не задело.
– Мы в порядке, – сообщаю я Данте.
– Вы видели кого-то из стрелков?
– Лица были закрыты, – отвечаю я. – Кажется, я заметил золотые часы у кого-то на запястье. Ничего полезного.
– Последние цифры номера были 48996, – вставляет Аида.
– Как ты заметила? – требовательно спрашивает Данте.
Аида равнодушно пожимает плечами:
– Я ниже ростом.
– Этот психованный сукин сын, – удивленно качает головой Неро. – Он реально хочет, чтобы мы уничтожили его на хрен, да?
– Он хочет нас спровоцировать, – хмурится Данте.
– Не вставай! – резко говорю я, завидев, что Неро хочет подняться. – Мы не знаем, единственная ли это машина. Возможно, будет и другая. Или еще стрелки, – я киваю на многочисленные окна высоток, окружающих стройку.
– Мы не можем оставаться тут, – вполголоса говорит Аида. – Копы собираются прочесать всю стоянку. Вряд ли они настолько тупы, чтобы списать все на совпадение, так что теперь полиция будет относится к этому гораздо серьезнее.
Медленно и незаметно мы пробираемся на другую часть стройки, где меньше света и припаркован пикап Неро, ближайшая к нам машина.
Мы все забираемся в кабину, чтобы Неро подвез нас с Аидой до угла, где осталась моя тачка.
– Нельзя принимать решения поспешно, – говорит Данте. – Возможно, Заяц пытается вынудить нас к незамедлительному ответу, готовя тем самым ловушку. Стоит переждать ночь и решить, какой будет наша реакция. Аида, тебе лучше поехать домой с нами.
– Она остается со мной, – немедленно отвечаю я.
Данте хмурится.
– Мы не знаем, на кого конкретно нацелен Заяц. Он атаковал наше здание, но явился на твой вечер. Мы не знаем, из-за Аиды или из-за тебя. Или из-за обоих.
– Вот именно, – киваю я. – Поэтому она и должна остаться со мной. Если окажется, что он решил напасть на вашу семью, то Аиде будет безопаснее с моей.
– Что именно Заяц вам сказал? – спрашивает Данте.
Я кратко пересказываю разговор.
– Не знаю, действительно ли ему нужна собственность «Чикаго Транзит», или он просто проверял меня. Казалось, на самом деле, что больше всего его раздражала сама свадьба. Думаю, он пытается рассорить нас, пока союз еще не устоялся.
– Возможно, – произносит Данте, размышляя и хмуря лоб. – Мясник горд и обидчив. Его легко задеть. Возможно, Заяц злится, что мы не предложили Аиду сначала ему.
– Это, блин, отвратительно, – вмешивается Аида. – Во-первых, он старый. Во-вторых, я не какая-то гребаная фишка.
– В любом случае слишком поздно, – рычу я. – Ты моя. И чего бы он ни хотел в качестве утешительного приза, он этого не получит.
– Я все еще считаю, что сестре лучше поехать с нами, – говорит Данте. – Мы лучше тебя знаем Мясника.
– Ни за что, – ровно говорю я. Ни на секунду не выпущу Аиду из виду.
Данте хмурится, не привыкший к тому, чтобы кто-то противоречил его приказам. Но дело не только в задетом эго – я вижу беспокойство на его лице, страх за Аиду. Это немного смягчает мой тон.
– Я защищу ее, – обещаю я.
Данте коротко кивает. Он верит мне.
– Мы переждем ночь, – снова говорит итальянец. – Затем утром выясним, где скрывается Заяц и каков будет наш ответ.
– Наш совместный ответ, – добавляю я.
– Да, – соглашается Данте.
Пикап останавливается у моего «Ауди», и мы с Аидой выходим. По Данте видно, что он все еще сомневается, стоит ли оставлять свою сестру со мной.
Именно Аида убеждает его:
– С Кэлламом я буду в безопасности.
Она быстро обнимает старшего брата и сжимает руки Неро.
– Скоро увидимся, – добавляет моя супруга.
Отъезжая от тротуара, я говорю, не глядя на нее:
– Я рад, что ты осталась со мной.
Аида наклоняет голову, рассматривая мой профиль, пока я веду машину.
– Я хочу, чтобы мы были партнерами, – говорит она. – Не просто… нежеланными соседями.
– Я тоже этого хочу, – признаюсь я.
Проще сказать, чем сделать. Но теперь это не кажется невозможным. Я начинаю верить, что мы с Аидой действительно сможем работать вместе. Вдвоем мы были бы сильнее, чем поодиночке.
Аида вздыхает.
– Он действительно бьет по больному.
– Потому что башня такой грандиозный проект?
– Нет. Дело не совсем в деньгах. Дело в работе – мы должны обеспечивать постоянный поток контрактов для различных профессий и союзов, чтобы сохранить их лояльность. Материалы, рабочие места – если не подкармливать механизм, то все остановится. И конечно – она бросает на меня косой взгляд, – есть и другие уровни механизма. Грузы, которые перевозят больше, чем пиломатериалы. Предприятия, которые отмывают деньги для других предприятий. Это сеть, все взаимосвязано, все зависит от бесперебойной работы ее отдельных частей.
Я киваю.
– Мы работаем так же.
Может, у нас и разный бизнес, но стратегия одна.
– До выборов осталась пара дней, – задумчиво произносит Аида. – Интересно, попытается ли Заяц сорвать и их тоже.
Мои пальцы впиваются в руль.
– Если и попытается, то на этот раз Мясник окажется на другом конце ножа.
Аида
На следующее утро мне надо выйти из дома пораньше, потому я что не хочу пропустить пару по литературе. Я старательно прогуливала занятия в этом семестре, так что пришла пора взяться за ум и закончить учебу.
Кэллам не в восторге от моей идеи ходить куда-либо, пока вся эта хрень с Зайцем не уляжется, но в итоге уступает при условии, что в универ нас с Нессой будет возить один из его людей.
К сожалению, единственным возможным вариантом оказывается Джек.
Памятуя о словах Кэллама, он с деланной вежливостью открывает мне дверь машины, но взаимные волны неприязни исходят от нас обоих. Напряжение в машине настолько велико, что бедняжка Несса сидит с широко раскрытыми глазами в полном замешательстве – ей слишком неловко вести свою обычную веселую беседу.
– Слушайте, э-э-э, ребята, вы знали, что сегодня должен быть какой-то метеоритный дождь? – спрашивает она.
Джек что-то бурчит с водительского кресла.
Я рассматриваю его затылок, размышляя, стоит ли возможность хорошенько двинуть боксеру в ухо на прощание еще одной ссоры с Кэлламом.
– Что? – переспрашиваю я.
– Я говорю… да неважно.
Джек высаживает нас напротив здания библиотеки, его глаза неподвижно смотрят вперед, пока мы выходим из машины.
– Спасибо, Джек, – вежливо благодарит Несса, вылезая из салона.
– Да, спасибо, Дживс[38], – еле слышно говорю я.
Я вижу, как белеют костяшки его пальцев, сжимающих руль, и практически слышу, как скрежещут его зубы.
Я со всей силы хлопаю дверью, просто чтобы позлить громилу, и направляюсь в аудиторию, надеясь, что он будет слишком раздражен, чтобы забирать меня после учебы.
Все занятие я тайком посматриваю на телефон в ожидании сообщения от братьев. Или
