минуту, – он снова скрылся среди деревьев. Не уверена, что отсутствовал Дима минуту – мне ожидание показалось длиной в вечность. Наконец он вернулся, явно довольный.
– Ну, все, – он протянул руку, помогая мне подняться. – Вернемся к дороге. Там машина…
– И люди Санева, – закончила я. Возможно, что еще и журналисты, но кто же знает, какова сила современной прессы.
– Вот ведь блин, – выругался Дима сквозь зубы. – Влипли. Между молотом и наковальней, – он покосился на высокий глухой забор. – Не к Саневу же в гости лезть.
– Что? – мне показалось, будто я ослышалась.
– Говорю, что не на дачу же к Саневу лезть, – повторил он.
Я удивилась. Выходит, меня и вправду везли на дачу к Саневу. А туда стоило бы заглянуть, тем более, что мы оказались рядом.
– Давай заглянем, – предложила я.
– Ты точно совсем двинулась, – покачал головой Дима. – Хочешь, чтобы нас там прихлопнули?
– А у тебя есть предложение получше? Мне кажется, вариант неплох. Может, у него там машина в гараже стоит. В любом случае, если прятаться, то только там, где нас искать точно не станут.
– Ты, конечно, всегда была рисковая, но сейчас… – он замолчал.
Тем не менее мы двинулись вдоль забора. Возможно, мой план был и вправду глуп и мы сейчас лезли прямо волку в пасть, однако что-то говорило мне, что решение правильное. Возможно, единственно верное.
Через некоторое время в заборе показалась неприметная калитка с цифровым замком и отверстием для электронного ключа. Ну что же, план не сработал – код я не знаю, так что мы вряд ли сюда войдем.
Тем не менее я на всякий случай толкнула калитку. Закрыта. Никаких неожиданностей.
Дима нахмурился, полез в карман ветровки и вытащил две связки ключей. На одной из них нашелся ключ подходящей формы. Мой спутник поднес его к отверстию, и тут же послышался тихий писк, замок щелкнул.
– У тебя есть ключ? – удивилась я.
– Ну да, – он пожал плечами. – Вернее, был у этого… Владимира. Теперь у меня.
Выходит, он возвращался, чтобы осмотреть карманы убитого, и не зря. Мы вошли, и я не удержалась от восхищенного вздоха. Особняк оказался роскошным даже по сравнению с теми богатыми домами, которые мне уже доводилось видеть в моей новой жизни.
Главный вход с подъездной аллеей остался в стороне, отсюда виднелся лишь краешек. Зато перед нами лежал огромный бассейн в духе американских фильмов и сад, полагаю, разбитый по всем законам ландшафтного дизайна. Его украшали поздние цветы, посаженные по последней моде – словно случайно, вперемежку, и от этого газоны напоминали яркую палитру художника.
Дима неуверенно огляделся.
Вроде, никого не видно. Мы вошли через ход для персонала, не поднимали шума и, надеюсь, могли сойти для охраны за своих. Наверняка за таким участком и домом ухаживает множество народа.
– Пойдем, – я потянула своего спутника в сторону дома, думая, что, если за нами наблюдают, нельзя создавать ощущение суеты и неуверенности.
Но Дмитрий явно нервничал и то и дело затравленно оглядывался.
Под ногами скрипел гравий, и в этом звуке чудилось тихое ехидное хихиканье. Сад словно наблюдал за нами, выставив полчища увивших ограду пионообразных роз, раскидав по похожим на цветные ковры газонам поздние маки, лаванду, астры и еще множество цветов, названий которых я не знала.
– Как-то слишком уж легко, – пробормотал Дима, когда мы дошли до дома и уткнулись в стеклянную витражную стену.
Я задумалась. До этого меня вело нечто вроде интуиции, но сейчас она упорно молчала.
Мы прошли вдоль стены и вскоре наткнулись на одну из боковых дверей. И она оказалась не заперта.
– Это уже ни в какие рамки не лезет, – Дима сплюнул. – Тебе не кажется, что нас ведут?
Эта мысль приходила и в мою голову, однако остановиться я уже не могла. Только не здесь, на пороге места, где, возможно, наконец, раскроются все тайны.
Почему меня везли сюда? Что за странную игру затеял Санев? Что вообще происходит? Казалось, я умру, если немедленно не узнаю этого. Тем более, что теперь терять? Если за нами наблюдают, мышеловка захлопнется в любой миг. Здесь, в саду, мы уже во власти Санева. Так хотя бы попытаемся узнать.
Поэтому я, не отвечая, вошла внутрь.
Дима пробормотал что-то нецензурное, но двинулся за мной. Оставаться одному ему заметно не хотелось.
Мы попали прямиком в кухню, абсолютно пустую и стерильную. Я заглянула в гигантский холодильник. Он был девственно чист, если не считать выстроившегося на одной из полок ряда консервов. В шкафчиках обнаружились крупы, но все казалось оставленным давным-давно, посудомоечная машина стояла пустой, а застывшая посреди помещения огромная плита, размещенная на квадратном, выложенном кирпичом, островке, казалась скорее надгробным памятником. Да и не пахло едой – только лавандой и пылью. Похоже, кухней давно не пользовались. В доме никто не живет? Еще любопытнее.
Я заглянула в кладовку – ничего интересного. Другая дверь вела в холл, тоже абсолютно пустой и словно заброшенный.
Коридор заканчивался спускающейся на минус первый этаж лестницей и там, внизу, виднелась открытая, словно приглашающе распахнутая дверь.
– Туда, – я и не колебалась.
– Ты совсем чокнутая! – Дима схватил меня за плечо и с силой развернул к себе. – Что, скажешь, что даже не помнишь, что в эту историю мы ввязались из-за тебя?! Кто кричал о праведной мести! Кто рвался убить глупую и никчемную девчонку и даже поехал за ней в Лондон! Кто, наконец, был за рулем машины и кому снесло башку напрочь! После того, как ее автомобиль упал в кювет, тебе словно шлея под хвост попала! Ты гнала, как сумасшедшая, и сама вылетела с дороги! Я думал, что ты мертва!..
Он уже выкрикивал обвинения, не боясь привлечь внимание. Я слушала их, и кажется, слышала скрежет металла и ощущала на губах соленый вкус крови. И тени надо мной, и кушетка, к которой я пристегнута ремнями… Что-то такое я видела во сне. Вот, оказывается, как оно было на самом деле.
– Ты бросил меня.
Он отвел взгляд.
– Ты бросил меня там, на дороге.
– Я думал, ты мертва. Какая польза, если бы нас взяли тепленькими. С оружием и доказательством преступления.
Он по-прежнему не смотрел мне в глаза. Я усмехнулась. Что же, понятно, почему я его не вспомнила. Есть люди, которых просто не стоит вспоминать.
Осторожно, словно противное насекомое, я сбросила с плеча его руку и шагнула на первую ступеньку, ведущую вниз. Что бы там ни было, я дойду до конца.
– Чокнутая, – пробормотал сквозь зубы Дима. – На всю голову.
Я не ответила, просто продолжала спуск.
Мысли в
