Первые антикитайские выступления имели место в 1871 г., но до 1879 г. попытки в конгрессе изменить условия берлингеймского договора провалились. В следующем году 400 китайцев подверглись массовому нападению в Денвере, и спустя пять лет 19 китайцев были убиты в шахтерском городе Рок-Спрингс (штат Вайоминг).[251] Согласно двустороннему соглашению, подписанному в Пекине в 1880 г., США могли ограничить, но не полностью прекратить въезд китайских рабочих.
Договор оказался недолговечным, потому что принятый конгрессом закон в 1882 г. приостановил китайскую иммиграцию на десять лет, за исключением студентов, учителей и купцов, которые все должны были иметь при себе удостоверение личности. Принятый через десять лет, в 1892 г. закон, подготовленный калифорнийским конгрессменом Томасом Гиари (Geary), продлил запрет. Кроме того, в нем содержалась статья, требовавшая от всех китайских резидентов в США постоянно иметь при себе документы, удостоверяющие личность (закон требовал, чтобы все китайские иммигранты получили в течение года вид на жительство, своего рода внутренний паспорт, и всегда имели его при себе; в противном случае они подвергались депортации или ссылались на каторжные работы сроком на один год. — Пер.). Когда положения этого закона были подтверждены в 1904 г., китайское правительство отказалось утвердить их. Последовал бойкот американских товаров, который привел к сокращению импорта за два года более чем наполовину.
С приобретением Вашингтоном Гавайских островов в 1898 г. многие китайцы, прибывшие туда в течение предыдущих двух десятилетий, перешли под юрисдикцию США. Большинство их составляли кули, хотя некоторые разбогатели, став торговцами или владельцами сахарных плантаций. По численности китайцы намного уступали японцам, но их численность возрастала за счет естественного прироста и смешанных браков с коренными гавайцами, белыми или другими азиатами.
Унизительный, дискриминационный характер имел закон 1875 г., отказывающий в праве на натурализацию всем азиатам, родившимся за пределами США.[252] Все законы, запрещавшие китайцам въезжать в США, были отменены в декабре 1943 г. в знак боевой дружбы. Закон Мак-Кэррана — Уолтера от 1952 г. установил иммиграционную квоту в 2 тысячи человек из стран Востока и устранил все барьеры, препятствовавшие их натурализации.
Миграция в Британскую империю
Первые китайские поселенцы приехали в Канаду вскоре после их прибытия в Калифорнию, и они появились в Австралии вслед за золотоискателями в 1855 г. Увеличение числа сахарных плантаций в Квинсленде (штат Австралии. — Пер.) вызвал приток тысяч меланезийских и китайских рабочих. Отношения между белыми и цветными пионерами развивались по американскому образцу. Однако Британский имперский совет, опасаясь влияния на общественное мнение в Индии, отвергал любой формальный запрет на въезд иммигрантов из восточных стран. Доминионы прибегали к различным уловкам: Канада установила непомерно высокие налоги на въезд в страну; Новая Зеландия ограничила восточную иммиграцию одним человеком на 500 тонн груза.
Волна расизма прокатилась по Австралии в последней декаде XIX в. Указывая на разрушительный эффект расового смешения в Африке и Южной Америке, сменявшие друг друга лейбористские правительства поддерживали лозунг: «Сохраните Австралию белой!» Они достигали своей цели тестами на грамотность, на которых инспекторы могли потребовать от потенциальных иммигрантов чтения на любом выбранном инспекторами языке. Тест был предназначен для предотвращения въезда цветных. Фабрики и плантации, использовавшие дешевую рабочую силу, должны были закрыться. Все же в 1907 г. в Австралии находились больше 40 тысяч китайцев, их численность сокращалась, так как мужчины составляли только одну тысячу человек.
Миграция в Юго-Восточную Азию
С самых ранних времен китайцы из Гуандуна и Фуцзяня обосновались во всех южных регионах. Их бережливость, зажиточность и обособленность часто вызывали ненависть к ним. Они нередко преследовались, иногда с ними жестоко расправлялись (особенно в Маниле около 1600 г. и в Батавии в 1740 г.). Со временем они стали незаменимыми и для местных правителей, и для колониальной администрации. Китайцы работали лучше коренного населения, трудившегося с ленцой, вынося тяжелую работу в тропической жаре. Они стали контролировать помол риса, рыболовство, местную транспортную торговлю, добычу олова в Малайзии, большую часть торговли и значительную часть банковского дела. В некоторые годы объем экспорта продуктов из Явы в Китай почти не уступал объему экспорта в метрополию (Голландию).
