Читаем без скачивания Измена. Секрет моего мужа (СИ) - Вера Казанова

От соседей я бросилась обратно, за сыном. По щекам лились слёзы, и каждую секунду я надеялась услышать вой сирены, но его всё не было и не было.

Как там Костя? А вдруг Андрей что-нибудь сделает с ним? Господи, пусть с Костей всё будет в порядке…

Оставшийся один, Стас не просто ревел, он рыдал до истерики и уже начал задыхаться от собственного плача.

Я подхватила сына на руки, пытаясь его успокоить, хотя и сама сейчас была на взводе. Горло саднило, голова почти не соображала. Всё происходящее казалось каким-то жутким кошмаром и только боль, да горячие слёзы Стаса доказывали, что я нахожусь в реальности.

— Маша, иди к нам, — на пороге соседнего дома появилась женщина, давшая мне телефон, чтобы вызвать полицию.

К сожалению, ничем другим помочь она не могла, но я её понимала. Слабая и уже немолодая, куда ей тягаться с моим мужем?

Я посмотрела на собственные ворота, кусая губу. Что делать? Костя ведь ещё там. Но я и сама ничем не могу помочь ему, скорее наоборот, только помешаю, вынудив защищать ещё и себя… однако и бросить его не могу.

С улицы ничего не было слышно — ни драки, ни возни, и я даже представить не могла, кто же победил, а полиция всё не ехала.

Наконец, когда я уже было решилась оставить Стаса соседке и пойти осторожно проверить, что происходит, дверь возле ворот открылась.

Невольно я попятилась, ожидая увидеть на пороге Андрея. Дыхание сбилось, сердце застучало чаще, но на улицу вышел Костя.

Господи, спасибо. Спасибо!

— Костя! Ты цел! — я бросилась к мужчине, вместе со Стасом на руках, и он сжал нас в объятиях.

— Надо было всё-таки сразу забрать тебя, — пробормотал, гладя меня по волосам.

— С тобой всё в порядке? Что с Андреем? — я отстранилась, оглядывая лицо мужчины.

На скуле у него красовался синяк, губа была разбита, бровь рассечена, но нос уцелел.

Интересно, как выглядит Андрей? Хотя, нет, неинтересно. Надеюсь, за это его посадят, и он больше не сможет меня донимать. Никого не сможет.

— Кажется, он неплохо приложил меня, — покачал головой Костя, потирая рёбра. — Столько силы, даже не ожидал.

— Он был под наркотиками. Он… он хотел убить меня, чтобы я не мешала ему жить, — и не сдержавшись, я всхлипнула. — Костя, я так напугалась. Думала, у него всё получится. Получилось бы, если не твой своевременный приход. Хорошо, что ты получил мою смс… хорошо, что ты не побоялся…

И я заплакала в унисон со Стасом, который всё не могу успокоиться.

— Всё закончилось, Маша, — мужчина снова обнял меня, прижав крепче. — Всё хорошо. Пока я связал его, но скоро прибудут мои ребята. Они покараулят его до приезда полиции.

— Тебе наверно надо в больницу…

— Я подожду с тобой.

Действительно, спустя минут пять к дому подъехал чёрный внедорожник с затемнёнными стёклами. Из него высыпалось пятеро мужчин, похожих, словно братья-близнецы — бритые макушки, огромные мышцы, одинаковая форма.

— Что делать, шеф? — спросил один из них, видимо, главный.

— В дом, — коротко махнул ему рукой Костя.

Ребята деловито последовали в указанную сторону, а я замерла, утирая слёзы. Возвращаться в дом, едва не ставший моей могилой, не хотелось. Но и ждать полицию на улице тоже было глупо. Однако… страшно. Почему так страшно? Может, лучше подождать у соседей?

— Идём, Маш, — Костя приобнял меня за плечи, улыбнулся чуть успокоившемуся Стасу. — Я буду рядом. Думаю, тебе давно пора высказать Андрею всё, что скопилось на душе.

Ладно, он прав. Я не могу и дальше бояться. Не могу, потому что делала это слишком долго. Андрей почти уничтожил меня не только физически, но и морально. Однако теперь всё изменилось. Я способна учиться на ошибках и впредь не допущу подобного. И больше не стану никого бояться.

И сделав глубокий вдох, я шагнула за ворота. А горячие пальцы Кости, лежавшие на моей талии, добавляли спокойствия.

Действительно, пришло время расставить всё по своим местам.

Когда мы зашли в дом, ребята Кости заняли позиции, молчаливыми статуями встав по углам и сложив руки за спину.

Андрей успел очнуться. Он сидел, привязанный к стулу, и безумно вращал глазами, пока наконец его взгляд не сконцентрировался на нас.

— Шалава, — прошипел он, сплюнув на кафельную плитку сгусток крови. — Так и знал, что ты шалава.

Я прижала голову Стаса к груди, чтобы он не видел всего этого, но сын всё равно снова начал хныкать и звать папу. Малыш явно не понимал, что здесь произошло, почему его отец только что кидался на нас, а теперь связан. Бедный мальчик. Надеюсь, когда он вырастет, то забудет всё это, как страшный сон.

А вот я… если прежде мне хотелось только избавиться от Андрея и забрать детей, получив свободу, то теперь в груди кипела ненависть.

Этот мудак должен получить по заслугам и заплатить за всё, что сделал. И ему не сойдёт это с рук, если в мире есть хоть какая-то справедливость.

— Ещё раз так её назовёшь и лишишься зубов, — предупредил Андрея Костя, зло сверкнув глазами.

— Постеснялся бы так говорить при сыне, — презрительно скривилась я.

— О, так вы заодно, — запрокинув голову, расхохотался Андрей. — Поглядите, каков друг. Натягивал чужую жену за спиной у своего партнёра. Браво, Константин, ты достоин своей бывшей жены.

— Тебе напомнить, что этот партнёр попытался обставить сделку в обход меня? — вскинул брови Костя.

Разубеждать Андрея в нашей связи он не спешил, как не спешила делать этого я. Зачем, если он всё равно не поверит? Он всех судит по себе.

— Да, пытался, — пожал плечами Андрей. — Ради благополучия семьи… — тут же его взгляд потемнел, и он прошипел: — Это она тебя предупредила? Тварь! Какая же ты тварь, Маша. Ничего, я вас всех ещё посажу! Так выйдет даже лучше. Скажу, что ты сам напал на меня, защищая свою любовницу. Думаю, мне поверят…

И он снова сплюнул кровь, а я невольно схватилась за свою шею. Поверят? Нет, не могут… хотя, признаться, выглядел он хуже Кости — нос разбит, под глазами синяки, на губе ссадина.

Но… а вдруг и впрямь поверят? Я удаляла звонки Косте из телефона, но если заказать детализацию, то их будет видно. А Андрей — хороший актёр, в этом я успела убедиться лично. Вдруг он обманет и судью?

— Бойся, мразь, — усмехнулся этот урод, заметив мою реакцию. — Я заберу у тебя всё. И детей, и имущество. Ещё должна останешься. Будешь работать