Когда сомнения закрадываются в голову, изгнать их может разве что чудо. Но я не умел вытаскивать голубей из рукавов или вещать с закрытым ртом, поэтому и поступил иначе — просто извлек три монеты, не столь высокая плата за помощь, и положил их на край стола.
— Дай мне один день, всего один день, — попросил я. — И ты меня больше не увидишь.
— Верное слово, муренмук?
— Конечно, верное, — кивнул я.
У него словно камень с души свалился. Врачеватель выдохнул, проворно поднялся и постарался больше меня не беспокоить. Но еще одна невысказанная мысль заставила его остановиться у самой двери. Не оборачиваясь, он опустил голову и произнес:
— Возможно, я лезу не в свои дела, но знай — ни одно благородное дело не сотворить при помощи зла.
— Знаю, — согласился я. — Только знаешь что, знахарь, моя цель далека от благочестия.
Вай-ринг вздрогнул, обернулся. Наши взгляды встретились, и он, словно узрев мое будущее, осенил меня знаком Всевышнего…
Начищенный до блеска револьвер лежал в центре стола. Рукоять из мамонтовой кости, но не цельной, а двух половинок с ореховой вставкой, серебряные бока и ярко-желтый барабан. Рядом две дюжины патронов — все, что осталось с последнего визита на Сферу.
Закончив с одним револьвером, я принялся за второй. В этот самый момент в дверь постучали и, не спрашивая разрешения, гость перешагнул порог жилища. Подняв глаза, я нисколько не удивился. Рано или поздно это должно было случиться, так пусть уж лучше этот разговор произойдет именно сейчас. Вегнер присел напротив, снял шляпу и облокотился на стол, с холодным равнодушием рассматривая меня.
— Стало быть, решил прибегнуть к помощи старых знакомых, — констатировал перегрин.
— А разве у меня был выбор?
Его глаза хитро прищурились. Он вынул зубочистку из зубной прогалины и недовольно сплюнул на пол.
— Чего ты добиваешь, Виктор?
— Ничего такого, что заслуживало бы твоего внимания.
— А если серьезно?
— Хочу вернуть все на свои места.
Венгер лишь фыркнул и недовольно зашевелил густыми рыжими усами, что покрывали большую часть его лица, включая даже скулы. Он покосился на мою пропитанную кровью повязку, но не стал акцентировать внимание на этой весьма примечательной детали.
— Одумайся и смирись, Виктор. Как это не прискорбно звучит, но Нера сгинула навсегда. Ты же знаешь, Одичалый мир не возвращает обещанных ему жертв.
— Плевать!
— Не будь упрямцем, наша комиссия провела специальное расследование и установила, что лагерь северян подвергся нападению ночных хищников…
— Ты сам себя слышал? — возмутился я. — Специальное… установила… комиссия… Пустые слова, не значащие абсолютно ничего! Чтобы ее спасти вы не сделали ровным счетом ни-че-го!
— Не передергивай! — предупредил меня перегрин.
— То же самое я могу сказать тебе, приятель! — рявкнул я. — Вы понятия не имеете, что задумал здешний мир…
— Не неси чуши, ученый! Или ты забыл, кто ты есть?
— Как раз наоборот, Венгер, как раз наоборот.
Перегрин тяжело выдохнул:
— Не хочу тебя разочаровывать, но это лишь твое больное воображение. Твоя вахта слишком затянулась. Пора возвращаться домой, Виктор. Я знаю, тебе тяжело в это поверить, но иного выхода просто не существует.
Не прекращая чистить второй револьвер, я задумчиво уставился на перегрина.
— Ты так считаешь?
— Я в этом уверен, — кивнул он. — Ты ведь прекрасно знаешь правила. Не мне учить тебя. Последствия будут более чем серьезные!
Его рука потянулась к внутреннему карману, и на столе возникли круглые механические часы. Внешне они больше напоминали шкатулку со стеклянной крышкой, сквозь которую проглядывался сложный латунный механизм. И хотя работал он бесшумно, с каждой минутой, где-то внутри меня, раздавался громкий щелчок. Отведенное мне время бесследно исчезало в прошлом.
— У тебя остались ровно сутки. Либо ты добровольно возвращаешься на Сферу, либо твое существование на этой планете превращается в бессмысленное скитание отступника, — произнес Венгер и отсалютовал широкополой шляпой.
— Благодарю за напоминание.
— Поверь, мы все хотим тебе добра, — притворно заявил он на прощание.
Именно с таких слов и начинались свержения королей, захваты территорий и самые кровавые войны. Впрочем, в то, что мои коллеги поступят как-то иначе, я, конечно же, не верил.
Отложив второй револьвер, я указал перегрину на дверь.
— Ровно сутки, Виктор… — еще раз коротко произнес он.
— Сутки, — с долей обреченности повторил я.
И внутренние часы подтвердили этот неопровержимый факт, а стрелки сигнализировали общее время — тысяча четыреста сорок минут.
Проводив Венгера, я направился к постели, опираясь на трость, а точнее, обычную древесную корягу. Коротких десять шагов дались мне с большим трудом. Боль продолжала гулять по всему телу, не собираясь сбавлять давление. Но с этим я как-нибудь разберусь. Не умер и ладно. Главное, я наконец-то обрел долгожданную свободу, и это ощущение было самым ценным результатом в череде моих безумных поступков.
Я развернул окровавленный платок и еще раз внимательно рассмотрел крохотное устройство, которое на Сфере называлось «саранчой». Теперь сроки моей вахты не будут зависеть от решения сферальной комиссии. Остановился у стола, покосился на оставленные перегрином часы и с размаху ударил по ним клюкой. Совершенный механизм разлетелся на мелкие кусочки.
***
Перегрин обманул — явился гораздо раньше установленного срока. И в этом была его большая ошибка. Он в очередной раз недооценил опыт бывшего коллеги.
На этот раз Венгер не разорялся на любезности. Открыв дверь ногой, он бесцеремонно ввалился внутрь. Тяжелый карабин «Южный вихрь» был уже наготове.
— Пора, приятель, — поторопил он меня.
Сидящий за столом человек, в плаще с высоким воротником и в широкополой шляпе, вздрогнул, но не обернулся.
— Не дури, Виктор. Если ты еще не понял, меня наделили неограниченными полномочиями в твоем вопросе.
Человек кивнул.
— Что, так и будешь сидеть? — Нервно дернув головой, перегрин сделал вторую непростительную ошибку — приблизился настолько, что окончательно потерял контроль над ситуацией. Всего какой-то один шаг, но этого оказалось вполне достаточно.
Человек в дорожном плаще медленно обернулся и жалобно простонал:
— Прошу, не плюйтесь в меня огнем, добрый муренмук.
Знахарь все сделал правильно, как я его научил. Венгер отпрянул и удивленно уставился на того, кого он никак не ожидал увидеть на моем месте. Настал черед окончательно дезориентировать перегрина. Сделав несколько стремительных шагов, я почти вынырнул из укрытия и нанес мощный удар клюкой — выбил оружие из здоровенных лап Венгера. Ручка клюки уперлась здоровяку в шею прижав того к дощатой стене.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
