Читаем без скачивания По прозвищу Малюта (СИ) - Айзенберг Александр "Берг Александр"

-Товарищ капитан, чем мы можем помочь?

-Товарищ комдив, примерно в десятке километров от города на вашу колонну было совершено нападение. Одна машина сгорела, хорошо, что в этот момент подъехали мы, все нападающие были уничтожены, одного мы захватили в плен. На месте нападения остались тела бандитов, пошли туда своих бойцов, пускай они заберут их тела и привезут сюда на опознание. Заодно у пленного уточните кто это и откуда.

-Хорошо сделаем, но зачем?

-Вам нравятся нападения на наших бойцов и людей?

-Нет.

-Вот для того, что бы их не было и делайте.

-Честно говоря, не пойму взаимосвязь.

-Всё очень просто товарищ комдив, у большинства бандитов есть семьи. Вся проблема в том, что днём это мирный селянин, а ночью бандит, или как сейчас, собрались и пошли в лес, больше половины в гражданской одежде и как их отличить от мирных жителей, если у них нет при себе оружия? А так, все захваченные или уничтоженные бандиты должны быть опознаны, а их семьи в течение часа выселены и направлены в Сибирь. С собой забирать только то, что могут унести. Да жестоко, а то, что творят их мужья, братья и отцы и не жестокость? Массовые убийства с особой жестокостью милиционеров, активистов, совслужащих, изнасилования женщин и девушек. Это как?! Пусть знают твари, что отвечать придётся не только им лично, но и их семьям. Тут заветы Христа не работают, если после удара по правой щеке подставишь левую, то ничего не добьешься. Только если в ответ на удар по правой щеке ты в ответ своротишь обидчику челюсть, только тогда ты сможешь повлиять на таких людей, ведь они понимают только язык силы, а все мирные уговоры для них бесполезны. (Как говорил Аль Капоне — Револьвером и добрым словом ты добьешься гораздо большего, чем просто добрым словом.)

Возразить мне комдиву было нечего, а кроме того и моя грозная бумага из НКВД, вот он и отдал приказ отправить к месту нападения роту стрелков и забрать тела бандитов. Роту, это так, на всякий случай, а я от комдива отправился в городской отдел НКВД. Надо и тут представится местным и заодно договорится о выселении семей бандитов.

Глава 15

Глава 15

Тут ведь вот какое дело, комдив мне бойцов для оцепления и прочёсывания деревень выделит, это без разговоров, потом соберём мы семьи этих бандитов, а дальше что? Этапировать их до места поселения в Сибири выделенные мне бойцы всё равно не смогут, это полностью в компетенции НКВД, их конвойных войск. Вот и получается, что если я сам их семьи попытаюсь выселить, то мне просто некуда будет их деть. Вот этот вопрос я и хотел решить с местными сотрудниками НКВД. Отдел в Буске был совсем небольшим, а в нём всего семеро сотрудников органов во главе с лейтенантом. В глазах этого лейтенанта ясно читалось — ну вот нафига ты такой красивый сюда припёрся, и без тебя дел хватает! После того, как я объяснил ему свои затруднения, он впал в ступор. Возможно при другом раскладе он просто послал бы меня куда подальше, сославшись на занятость, но бумага за подписью Серова не дала ему это сделать.

-Товарищ капитан, я не могу сам решать такие задачи, это вне моей компетенции. Вначале я должен доложить своему начальству, и вот как оно решит, так и будет.

-Хорошо, докладывайте, я не буду стоять у вас над душой, а пока распорядитесь выяснить, откуда эти бандиты и кто они, судя по всему все они, или почти все из местных жителей.

-Выясним товарищ капитан.

-Вот и замечательно, я приду к вам завтра в полдень, надеюсь к этому времени вы утрясёте все вопросы со своим начальством.

Вот так, бюрократия рулит во все века и во всех странах, ни кто не хочет брать на себя лишней ответственности. Получается, что до следующего полдня я совершенно свободен, почти как Винни-Пух или это был Пятачок, не помню. Вернувшись в штаб дивизии, поставил в известность комдива, а тот и рад, что с него ответственность снимается, он только приказы выполнять будет. Я с самого начала на него не рассчитывал, предполагая такой результат. Позвав начальника разведки, вернее придя в его кабинет, засел вместе с ним за карты района. Необходимо было подробно изучить предстоящий театр боевых действий, где и какие деревни расположены, где удобные места для лёжек бандитов, а также решить, откуда начинать работать. Просидел весь оставшийся день, только с перерывом на перекус. А на следующий день я снова отправился в городской отдел НКВД к лейтенанту.

-Добрый день товарищ капитан, дозвонился я вчера до начальства.

-И что?

-Дали добро, просто с вами каждый раз будет направляться наш сотрудник, который будет следить за законностью. Все подлежащие выселению семьи вы должны будете привозить сюда, тут они будут собиратьсяи затем под нашим конвоем отправляться в Сибирь, на новое место поселения. И да, мы выяснили по нападавшим, бандитов опознали, по крайней мере большую их часть, они из трёх близлежащих сёл.

-Отлично, тогда можно выезжать, с комдивом я ещё вчера говорил, он выделит по роте бойцов для каждой группы и транспорт.

