Вероятно, истина лежит где-то посередине. Хотя очевидно, что люди всегда с готовностью перенимали опыт других народов, но многочисленные открытия археологов XX века убедительно показывают, что развитие цивилизаций не шло путем механического распространения культур от долин Нила, Евфрата и Тигра по всему миру. Новые очаги земледелия и скотоводства обнаруживали далеко от центральной оси первых мировых цивилизаций. Хотя есть все основания полагать, что многие из новых очагов оседлой жизни в Африке и Северной Евразии (и даже, возможно, в Америке) создавались под непосредственным воздействием стран центральной магистрали, все же очевидно, что для их возникновения были нужны особые условия, которые существовали на трансконтинентальных магистралях и вблизи от них, но отсутствовали на огромных пространствах между ними.
СУЩЕСТВОВАЛА ЛИ ДРЕВНЯЯ ЦИВИЛИЗАЦИЯ НА СЕВЕРНОМ ПУТИ?
(См. карту «Очаги оседлой жизни в Северной Евразии».)
Можно предлагать различные объяснения, почему первые мировые цивилизации сложились там, где могли проходить главные маршруты древних зверей, но трудно усомниться в появлении первых очагов оседлости там, где они возникли. Между тем представлениям о ведущей роли центральной сухопутной дороги в развитии первых цивилизаций противоречат гипотезы о существовании древней культуры на берегах Северного Ледовитого океана, потомки которой, сохранив ее наследие, стали пионерами цивилизации. Ссылаясь на туманные места в иранских и индийских преданиях, авторы этих гипотез видят в описаниях мифической страны сходство с Арктикой. В этих гипотезах ссылаются на то, что некогда климат в Арктике был значительно теплее, а поэтому, утверждают их создатели, там могла сложиться развитая цивилизация. Кроме того, эти гипотезы обычно принижают роль экваториальных рас в создании первых цивилизаций.
Поддерживая эти гипотезы, Альфред Розенберг в своей книге «Миф XX века» указывал на соответствующие места из иранских мифов о Заратустре: «Если Ахурамазда говорит Заратустре: «Только один раз в году видно, как заходят и восходят звезды, луна и солнце, а жители считают год днем». Из этого идеолог нацизма делал вывод: «Это далекое воспоминание о северной родине персидского бога света, потому что только в полярной области день и ночь длятся по шесть месяцев, а здесь весь год длится всего сутки». Розенберг находил подтверждение «нордической» гипотезы и в отрывках из индийского эпоса, замечая: «Об индийском герое Арджуне Махабхарата может сообщить, что при его посещении горы Меру солнце и луна ежедневно совершали круговое движение слева направо, представление, которое никогда не могло возникнуть на тропическом юге, потому что только на крайнем Севере колесо солнца катится вдоль горизонта. К индийским адитам обращена просьба: «Да не опустится тьма на нас», а светлому Агни жалуются на то, что он долго пребывал в длительной тьме, и все это можно отнести к глубокой гиперборейской ночи».
В поддержку предположения о существовании древней цивилизации в Арктике Розенберг помешал легендарную Атлантиду на крайний север Атлантического океана, утверждая: «Совсем не исключено… что на том месте, где сейчас бушуют волны Атлантического океана и плавают айсберги, над волнами возвышался цветущий материк, где творческая раса создавала великую, широко распространяющуюся культуру и посылала своих детей в качестве мореходов и воинов в мир».
Эти гипотезы, популярные в начале XX века, сейчас снова возродились в самых разных вариантах, однако их популяризаторы стараются не вспоминать про их горячего сторонника Розенберга, который использовал эти предположения для обоснования идей о превосходстве «нордической расы». Разумеется, данные, имеющиеся ныне у исторической науки, могут быть недостаточными и в будущем человечество узнает много нового о своем прошлом, в том числе к об оседлой жизни в Арктике до начала ледниковых периодов. Возможно, что некоторые места в древнем эпосе иранских и индийских народов указывают на их северное Происхождение и косвенным образом подтверждают их движение на юг по мере наступления арктических льдов. Однако до сих Пор гипотеза о существовании некогда в Арктике развитой цивилизации пока не имеет никаких бесспорных материальных подтверждений. Нет никаких вещественных свидетельств и в пользу антарктической гипотезы Хэнкока.
