто идет?" - раздался настороженный голос впереди.
"Двое парней из 47-го Северокаролинского," - быстро ответил Коделл, прежде чем нервный владелец этого голоса не начал стрелять. Молли Бин, идущая за ним, усмехнулась. Он проигнорировал ее усмешку; для него она сейчас была солдатом, а не женщиной. Он спросил в ответ: "А вы кто?"
"Пятнадцатая Северокаролинская бригада Кука," - ответил все еще невидимый человек более спокойным голосом. "Вы из бригады Киркланда, верно?"
"Да, оттуда," - согласился Коделл. По крайней мере, он разговаривал с кем-то из своего корпуса.
"Держитесь на восток. Там найдете своих."
Коделл продолжал идти в указанном направлении. Он так и не увидел человека, с которым разговаривал. Его и Молли еще два раза окликнули за короткое время. Он также сам опрашивал несколько небольших групп людей: солдат, идущих в западном направлении в поисках своих полков. Он был уверен, что это не враги там, в наступающей темноте. Но осторожность не была лишней. В Диких Землях уверенность мало что значила.
