– Гяуры ушли в пустыню… Ты пойдешь к женщине вот с этим, – вожак подал ему фигурку фараона в одежде охотника.
– Слушаюсь, господин!
– Скажешь, что от ее мужа. Скажешь, что он велел ей идти с тобой. Скажешь, что нашел гробницу.
– Слушаюсь, господин!
– Отведешь женщину в пещеру…
– В пещеру, господин?
– Да! Там исчезнешь и откроешь люк.
– Но господин…
– Откроешь… засыпешь выкопанный нами проход и вернешься.
– Но…
– Иди, Садим! Никому не позволено шутить с владыкой Долины.
Садим весь съежился, пронизанный каким-то внутренним холодом. Ладно, напугать, обмануть, запутать, к этому он был вполне готов. Но убить… Сомнения терзали его душу. Оставить женщину одну в пещере значит обречь ее на смерть, такую же верную, как если бы он убил ее сразу. Но «железный фараон» – и Садим прекрасно это знал – был неумолим. Пришлось идти выполнять возложенное поручение.
Салли не находила себе места, ее терзала тревога. Она положила руку на голову Динго.
– Где твой хозяин, песик? – спросила она. – Даже ты не знаешь…
То, что Томек, Новицкий и Патрик не вернулись ночевать, было вполне объяснимо. Вышли они довольно поздно, встреча могла быть интересной. Но теперь уже кончался день – и никаких известий. В конце концов Салли осознала, что самой ей ничего не сделать, и решила обратиться в полицию.
Раз что-то решив, она сразу почувствовала себя лучше, стала готовиться в дорогу. В это время подошел ее арабский слуга и сообщил, что прибыл гонец.
Салли вышла из палатки. Гонец показался ей знакомым. «Где я видела это лицо?» – подумала она.
Гонец низко поклонился и подал ей что-то завернутое в полотно. Пытаясь вспомнить, где она прежде видела этого человека, Салли неспешно разворачивала ткань. Увидев, что было внутри, Салли перестала думать о чем-то другом. Все сомнения отпали.
Это была четвертая, оторванная от золотого подноса фигурка Тутанхамона. Она рассеивала золотой блеск, но показалась чересчур мягкой, что очень удивило Салли. «Здесь кроется какая-то тайна», – подумала молодая женщина. «Если бы фигурка была золотой, она бы обязательно весила больше». Салли вернулась в палатку и отыскала фотографию. Все полностью сходилось. Молодой фараон с охотничьим копьем в одной руке, в другой держал «анх»[116] – символ бессмертия. Еще одним знаком того, что фигурка изображает умершего, была узкая, закругленная на конце борода.
Салли выбежала из палатки с горящими щеками, забыв обо всем на свете.
– Откуда это у тебя?
Садим ответил на ломаном английском:
– Твой муж найти. Он меня прислать и сказать: жена приди, я найти гробница.
– Гробница? Гробница Тутанхамона?
– Я не знать. Иди со мной. Я провести.
– Я сейчас буду готова.
Было очевидно, что Салли уже ничто не удержит. Однако гонец еще подгонял.
– Идти сразу, скоро темно.
Напоминание о приближении ночи оказало обратное действие и несколько остудило горячую голову. У Салли осталось достаточно здравого смысла и хладнокровия, чтобы написать несколько слов Смуге и послать слугу в «Винтер палас», чтобы оставить там эту записку. Покончив с приготовлениями, она последовала за гонцом.
Садим делал вид, что идет в направлении Мединет Хабу, но напрасно Салли не обращала внимания на дорогу. Она все еще разглядывала четвертую фигурку, полная вопросов, сомнений и мечтаний, то и дело взвешивала ее в руке, подозревая, что под слоем позолоты что-то скрыто. «Может, она пустая внутри и содержит какие-то тайные надписи? Может, папирус с заклятиями?» – думалось ей. «Она же неспроста такая легкая».
Динго побежал следом за Салли, но Садим резко этому воспротивился, и Салли пришлось вернуть собаку обратно. Пес был недоволен, глухо ворчал. Обычно Салли обращала внимание на его поведение, но сейчас ее переполняла радость, она чувствовала себя на пороге большого археологического открытия. Найти гроб Тутанхамона, вот это будет сенсация! Горя от нетерпения, она то и дело задавала гонцу вопросы:
– Когда, где, как обнаружили гробницу?
– Ничего не знать, ничего не говорить, – неизменно отвечал Садим.
Смеркалось, когда по извилистым тропкам они дошли до Долины царей. Салли почувствовала страх, в ней постепенно начала расти тревога.
– А где Томек? Ведь уже ночь. Может, придем сюда утром?
Садим заметил ее колебания.
– Муж велел сегодня… болеть… – и видя беспокойство Салли, хитро добавил:
– Не так сильно. Немного.
Салли проверила в кармане, на месте ли револьвер, и уже без колебаний двинулась за ним.
«Отчего здесь нет Новицкого? Почему он сам не пришел за мной?» – лихорадочно вертелось у нее в голове, но прежде чем она успела задать вопрос, Садим объявил:
– Это здесь!
Они прошли между двумя скальными монолитами, которые прикрывали отверстие, напоминавшее вход в пещеру. Садим зажег глиняный светильник, их тут много стояло в ряд, и подал его Салли. Себе взял другой. Наклонив голову, он переступил порог. Коридор шел горизонтально, а потом резко, круто, почти вертикально падал вниз[117] . На стенах были видны отверстия, ведущие в боковые камеры. Салли так хотелось туда заглянуть, но Садим очень спешил.
– Муж потом показать. Сейчас нет времени. Он больной, – молотил он без передышки.
– Да где же он в конце концов? – почти уже закричала Салли.
– Внизу. В комнате, где мумии.
Они быстро миновали склепы с сокровищами, с посмертным приданым покойника, пока не дошли до ряда расположенных в самом низу склепов, там должен был находиться саркофаг с мумией, урна с внутренностями. Пискнула под ногами мышь. В глубине главного помещения трепетал огонек.
– Муж там! Иди! – Садим легонько подтолкнул Салли.
Она посмотрела ему в глаза и заколебалась.
– Иди! Иди! – поторопил он ее.
Салли решилась, быстро преодолела последние метры и вошла в помещение. Здесь она изумленно остановилась. В склепе никого не было. Не было и саркофага, зато в скальных нишах покоились обернутые в белое полотно тела умерших много лет египтян. Салли пронизал холод. Она обернулась в поисках проводника. Его нигде не было видно.
Теперь она поняла, как была наивна, как легко позволила заманить себя в ловушку. «Знаю, где я видела этого человека с испуганными глазами», – вдруг вспомнила она. «Новый слуга» – так жена важного чиновника хедива в Каире ответила на ее, Салли, вопрос. «Я же помню, как у меня тогда мелькнула мысль: какое странное стечение обстоятельств, что этот человек пришел из тех мест, куда мы собираемся». Внутренним взглядом она хорошо видела эту сцену. «Возможно, им было о нас известно, и они с самого начала за нами следили, а мы-то старались их отыскать. Но тогда все складывается в логическую цепочку: нападение на корабле, исчезновение мужчин, ловушка для меня». Ей пришло в голову, что, может, и мужчины поддались на обман опасного врага.