Арии; вторгшиеся в Индостан, иранские племена, покорившие страны Передней Азии, были не носителями более развитой цивилизации, как утверждали авторы «нордической» расовой гипотезы, а находились на более низком уровне развития, чем население первых цивилизованных стран Евразии. Причины же, по которым эти «нордические» народы одолевали более развитые страны, были те же, которые способствовали победам народам иного этнического и расового происхождения над другими высокоразвитыми державами, и они будут внимательно рассмотрены в дальнейшем.
Не известно существовала ли некогда древняя цивилизация на Севере Евразии или нет, но из данных современной науки следует, что в течение нескольких тысячелетий за пределами цивилизованного пояса, сложившегося на оси центральной сухопутной магистрали, других цивилизованных государств в Евразии не существовало. В то же время можно предположить, что постепенно освобождавшийся от плена льдов и талых вод северный путь использовался сначала животными для передвижения по континенту. Затем по следам зверей двинулись охотники, и по северному пути или вдоль него стали проходить маршруты мигрирующих племён. По мере же создания очагов оседлой культуры Северный путь стал использоваться как путь обмена различными продуктами.
Как и в других местах на Земле, на Севере Евразии трансконтинентальная магистраль служила осью образования очагов оседлой жизни, земледелия и скотоводства и занятий, связанных с такой жизнью. В пользу этого свидетельствует то обстоятельство, что первыми в Северной Азии стали осваиваться области, расположенные там, где по сухопутным дорогам из крупных междуречий могли выходить на северный путь большие стада различных животных. Селения древних людей, занимавшихся отчасти охотой, а отчасти скотоводством, возникли в III тысячелетии до н. э. в междуречье Лена-Ангара, у южного берега Байкала, в верховьях Иртыша, Оби и Енисея, в Минусинской котловине и на Алтае. Все они находились в непосредственной близости от тех мест, где звери могли выходить из междуречий рек Сибири или входить в них из степей Центральной Азии.
Характеризуя жизнь забайкальских племен в начале I тысячелетия н. э., Л. Гумилев подчеркивал, что в отличие от кочевых народов Центральной Азии они вели оседлый образ жизни: «Основными занятиями забайкальцев были оседлое скотоводство (бык, лошадь, баран), охота (косуля, заяц, птица), земледелие (просо) и рыболовство».
Схожий образ жизни был, вероятно, характерен и для так называемых андроновских племен, которые расселялись в широкой полосе по северной границе внутреннего континента, захватывающей входы в междуречья от Енисея до Волги. Уже в III тысячелетии до н. э. охотничье-скотоводческие племена расселялись там, где северный путь шел по Уральским горам.
Значительно плотнее была заселена Европа, расположенная вне пределов внутреннего континента. Можно предположить, что в естественные ловушки Европы, которыми являлись ее полуострова и междуречья, могли попадать немалые стада животных, искавших спасения от стихийных бедствий, поразивших остальную Евразию и даже Африку. В этом случае здесь могла быть обильная охота. Однако значительная часть зверей могла сравнительно быстро покидать европейские «зоопарки» и устремляться прочь из Европы. Такие перепады в продовольственном обеспечении заставляли европейских охотников искать альтернативные источники питания. Вероятно, по этой причине уже в III–II тысячелетиях до н. э. подавляющее большинство племен, обитавших в этой части Европы, стали осваивать земледелие и скотоводство.
«Зоопарки» животных стали естественными нишами, в которых селились различные племена. Течения крупных рек Европы, которые служили барьерами для животных, являлись также рубежами между различными племенами и культурами. Так, течение Дуная отделяло земледельческие бутмирские племена от скотоводческих и земледельческих племен дунайского левобережья. Течение Гвадалквивира служило границей для поселений южно-пиринейских земледельцев.
Северный же путь служил главной границей, разделявшей племена. К северу от этой дорога жили среднеевропейские племена, расселившиеся в междуречьях Везер-Эльба, Эльба-Одер и Одер-Висла, к югу от нее между Дунаем и Прутом жили тисские, полгарские и ленгиельские племена. Течения Луары и Роны, являющиеся, по мнению французского историка Фернана Броделя, культурным водоразделом между севером и югом Франции, в основном совпадаете прохождением северного пути через Европу.
