понимаете… Вам говорят, что ветер с цепи срывается, что вы скоты, печенеги, вы и верите; по шее вас бьют, вы ручку целуете; ограбит вас какое-нибудь животное в енотовой шубе и потом швырнет вам пятиалтынный на чай, а вы: «Пожалуйте, барин, ручку». Парии[27] вы, жалкие люди… Я же другое дело. Я живу сознательно, я все вижу, как видит орел или ястреб, когда летает над землей, и все понимаю. Я воплощенный протест. Вижу произвол — протестую, вижу ханжу и лицемера— протестую, вижу торжествующую свинью — протестую. И я непобедим, никакая испанская инквизиция не может заставить меня замолчать. Да… Отрежь мне язык — буду протестовать мимикой, замуравь меня в погреб — буду кричать оттуда так, что за версту будет слышно, или уморю себя голодом, чтоб на их черной совести одним пудом было больше, убей меня — буду являться тенью… Да… Вот это жизнь, я понимаю. Это можно назвать жизнью.
М. Стельмах
Кровь людская — не водица.
Великая сентябрьская тишь стоит над землей. Село зачаровано звездным небом, и глубока, добротна синева разбросанных по долине хат. Возле каждой зорко глядят на восток потемневшие подсолнухи. Ночь пахнет сыроватой дорожной пылью, созревшими садами, терпкой коноплей. Изредка заскрипит спросонья журавль или хлопнется наземь возле покосившегося тына влажное от росы яблоко, прольется шипучим соком на траву — И снова тишина, как в добром сне, и снова широколистые подсолнухи, словно матери, протягивают на восток отяжелевшие руки, на которых покоятся головки маленьких, погруженных в сладкую дрему подсолнушков.
И даже не верится, что есть еще войны на земле, что нечеловеческая злоба в последних корчах цедит реки людской крови, что высокоученые и низко павшие люди вымаливают, как нищие, повсюду за границей червонцы и оружие, чтобы заарканить землю, поднявшуюся на дыбы… Посреди неба склоняется к югу Млечный Путь, с его слепых звезд осыпается на край земли серебристая пыльца.
У п р а ж н е н и е 5.
Проанализируйте текст своих ролей по мастерству с точки зрения логического построения отдельных фраз и перспективного развития мысли в монологах.
V. РАБОТА НАД ТЕКСТАМИ ОТРЫВКОВ.
В сценической речи в работе над отрывками ставится задача учиться передавать через авторское слово свои мысли, чувства, выявлять через слово свои отношения, точно зная «…какие мысли, чувства вы хотите вызвать у слушателя»[28]. Работа над текстом поможет научиться ценить слово и понимать, что если текст произносится, то он всегда должен оказывать определенное воздействие на слушателя иди на партнера. Кроме того, работа над текстом ставит перед учащимися обязательное требование: не забывать, что действенное слово должно быть технически профессиональным, то есть быть четким (дикция), литературно правильным (орфоэпия), слышимым и звучным (дыхание и голос), точно выражать смысл каждой фразы и всего контекста (логика речи).
Так же как в работе по мастерству актера для освоения всего сложного процесса создания образа есть определенный первоначальный этап — работа над этюдами, так и в сценической речи текстовой отрывок является своеобразным этюдом по овладению действенным словом, когда практически проверяется качество речи, ее профессиональное мастерство. И потому студент должен сделать как можно больше речевых этюдов. Эту работу нельзя рассматривать как художественное чтение, где чтец-исполнитель подробным образом изучает творчество автора, его биографию, эпоху, проделывает сложную аналитическую работу не только по исполняемому отрывку, но и по всему произведению, из которого берется читаемый отрывок, чтобы определить место данного отрывка во всем произведении и его значение для раскрытия идейного содержания всего произведения. Чтец изучает и раскрывает характеры и взаимоотношения действующих лиц, определяет основные события, через которые раскрывается сюжет произведения, и т. д.
В работе над речевыми этюдами задача упрощается.
Вся сложная аналитическая работа по всему произведению на данной, первоначальной стадии работы по слову не обязательна, хотя и не исключается. Взятый для работы речевой отрывок является как бы определенным «предлагаемым обстоятельством» для отстаивания перед слушателем того или иного собственного утверждения, желания, возможности защитить или обвинить кого-то перед слушателем, привлечь его на свою сторону, посмеяться вместе с ним над поведением того или другого человека, заставить слушателя полюбоваться картиной природы, красотой человека, его прекрасным поступком и т. п. Поэтому материалом для работы может служить отрывок из рассказа, романа, повести, поэмы любого автора, важно только, чтобы этот отрывок был идейно и художественно полноценным и представлял собой целый по содержанию кусок с началом и завершением. Тексты должны быть небольшими по размеру, по содержанию они могут быть самыми разнообразными: рассказывать о различных событиях, описывать картины природы, рисовать портреты людей и т. д.
В дальнейшем полученные навыки в работе по действенному и технически профессиональному слову помогут в работе над текстом по мастерству актера и художественному слову.
Практическая работа над речевыми этюдами.
На примере разбора отрывка из романа М. Бубеннова «Орлиная степь» рассмотрим метод работы над речевыми этюдами.
Текст отрывка:
«…бывает, встретишь в лесных дебрях ручей. Маленький, он едва прокладывает себе путь, он еще не может перепрыгнуть через поваленное дерево… Но присмотришься к нему — и видишь: есть в нем все же что-то задорное, сильное и многообещающее! И невольно мелькает мысль: а куда он течет, этот ручей, каким он будет, когда пройдет сотни верст? Может быть, он станет могучей рекой, которая проложит себе путь по чудесным просторам? И тогда захочется встать и шагать, шагать за ручьем, чтобы узнать, какой он, многообещающий, в далекой дали!..
Так было и с Тоней.
Она знала многих парней и отчетливо видела, какими они станут в будущем. Вот один: он будет жить размеренно, деловито, без дерзкой мечты, в годы возмужалости завоюет почет в селе, полюбит ходить в баню и за один присест будет выпивать туесок домашнего кваса… Вот другой: этот будет маленьким крикливым мужичонкой, какие любят мешать другим жить на белом свете: в семье у него будет не больше счастья и несчастья, чем у других, но он, надоедливый, о каждой своей житейской мелочи заставит говорить все село… Ой, каждого лебяжьинского парня Тоня видела стоящим где-то за много лет впереди!
А вот Ваньку Соболя не видела. Никак нельзя было узнать, каким он станет. Он очень легко, играючи научился работать на тракторе. А за какие дела он только не брался попутно! Охотничал, выкармливал на своем дворе лис-чернобурок, вязал сети, плотничал, объезжал колхозных коней… Он неутомимо, неугомонно раскрашивал, как умел, в яркие цвета свою простую деревенскую жизнь. Озорной, он любил покуролесить, при случае похвастаться, затеять
