действительно что-то случилось, но она не захотела со мной делиться. Захотела сначала обдумать, а потом уже говорить. Я уважаю её решение, хоть меня это и бесит до ужаса. Хочется прийти и вытрясти всё из неё. Я не привык, чтобы меня оставляли на вторых ролях. Я должен знать. Я должен и могу помочь, чтобы не случилось. Я хочу помочь.
Уснул я очень быстро, и как привык на кровати своей девушки, но в этот раз совершенно один. Изначально я испытывал холод и непонимание, зная и чувствуя, что не хочу терять единственного человека, который приносит мне такое тепло. А потом понял, что чтобы не случилось, мы справимся, и эти мысли помогли мне заснуть.
Утром, видимо со вчерашнего дня на зеркале в туалете, я увидел послание. Когда-то я так писал Ви, теперь же написала мне она. Виана знала, как я буду себя чувствовать, поэтому сделала всё, чтобы я улыбнулся.
Как показала практика перед игрой я совершенно не волновался, показывая такое же равнодушие, как обычно, это делает мой брат. Но сейчас, мои эмоции зашкаливали. Я была зол и встревожен. Потому что ровно минуту назад, моя девушка выбралась из машины долбанного Сакса, без Сэм. Я собственник. Я чёртов собственник. Дружба дружбой, я верю Ви, знаю, что она не станет делать ничего, что могло бы подвергнуть моё к ней доверие. Но она мне сказала, что приедет с Сэм. Да, Сэи сестра Сакса, а значит они вполне могли бы приехать втроём. Но Виана вышла из машины вдвоём с этим придурком. И они…только…что….пошептались.
Да вы издеваетесь???
Я пулей пошёл к ним, потому что, как я уже сказал, собственничество штука очень сложная. Плюс, нам надо поговорить. Её рука обмотана, что, не без основания, я считаю следствием разбитого зеркала. Но почему она его разбила? Почему не рассказала мне? Что происходит?
— О, Голден, как муха на…
— Закрой свой рот.
Я подошёл к Ви, и одним рывком закинул её себе на плечо. Девчонка даже не вырывалась, просто повисла на мне, как мешок картошки. Удивлённый, но не раскрывшись себя, я двинулся к раздевалкам.
Чему научила меня моя жизнь? Три пункта.
1 — Никогда не выносить ссору дальше двух человек. Это только наше дело. 2 — Всегда нужно говорить. Если люди умеют говорить друг с другом, особенно если это необходимо, то у них всегда будет шанс всё исправить. 3 — Никогда ни при каких обстоятельствах не разговаривать с кем-то рядом с долбанным Саксом. Никогда.
Я зашёл в раздевалку, где воняло потными мужиками. Идеальное место для разговора, она скажет мне всё быстрее, если её будет тошнить.
— Выйдете отсюда все. Вон, сказал!
Я закрыл ушко Вианы рукой, чтобы не оглушить. И крикнул на парней. Они все встали в стойку, и вышли за дверь. Иногда мне нравится быть крутым парнем, который может, одним словом, заставить людей делать то, что нужно именно мне. Почему же это не действует на эту девушку, которая, опустившись на пол, смотрит на меня своими чёрными глазами.
— Тебе он нравится?
Похоже, я сказал что-то не так. Но боль и дикое желание владеть, полностью погрузило меня в пучину зла. Надо успокоиться, и начать нормально думать. А не вести себя как первобытное чудовище?
— Что?
Виана заговорила чуть тише, чем обычно, но точно смотрела мне прямо в глаза.
— Нравится он тебе?
— Эдриан, что?
— Почему ты тогда пришла сюда с ним? Почему просто пришла с ним, а не с Сэм. Ты могла взять такси, могла позвонить мне!
— Я не буду отчитываться перед того почему мы приехали вдвоём!
Теперь и Виана повысила голос, её внешний вид, наконец-то вернулся в прежнее русло. И теперь я точно видел, что разговариваю со своей девушкой, а не с приведением.
— Будешь отчитываться!
— Ты больной? Я сказала тебе, что не буду!
— Будешь!
— Не буду!
Мы как два истукана талдычили то, что ни капли не привело и не приведёт меня, а уж тем более её к разгадке. Или какому-то продолжению.
— Виана, — я поднял руку, закрывая ей рот ладошкой и прижимаясь к её лбу своим.
— Ты моя! Ты будешь говорить мне о своих проблемах. Расскажешь мне, если что-то не так. Я хочу понимать, хочу знать, хочу быть частью твоей жизни.
Я смотрю ровно в её бездонные глаза, они на мокром месте, как будто сейчас она собирается сказать мне то, что разобьёт в дребезги моё сердце. А я потом скажу то, что разобьёт ещё больше её. Наверное, мои глаза молят этого не делать, потому что она вдруг отстраняется, вытирает щёки рукой и кивает.
— Я расскажу тебе, но после игры, договорились?
Она смотрит на себя, делая свои глаза оленьими. И, наверное, если бы я хоть чуточку меньше любил её, вытряс бы всё из неё за секунду. Угрозами и нападками. Но я люблю её, поэтому просто киваю и открываю перед ней дверь.
Как и ожидалось, игра шла бурной. Группа поддержки, во главе с моей сестрой, кричали как могли. Счёт шёл равный, почти одинаковый, накал был такой, что кровавые слёзы могли политься из глаз из-за давления оказываемого всеми на поле. Но мы держались, и даже, кажется, побеждали.
Сакс бесился, что неудивительно, ведь эта игра была и для него последняя, на которой он мог доказать своё превосходство.
— Что Голден, боишься?
Каждый раз на игре Сакс смотрит на меня, но ещё ни разу он со мной не разговаривал. Вряд ли я хочу начинать. Я закатил глаза, как и всегда рядом с этим парнем, показал ему средний палец и уставился на брата, который что-то говорил судье. Я был капитаном, но в силу своего «большого» желания, пару месяцев назад эту должность взял Хейг. Его поистине превосходное владение покер фейсом работает на ура. Никто не понимает о чём и когда он думает. Даже ни разу не позволил себе проронить хоть какую-то ненужную эмоцию.
— Слушай, я тут хотел у тебя спросить, как тебе целоваться с сестрой?
Тут просвистел свисток, и я, не поняв, что сказал этот дурак, повернулся и кивнул Торресу. Он прикрывал меня, когда я закапывал заживо своих противников. В этот раз это будет Райвен, и мне плевать, что он там несёт.
— Она мне все уши прожужжала про эту ситуацию сегодня ночью в кровати.
Вот теперь я прислушался. Чёрт, как легко завладеть чьим-то вниманием просто говоря глупости направо и налево.
Поэтому душевнобольных людей так интересно, но опасно
