Читаем без скачивания Хозяйка кофейной плантации (СИ) - Шарлота Тартен

— Это ещё зачем? — допрашивает меня Мигель. — Ты решила уйти от меня?

Как с ним же сложно. Не успел вернуться, а уже создал столько проблем.

— Я ещё не решила уходить от тебя или нет, всё будет зависеть от твоего поведения, Мигель, — на полном серьёзе я говорю ему я. — Если продолжишь ревновать, то я точно сбегу.

— Я не ревную, я злюсь, — возмущается муж. — Ты замужем и не имеешь права обращать внимание на других мужчин.

Вот собственник, правильно предсказала мне матушка Аледжо, хлебну я с ним ещё. Не люблю ревнивцев, но равнодушных не люблю ещё больше.

— Мигель, мне воспитали так, что я никогда не опущусь до измены. Не представляю даже, что меня будут целовать чужие губы, ласкать чужие руки, — произношу я с брезгливым выражением лица. — У меня это вызывает чувство омерзения. А ты своими подозрениями вываливаешь меня в грязи.

У Мигеля хватает совести выглядеть пристыжённым.

— Фернандо мой друг, который много сделал для меня, — продолжаю я успокаивать мужа. — Я хочу отплатить ему добром.

— Тогда зачем покупать участки на твоё имя? — не унимается Мигель, а Фернандо кивает, поддерживая его. Редкое единодушие.

— Во-первых, я хочу оставить их в наследство дочерям или внучкам, — делюсь с ними я своими планами. — Чтобы каждая девочка нашей семьи получала в наследство дом и небольшое состояние, чтобы безбедно прожить без мужа и поддержки семьи.

— Это же полный бред, Тори, — усмехается Мигель. — Жена должна приносить мужу приданое, а не оставлять его себе на содержание.

— Они и принесут своим мужьям приданое, которое обязаны дать им отцы, — отрезаю я. — То, что я оставлю женщинам нашей семьи, никогда не попадёт в руки мужчин. Ни отец, ни братья, ни тем более муж не прикоснутся к деньгам женщин.

Я уже придумала, как это сделать. Положу в банк деньги и найму стряпчего, который будет зорко следить, чтобы финансы не пошли на «неотложные» нужды мужской половины семьи.

Состояние будет в нескольких домах, рудниках и определённой сумме денег. Осталось всё это заработать и найти верного человека из стряпчих, может, ещё какой-то хитрый ход есть. Нужно с доном Смитом посоветоваться. Что-то я его уже второй день не видела.

— Но почему, Тори? Что за глупая блажь? — непонимающе разводит он руками, поворачиваясь к другу ища у него поддержки.

— Послушай, Мигель, у доны Тори всегда очень разумные идеи и мне очень интересно, как она думает осуществить свой план, — встревает в наш разговор, заинтересованный Фернандо.

А меня просто накрывает из-за этого снисходительного тона, из-за мужского пренебрежения. Вот именно поэтому я и хочу сделать своих ещё нерожденных девочек максимально независимыми. Как только мужья узнают, что жена имеет возможность не терпеть их самодурство, так быстро поджимают хвост. И в семье тишь, гладь, да божья благодать. А от отморозков, которым море по колено надо бежать даже в одном нижнем белье.

— Это не блажь, а разумная предусмотрительность, — парирую я его наглые вопросы, упираясь пальчиком ему в грудь. — В мире, где женщины ничего не значат, где их приданое проигрывается на скачках и в карты, спускается на любовниц, заставляя бедняжек жить в нищете я, как могу, буду защищать своих девочек. Да, что там приданое, их самих проигрывают в карты. Тебе ли этого не знать, Мигель?

Вопрос не в бровь, а в глаз. Я, сжав кулаки, наступаю на Мигеля с каждой фразой, повышая голос. Насмотрелась на то, как здесь относятся к женщинам. Своим потомкам я облегчу жизнь, насколько смогу. Мои девочки будут независимы настолько, насколько позволяют это сделать деньги.

Увидев его растерянное от моего напора лицо, немного сбавляю обороты.

— Это денежный фонд на самый крайний случай, — поясняю я. — Например, чтобы можно было сбежать от мужа-тирана, при необходимости даже в другую страну. Я посоветуюсь с доном Смитом, как всё лучше устроить. Пошли за ним слугу, пожалуйста.

Мигель выполняет мою просьбу, всё ещё находясь под воздействием моей пламенной речи и грандиозных планов.

— А ещё мне нужна моя доля затем, что я не хочу чувствовать себя на твоём иждивении. Хочу, чтобы ты знал, что я в любую минуту могу развернуться и уйти, — пристально глядя в глаза мужа, говорю я. — Тогда у тебя поубавится пыла устраивать сцены ревности.

— Я не сделаю этого, — шипит мне в лицо Мигель, нависая надо мной, пытаясь подавить ростом и массой. — Ты моя жена и всё, что принадлежит тебе — моё.

Зрелище не для слабонервных. Я невольно закрываю руками живот, будто он хочет навредить ещё нерожденным малышам. Мне бы сейчас отдыхать, а не бороться за свою независимость и дружбу дорогих мне мужчин.

— Сделаешь, — набравшись храбрости, говорю ему в лицо. — Никуда ты не денешься. Только со мной ты можешь стать тем, кем давно мечтаешь.

Откуда приходят мне эти слова, бог весть, но взгляд Мигеля меняется. Он словно сдувается и заинтересованно смотрит на меня.

Не я брала эту паузу и не мне её нарушать. Я сжимаю губы, чтобы рой вопросов, роящихся в горле, не вырвался наружу. Он должен первый среагировать.

— Откуда такая уверенность? — обдумав как следует мою фразу спрашивает Мигель.

— В чём? — спрашиваю я. Ну, что ж раз тебе так хочется, поиграем в вопросы и ответы.

— В том, что именно ты та женщина, которую я ждал?

Глава 49

Мигель вопросительно смотрит на меня, а я борюсь с желанием послать его подальше. Возможно, даже с упоминанием одного очень известного корня растения. На хрен послать его хочу!!!

Но ничего не поделаешь, как писал классик «но раз тебе я отдана, то буду век тебе верна». Можно вспылить и даже послать, но реалии жизни не изменить. Мы женаты и придётся приспосабливаться. Находить в нём что-то хорошее, кроме постели. Только я найду, за что его можно полюбить, только настрою свою душу, как виолончель под его руку, как мерзкая ревность портит всё.

За время его отсутствия я наградила мужа теми качествами, которые мне нравятся в мужчине и полюбила его заочно. С его появлением в моей жизни поддерживать тлеющий огонёк влюблённости становится всё сложнее.

— Ты считаешь, что выяснять отношения при посторонних уместно? — любезно интересуюсь я у Мигеля. — Не лучше ли поговорить тет-а-тет, а Миша?

Лицо мужа меняется, и теперь-то он понимает, почему я именно та женщина, ниспосланная ему небесами. Интересно остановится или будет докапываться ещё?

Узнать ответ на этот вопрос у меня не получается, по весьма банальной