Читаем без скачивания ПоэZия русского лета - Максим Адольфович Замшев

и умирают за Русь

каждый – исполнен отваги —

в сущее пекло – опять…

или на белые стяги

чёрные мысли порвать?

что нам любые ИГИЛы[9],

Сирия или Ирак?

не зарастают могилы,

и надвигается мрак

силы откуда берутся?

самое надо сказать;

(только бы переобуться,

раны перевязать)

выслушай новости тихо

и ни о чём не жалей —

невыносимое лихо

белого снега белей

вывод подобен позёмке

и вызывающе прост:

в нашем шахтёрском посёлке

каждая хата – блокпост

Александр Александрович Сигида

Art. Y. X.

Я помню эти ночи, полные огня,

А также свет

В конце дверей;

Напалма вспышка ослепила вдруг меня —

Всего лишь след

От батарей.

Координатами исписан был мой лист

Алхимик снов

Гвидо фон Лист

Когда нас формулам учил

Специалист

Дирекционный игрек-икс.

Кто путешествовал у ночи на краю,

Где тьма кругом,

Полночный Сплин;

Расчеловеченный, я тешил плоть свою

И стал знаком

С тобой, Селин.

В арт-инсталляциях он был специалист,

Как дирижёр,

Как Ференц Лист.

Декомпозиция

При помощи баллист

Дирекционный игрек-икс.

Мачете

Президента-христианина зарубили мачете —

Это было время борьбы церквей и мечетей;

Ведь находится рай, как известно, под сенью мечей,

Всесожжения ветхозаветного хлебных печей.

И мачете кромсали саванны, как слоёный наполеон,

И тогда для пацификации запустили туда Легион.

Это было довольно жёстко, обойдёмся без лишних слов.

Пожалели о появленье на свет

Палач

Каннибал

Людолов.

А потом зашёл бундесвер, и начался полный Раммштайн…

Ведь германцы – это германцы, и орднунг для них – мусс зайн.

И они обязали каждого нашить отличающий знак

С полумесяцем или крестом. Не желающих – в автозак.

Я люблю этот мир лицемерный и знаю его хорошо.

Если хочешь быть либералом, веди себя как фашо;

Человек – это хищный зверь, выползающий из болот.

А война – это плоти пиршество, и похоти, и охот.

Новые Балканы

Если рассматривать кратко

Хроники новых Балкан,

Я вижу Младича Ратко;

Я вижу тебя, Аркан.

И лозунги те же, и гербы:

Здесь – «на гилля москаля»,

У них было «серба на вербу».

И краины, и поля.

И сербосеки

И правосеки

И в Боснии газават.

В союз нерушимый сплотили навеки

Советских неохорват.

Хроники янтаря

Немало сторчится на этой войне

Укропов и сепаров, что же, вполне

Эффект оправдают побочный.

Аффект проявляется очно.

Когда ты при пушке и на кокаине,

То влип ты в историю на Украине.

И клей исторический стал янтарём,

А ты в янтаре каменел бунтарём,

Ты стал Муравьём, Муравьёвым…

Апостолом? Большевиком?

Штыком, и маслёнкой, и новым цевьём.

И те, кто огонь разводил в январе,

Увязли с тобою в одном янтаре.

Одноглазый бог войны

Герману Власову

Ты одноглазый бог войны.

Ты бог дружин и дальних странствий

Восточно-северной страны…

…Вне времени и вне пространства.

Твой дух – как некий архетип,

Предвиденный Густавом Юнгом.

Он заражает, словно грипп…

Опасен старым, гибель юным.

Твой замысел повёл на Рим

Астарты сына, Ганнибала.

Он был силён, непримирим,

А Рима сила погибала.

А на востоке Антигон

Сказал: «Моя, моя Европа!»

Он Александра эпигон

И кличку носит он циклопа.

Империю разъединил —

Властолюбивая эпоха!

Дух распри хуже, чем ИГИЛ[10],

Где диадох на диадоха.

И Нельсон, непреклонный бритт,

Добавил треша и угара…

Смотри! Французский флот горит

У Абукира, Трафальгара.

Едва сломить хватило сил

Нам корсиканского мессию,

Но, как Кутузов говорил, —

«Сожжём Москву – спасём Россию».

Волков твоих призывный вой

О возвращении Вотана

Во время Первой мировой

Услышал… Впрочем, я не стану

Вам лишний раз напоминать

О тех, кто был тобой ведомым.

Про них написаны опять

Разоблачительные томы.

Когда пришёл тевтонам срок,

Тогда, опять, во время оно,

Ты удалился на восток —

Чтоб вдохновить сынов Сиона.

И может быть, Моше Даян,

Давивший танками арабов,

Был тоже пост-Гудериан —

Ближневосточного масштаба?

Года, столетия пройдут,

И примет жизнь иные формы.

И варварами назовут,

А может, войны станут нормой.

Ты одноглазый бог войны

Дух времени, огонь пророка;

Я не ищу ничьей вины,

Живя во время Рагнарёка.

Русский Лавкрафт

Если б я знал,

Я бы остался, как Говард Лавкрафт,

На чердаке, книжным червём, вечный изгой…

Я б не ровнял

В зимние ночи лунный ландшафт,

Я бы не брал

Книги в последний, решительный бой.

Если б любил,

Я бы не вёл себя, словно Лавкрафт,

Как дезертир, я бы оставил стылый окоп…

Плюнув на всё,

С милой еврейкой, Сонею Гафт,

С bad jewish girl

Я переехал бы жить в Конотоп.