Пока она говорила, начала дрожать. Если она расскажет ему всю правду, то он покинет ее. Также как и большинство членов ее клана. Как он мог поступить иначе? Страйдер только что наблюдал ее поражение. Услышать, что она всегда была неудачницей, что она, вероятно, никогда не будет ни кем больше. Неужели Кайя действительно хотела бутылку воды так сильно?
- И? - настаивал он.
Лучше потерять его сейчас, чем потом. Все равно он здесь только из-за Жезла, и если уйдет, ей не придется беспокоиться о следующем турнире. О том чтобы снова проиграть перед ним.
- Вместо этого, - продолжила она, - Я освободила его, и он чуть меня не убил. Он убил бы меня, если бы не Бьянка. Она оттащила его от меня, и он напал на нее. Потом, конечно, он напал на всех остальных. В тот день погибло больше гарпий, чем в любой другой день в нашей истории. Даже во время Великой войны за влияние, когда мы сражались с другими видами.
Страйдер нахмурился.
- Если он причинил столько вреда, почему его не обвиняли в том, что произошло? Никто не смотрел на него с ненавистью в глазах? Никто не пошел по его душу?
Это была его реакция?
- Джульетта поймала его. Я освободила. Если бы я осталась в стороне, у него не было бы шанса ничего сделать.
- Ладно, тогда ответь мне на такой вопрос. Если он так опасен, почему Джульетта держала его рядом?
- Гарпия простит своему супругу почти всё, - проворчала она.
Минута молчания.
- Так или иначе, кто супруг Джульетты? – спросил Страйдер, решая не комментировать ее откровение “простит почти всё”. Почему? Она только что дала ему вечный пропуск в зал. - Он не человек, это точно.
- Я не знают кто он. Я никогда не сталкивалась ни с кем как он с тех пор.
Он сжал губы.
- Так ты не спала с ним?
- Мне было четырнадцать лет. Как ты думаешь?
Кайя нахмурилась, увидев его пустой взгляд.
- Подожди. Можешь не отвечать.
- Боги, да ты обидчивая. Я знаю, что ты не спала с ним. Я просто хотел услышать это от тебя.
Он провел кончиком пальцев по ее щеке, нежной, такой нежной.
- И спасибо за правду на этот раз.
Не таять. Он показал себя не с лучшей стороны.
- Спасибо? Это все, что ты хотел мне сказать?
- Да. А что? Ты ожидала лимерик? (прим. Поэм)
Нет. Она ожидала лекцию и прощание.
- Из-за того, что я сделала, они назвали меня Кайя Разочарование. Вот! Теперь он знал все. Теперь он знал человека, на которого можно положиться и довериться, который не предаст тебя.
- Что это за заскок у гарпий с прозвищами? - спросил он, снова изумляя её.
Каждый раз, когда кто-то звал ее K Р, частичка ее умирала, но Страйдер вел себя так, как будто в этом не было ничего такого. Она не знала, что лучше, смеяться или плакать.
- Я бы не беспокоилась о нас и наших прозвищах. Кстати мы еще не придумали прозвище для тебя.
Что-то опасное мелькнуло на миг в его глазах и тут же исчезло.
- Как будто мне есть дело до того, как вы меня называете. – Его голос был ровным, лишённым эмоций, не выдававшим ни намёка на то, что она видела. Иногда он был таким говнюком. Что ж, я посмотрю на твоё “у меня нет до этого дела” когда я спрошу у тебя “как насчёт этого?”
- Просто чтоб ты знал: мы называем Париса Секзорцистом.
Ноздри Страйдера раздулись, когда он резко вдохнул. Тишина так надолго поглотила их, что она начала чувствовать себя виноватой. Затем он сухо произнёс:
- Ты заработала первое вознаграждение.
Он открыл бутылку с водой, подхватил её тёплой рукой под шею и приподнял. Её губы прикоснулись к холодному потоку, и она забыла обо всём, связанном с виной. Кайя пила, как безумная, и боги, каждая следующая капля казалась вкуснее предыдущей. Когда она закончила, Страйдер скомкал пластиковую бутылку и бросил её через плечо. Он уложил Кайю обратно и отпустил. Ей пришлось сжать губы, чтобы не начать умолять его об ещё одном прикосновении. Он наклонился к ночному столику и взял кусочек гамбургера, который до этого разрезал на четыре части. Её замутило, а в желудке заурчало.
- Думаю, не нужно спрашивать, голодна ли ты, - заметил он с улыбкой.
Стыдно, но, по крайней мере, он потерял эту без эмоциональную черту и был все еще настроен, говорить с ней. Чудо из чудес. Она не будет жаловаться снова.
- Если ты хочешь гамбургер, тебе придется сказать мне честно, думаешь ли ты, что сможешь победить в следующем соревновании. Не говоря уже о следующем и следующем. Потому что, после этого последнего тура, мне нравится мысль о похищении Жезла все больше и больше.
В его голосе была нотка раскаяния, и глубоко внутри она понимала, что он собирался украсть Жезл Разделения вне зависимости от того, что она скажет. Если сможет. Чего она не знала, тем не менее, - это того, почему ему прямо сейчас было важно её мнение о будущих играх.
Должно быть, он прочитал вопрос в её глазах, потому что угрюмо произнёс:
- Я не хочу, чтобы тебя снова так ранили.
Боль цветком вспыхнула в её груди. Она ответит ему. Не из-за гамбургера, а из-за его беспокойства.
- Я… - Чёрт. Честно? Она думала, что сможет выиграть первый раунд, что знание о том, что остальные команды набросятся на неё, даст ей преимущество. Они и в самом деле атаковали её, а она была беспомощна.
В следующий раз они снова сосредоточат свои силы на ней, на каждом члене её команды. По-другому просто быть не могло. И она не могла жаловаться на несправедливость, потому что, если бы всё было наоборот, она бы сделала то же самое по отношению к любому, кто причинил боль её семье. Семья. Одно слово эхом отразилось в ее голове, и она вспомнила сомнения Талии. Всю свою жизнь она только лишь хотела быть почитаемой. Любимой. Уважаемой. Всю свою жизнь она всех только подводила.
Она была Кайя Разочарование.
- Я сожалею, что проиграла, - прошептала она.
Выражение его лица смягчилось и его пальцы, лаская, вновь прикоснулись к ее лбу.
- Ты не подвела меня. Никто не смог бы вытащить победу из их шляпы с таким сопротивлением.
Утешительно, но в глубине души она знала, что он бы нашел способ. Страйдер всегда так делал.
- Хотя ты заставила меня поволноваться, - добавил он, и в его голосе снова появились жёсткие нотки. - Не буду врать.
Говорил, как настоящий самец и сильное желание наполнило ее. Она хотела это, хотела его. Сейчас, всегда. Так. Для него она нашла бы способ.
- Да, - наконец, ответила Кайя.
- Я могу выиграть следующее соревнование.
Холодной, жесткой, безжалостной. Вот какой она должна быть. И она будет. Она хотела бы доказать чего стоит, так как она всегда нуждалась в этом. Никто не сможет остановить ее. Убийца. Мысли улетучились, когда она зевнула.
Страйдер накормил ее гамбургером, затем задал ей несколько глупых вопросов, на которые она с легкостью ответила, чтобы смогла получить коктейль в качестве оплаты. Когда она закончила, он сказал.