-В таком случае я выделю вам трёх своих сотрудников, и постарайтесь одновременно не выезжать более чем в три села. У меня всего семь сотрудников и я не могу выделять вам сразу всех своих людей.

-Хорошо, а вы пока подготовьте помещение для выселяемых.

Лёд тронулся господа присяжные заседатели, это как лавина, когда от одного камешка начинается всё сокрушающая на своём пути волна. С комдивом я действительно договорился ещё вчера, и он ждал только отмашки, вот и начнём помолясь. В дивизии мне выделили три роты бойцов и по десятку машин, да ещё я разделил своих бойцов на три отделения и распределил их среди этих трёх рот. Заехав в Буск за энкавэдешниками, группы отправились по своим целям. Все эти сёла были неподалеку, а потому уже через час-два, все группы прибыли на место. Я отправился с одной такой группой. В две другие группы я отправил по отделению своих бойцов вместе с БТР-2 для усиления их огневой мощи, а себе взял свою командирскую машину и БТР-1. Погода стояла жаркая, на небе ни тучки, а в машине нет кондиционера и окна не открыть, хотя они и опускаются. Просто я не хотел повторения судьбы Ватутина, а потому пуленепробиваемые окна были подняты, а открыт только люк в крыше, через который и поступал свежий воздух и позволял не сварится в салоне. (Генерал армии Ватутин погиб 15 апреля 1944 года от заражения крови, после того, как его кортеж был обстрелян бандеровцами 29 февраля 1944 года у въезда в село Милятин и Ватутин получил тяжёлое ранение бедра.) Первой шла БТР-1, я за ней, как то не очень хотелось глотать дорожную пыль, вот и шел вторым, а уже за мной ехали грузовики с бойцами. Скорость была небольшой, по просёлочной дороге не разгонишься, да и подвеска на машинах стоит достаточно жёсткая, так что километров 30 в час предел, иначе костей не соберёшь, да и сами машины угробишь, долго они такого издевательства не выдержат. Наконец это мучение кончилось и мы приехали в довольно приличное село. Бойцы, выпрыгнув из машин, окружили сёло, после чего началась его зачистка, они сгоняли всех жителей села на площадь. Собрав там всех жителей, прикомандированный к группе сотрудник НКВД зачитывал по списку фамилии бандитов, что тут жили и сообщил, что все они были убиты во время нападения на армейскую колонну. Тут же в толпе раздались крики и плачь, это заголосили семьи убитых и тут раздалось убийственное:

-Согласно постановления республиканского отдела НКВД, семьи бандитов виновных в нападениях на представителей власти и военных подлежат переселению в Сибирь, на сборы даётся час, с собой брать только то, что можно унести на себе. Отныне семьи бандитов будут ссылаться в Сибирь и на Дальний Восток.

Селяне стали перешептываться между собой, но возмущаться побоялись, рота солдат как то не очень способствовала выражению своего недовольства. Но, как я заметил, не все из селян были этим недовольны, и меня это порадовало, значит не все из них потенциальные бандиты. Председатель колхоза указал на все семьи перечисленные в списке и скоро их всех затолкали в три грузовика и колонна выехала в обратный путь, а отъехав на пару километров от села я вместе с головным БТР-1 съехал с дороги и остановился. У меня не было уверенности, что это были все бандиты из этого села, а после того, как председатель указал на семьи из списка, то уцелевшие бандеровцы вполне могут придти посчитаться с ним. Вот я и хотел, используя председателя, как наживку, поохотится на уцелевших бандеровцев. Загнав машины в лес, я оставил при них только экипаж БТР-1 из водителя и стрелка, а все остальные мои бойцы облачившись в маскировочные накидки, осторожно выдвинулись назад к селу. Незаметно подойдя к нему, мы залегли на окраине и стали ждать темноты. Где находится дом председателя я знал, специально днём к нему заходил, так что около полуночи мы осторожно выдвинулись к нему, правда тут нам едва не сорвали всё дело собаки, которые чуя незнакомых гавкали, но слава богу не очень сильно. Медленно потянулось время, луна была видна едва-едва, так что темень стояла приличная, но около двух часов ночи возле дома председателя началась возня. Пятеро фигур незаметно проникли на его двор, встрепенувшуюся собаку, которая бросилась на незнакомцев моментально убили ножом, после чего подпёрли дверь дома принесённой с собой доской, и рванули к сараю за сеном. Подождав, пока они не принесут первую охапку сена, которую незнакомцы бросили под стены дома, мы рванули на захват. Не было ни каких киношных стой, стрелять буду, или лежать, нет, ни чего этого не было. Просто, когда они пошли за второй порцией сена, на них из темноты бросились тёмные фигуры. Один, максимум два удара, и вот упавших незнакомцев, заломив им руки за спиной, уже связывают, а в доме председателя зажёгся свет. Последовала попытка выйти из дома, которая ни чем не увенчалась, дверь открывалась наружу и прислоненная к ней доска надёжно её удерживала, не давая ей открыться. Подойдя к двери, я ударом ноги выбил доску и из дома, с револьвером в руке вышел председатель. Из дверного проёма слабо светил свет, это председатель зажёг керосиновую лампу и её тусклом и неверном свете, он всё же смог меня узнать.