Три четверти иммигрантов были мужчинами, и большинство вернулось в Китай со сбережениями, но — что редко происходило в «белых» странах — они свободно вступали в смешанные браки с представителями почти всех азиатских общин, за исключением мусульманской Малайи. Их дети были склонны учиться в китайских школах и сохранять обычаи предков, но отказываясь от маньчжурских косичек. Можно сослаться лишь на немногие надежные оценки их численности. В 1850 г. китайцы, возможно, составляли пятую часть населения Пенанга и Малакки, четверть — 6 миллионов жителей Сиама.
Эмигрируя незаконно, не защищенные консулами или военными кораблями, китайцы были настоящими авантюристами. Они защищали свои общины и в значительной мере управляли ими с помощью могущественных тайных обществ, соперничество между которыми иногда приводило к столкновениям, которые вызывали замешательство полиции. Забастовка китайцев, работавших на джонках, могла привести к закрытию какого-нибудь южного порта, почти так же, как военно-морская блокада. Выходцы из семей крестьян или кули, заморские китайцы были настроены очень враждебно в отношении маньчжуров, и их денежные переводы способствовали усилению революционных движений на родине.
На этнической карте 1900 г. можно было бы заметить большую плотность китайского населения в долине Менама, дельте Меконга, на Западном Лусоне, в Стрейтс-Сетлментс и на «оловянных» островах Индонезии; а также большие общины в торговых портах Явы, Суматры, Северного Борнео и Тонкина. Их численность, возможно, достигала 5 миллионов человек — 90 % всех китайских эмигрантов. В несколько раз большее число китайцев уезжало и возвращалось, привозя обратно деньги и ценности, знания о странах (и их обычаях), далеких от Срединного царства.
МЕЖДУНАРОДНЫЕ ИНЦИДЕНТЫ
Тяньцзиньские волнения
Составители первых договоров испытывали опасения в связи с возможными трениями между иностранцами в договорных портах и местными жителями. Самые сильные страсти разгорелись в Тяньцзине, пекинском порту, где французы воздвигли собор Богоматери Победительницы на месте бывшего имперского храма. Китайцы еще больше были возбуждены слухами о том, что пациентов в миссионерской больнице в этом же городе предавали смерти и что их тела использовались в обрядах, связанных со смертью.[253]
Вспыхнули волнения, постройки, принадлежавшие католикам, были разрушены, погибли 20 французских граждан, и по всей империи прошла волна выступлений против иностранцев. Война Франции с Пруссией, которая началась почти сразу после этого, помешала Парижу принять репрессивные меры. Правда, западные державы поддержали требование Франции о выплате компенсации. Маньчжурский посланник прибыл в Париж с извинениями своего правительства.
Дело Маргари
В августе 1875 г. британский консульский переводчик Огастус Маргари был послан из Пекина для оказания помощи в разведке путей сообщения в Верхней Бирме. По возвращении в Китай он был убит «приграничными бандитами», не контролируемыми наместником императора. Спустя 18 месяцев Ли Хунчжан согласился встретиться с Томасом Уэйдом, полномочным представителем королевы Великобритании, на северном курорте в Чифу. Китайцы согласились выплатить компенсацию за смерть Маргари. Они также подтвердили право всех иностранных представителей на официальную защиту и признали недавно созданную смешанную судебную систему. Еще десять городов были открыты для контактов с иностранцами — шесть из них на Янцзы как порты захода, а Вэнь-чжу, Пакхой, Уху и Ичжан стали постоянными договорными портами.
Спор из-за островов Рюкю
Острова Лучу, известные японцам как острова Рюкю, платили дань Китаю в течение пяти веков и Японии в течение трех. Хотя китайские послы утверждали королей Окинавы, та была феодом Сацумы с 1609 г. В 1871 г. группа рюкюских рыбаков, считавшихся величайшими мореплавателями в Азии, оказалась на рифах Формозы и была убита жителями острова. Спустя три года Япония послала военные силы для наказания формозцев, хотя они были подданными Китая. «Цун-ли-ямень» безуспешно пыталось помешать экспедиционным силам, затем закрыло вопрос, решив выплатить Токио 750 тысяч долларов.
