выпишут, мы снова вернемся к обычному образу жизни… Я просто физически не смогу находиться в двух местах одновременно!
— Ну, так, переезжайте ко мне!
49
В последнее время все как-то усложнилось и упростилось одновременно. Упростилось, потому что, наконец-то, болезнь сына отступила и у нас появился шанс на нормальную жизнь, у меня снова появилась мечта — открыть свое ателье, заниматься любимым делом. А с другой стороны, семейства Шумаховых в моей жизни стало уж слишком много. Сестры Камила и Самира с одной стороны, Мадин и Заур с другой. Причем стоя посередине враждующих сторон можно было нехило так отгрести почем зря. Разумеется, мне этого не хотелось.
В особенности меня смутила наша последняя встреча с Зауром. Наш разговор, если быть еще точнее. Его реакция на мой невинный ужин с Богданом, его необоснованная ревность, будто бы мы были настоящей парой, его жесткие требования не общаться с мужским полом, словно у него вообще было право диктовать мне, что делать и самое ненормальное — его предложение переехать к нему.
Нет, разумеется, я не рассматривала его всерьез, но сам факт того, что он предложил уже… настораживал… Да, именно настораживал. По-моему наш секс для него перестал быть просто сексом. Или не был таковым изначально. Но однозначно можно было понять другое — для меня это ни к добру. Вообще, все, что было связано с Зауром, так или иначе, выливалось во что-то плохое. Он был источником всех бед, и так было всегда.
Правда, Мадин тоже недалеко ушел от брата. Наверное, стоило избавиться от обоих. И я собиралась, только в одном случае, не знала, как, а в другом, когда. Если с Мадином я собиралась перестать разговаривать и общаться сразу, как отработаю свой долг Самире, то что делать с Зауром, я не могла приложить ума. Моментами я начинала сомневаться в том, что видео запись, о которой он говорил, вообще существовала. Я много думала об этом и никак не могла понять, где, как и когда Заур мог ее установить. Нет, конечно, может быть, она там висела всегда, но, сколько я не искала, ничего найти не смогла. Правда в моменты, когда он злился, Заур говорил так серьезно, что я снова начинала думать, что очень даже эта пленка существует.
Я не знала, что делать и как избавиться от этой гигантской чертовой змеи и то, что я работала на его брата жизнь, в общем-то, не облегчало.
— Может быть, ты уже перестанешь бегать от меня? — Мадин вырос, как из-под земли. Я скривилась и сделала шаг прочь от бывшего. День близился к концу и я собиралась зайти к Самире и обговорить все. Мне начинали надоедать эти затянувшиеся игры. Впрочем, я не собиралась ни давить, ни нападать, скорее, попросить ее как можно скорее разыграть эту карту со мной, что она так тщательно для чего-то берегла. Мне так хотелось на волю, на свободу от этой семейки… и странным было то, что, почему-то, мысленно Заура я не относила к ним. Мне хотелось сбежать, как можно дальше и как можно скорее от Самиры, Камилы и Мадина.
— Я очень занята, полы сами себя не помоют.
— Ева, поговори со мной. Пожалуйста. Один раз. С тех пор, как я узнал об Игоре, я…
— Не произноси его имя, — тут же прошипела я, становясь на дыбы. — Не заслужил! У тебя нет этого права!
— Я… хорошо, извини меня. Я очень хочу обсудить с тобой…
— Что? Что бросил меня восемь лет назад без объяснений? Что даже не дал мне сказать о беременности? Что ни разу с тех пор не поинтересовался тем, как я живу и что со мной? Что оставил нашего сына без отца? Что я одна справлялась со всеми сложностями, пока ты выбирал себе подходящую невесту? Нет уж, увольте. — Я развернулась и последовала по длинному коридору вниз. Нужно было привести в порядок еще библиотеку и на сегодня все. И я хотела закончить все, как можно быстрее.
— Подожди, — Мадин поймал меня за локоть и заставил затормозить. Свинья.
— Что?! Что ты хочешь мне сказать? Надоели твои жалкие оправдания и эти идиотские письма! — я вырвала локоть из его хватки и всплеснула руками. — В каком веке ты живешь?!
— Я не знал, как еще к тебе подобраться. Ты даже сейчас рычишь на меня… — Мадин виновато потупил взор.
— А не боишься, что женушка нас увидит?
— Перестань… я очень прошу тебя. Один раз. Поговори со мной один раз, сейчас, здесь, и я отстану от тебя, обещаю. — Кажется, Мадин говорил серьезно. Вообще, он преследовал меня с той самой нашей ссоры, после которой до него, видимо, все же дошло, что у него растет сын.
— Ладно… — Проще было дать ему то, чего он хотел. Так было всегда. Эгоист. Эгоист до мозга костей. Его никогда не волновал никто, кроме него самого. Как же долго я не замечала этого. Но теперь, чем больше я смотрела на него, тем меньше понимала себя восьмилетней давности. Не во что тут было влюбляться. Да, была внешность, но на этом все. Ничего. Ни одного качества, которое могло бы притянуть. Да даже Змеище выигрывало на его фоне. Заур хоть что-то делал, в его поступках, пускай и мерзких, прослеживалась какая-то логика, а Мадин… Мадин всегда думал только о Мадине.
— Идем. — Он поманил меня за собой, и я поняла, что мы идем к его кабинету. Вычурному, дорогому, заваленному дорогими и редкими книгами. Коллекционер чертов. Нет, я любила книги, и ничего не имела против них, просто помню, как он хвастался дорогими экспонатами еще когда мы встречались. Продать часть из них, и его сыну было бы чуточку проще жить, но зачем Мадину было думать о своем отпрыске? Всегда можно было заделать новых и окрестить их первенцами.
— Я слушаю. — Я терпеливо дождалась, когда Мадин закроет за нами дверь и подойдет к своему столу. Сама я встала напротив и скрестила руки на груди. Да, закрытая поза говорила ровно о том, что я чувствовала на данный момент. Этот разговор нужен был ему. Мне же он был нужен восемь лет
