— На всякий пожарный. Вдруг в деревню соберусь переехать? Фермером стану. А в общем, это просто личная характеристика невесты, анкетные данные, которые мне должны подойти и соответствовать. Вот, как обожает повторять Нюта. Вставай, пьяница, будем чай пить!
На столе вместо чайника стояла початая бутылка водки, грязные стаканы и несколько тарелок с объедками и остатками засохшей еды.
— А на чем это ты так сильно нагрелся с Анютой?
Игорь безмятежно потянулся. Юрий внимательно глянул на него исподлобья:
— Хороший вопрос! Мечтаешь повторить мой скорбный путь? Не советую. Быстро ошалеешь от избытка интеллигентности и наставлений на путь истинный. Да и в остальном… Не думай, что с ней хорошо в койке. Слишком много капризов и причуд. Настоящая упрямая шляхта с чудовищной гордыней, волей и огромной тягой к свободе. Анна привередлива, а баба чем проще, тем лучше. Но можешь попробовать. Если так уж неймется. Хотя она пока под моей фамилией ходит. И знаешь… — Он помолчал. — Во всем нужна мера. А мы с тобой, похоже, как раз ее и не знаем. И не только мы одни. Многие частенько не видят границ ни в чем: ни в любви, ни в ненависти, ни в мести, ни в самопожертвовании, ни в эгоизме, ни в глупости, ни в бесстрашии, ни в заботе о своей семье… Дурацкая беспредельность… Тебя это касается всерьез. Задумайся, пока не поздно. Увлекаешься слишком. Водярой, например. Ты долго валяться собираешься?
— Пока ты не дашь мне вырезки, — мечтательно отозвался Игорь. — И обязательно рыночной! С кровью! А насчет койки… Может, это у тебя там не все благополучно? Не замечал, конский щавель?
Он никогда не был привлекателен для Анюты. И даже если вдруг Воробьевы действительно разбегутся в разные стороны… Это ничего не значит. А письма… Обыкновенная бабья блажь. Нашло на нее… Маялась дурью и скукой. С кем не бывает… Вот только зачем было заниматься этим так серьезно?.. Тоже, видно, не чует предела. Ну, маялась бы на крайняк в одиночку, а ведь Анька долго держала Скудина за дурака…
Игорь вспомнил ее, прикусил губу и уставился в стенку. Его пьяный дурной каприз не произвел на Юрия впечатления. На самом деле Игорь к мясу был довольно равнодушен и просто выкаблучивался: пытался разозлить Воробья, оскорбить, раздразнить — пусть по-детски, глупо! — но обязательно заставить злиться, даже психовать.
— Обана… Слуг еще не завел, чтобы на рынок гонять! — усмехнулся Юрий. — Как только появятся, сразу на базар и пошлю. Долгонько тебе этого счастливого момента дожидаться придется! Ломаешься почем зря. Спесивого дурака из себя корчишь. А дурак с претензиями еще хуже, чем обыкновенный идиот. Валяйся хоть до Нового года! Но повторяю: с работы тебя выкинут как миленького! И мать на сей раз не поможет. Она тоже не всесильна. Что тогда делать будешь? Ты же ни к чему не пригоден, гвоздя в стену не вобьешь! Обе руки левые. И обе кривые. С ними ни торговать, ни строить, ни компьютеры отлаживать — нынче самые престижные занятия. С голоду сдохнешь! А уж про водку вообще тогда думать забудь! Помнишь, как приемник у Нюськи чинил?
Игорь помнил. Приятель умел при случае точно попасть в самое больное место и спокойно ответить мощным ударом на удар. Хотя никогда не вступал первым в сражение и борьбой не увлекался.
— Ты вообще-то еще не забыл, каким концом лампочку в люстру вставляют? — безмятежно поинтересовался Юрий. — А что у тебя творится дома… — Юрий брезгливо поморщился, вспомнив квартиру приятеля. — Ты когда бачок починишь в туалете?
По квартире Скудина стайками летали мухи, постоянно здесь живущие и размножающиеся. Перед каждой едой он судорожно искал по всей кухне чистый стакан или чашку. В туалете воду сливал ведром.
— Слесаря вызвать — он же не будет стараться и не починит так хорошо, как я! — глубокомысленно объяснил Игорь. — А если починю сам — мои девки тотчас на меня навешают починку других вышей в квартире. Вот поэтому я принципиально не чиню и слесаря не вызываю.
— Надо же уметь так выкрутиться! — искренне восхитился Юрий. — Язык у тебя незаурядный, прямо-таки редкостный!
Игорь сиял. Черные глаза сверкали блеском номер два, свидетельствующим о душевном покое и довольстве жизнью. Переделать парня невозможно, поскольку он сам категорически не желал меняться и что-либо переиначивать в своей жизни.
Да, у Юрия было давно собрано неплохое досье на друга. Воробей потрудился лучше ФСБ. Но дружить они продолжали в силу беззлобности Юриного характера, его добродушия и незлопамятности. А еще потому, что оба долго ностальгировали по школьным, ясным до прозрачности годам. И еще… Они оказались повязаны одной женщиной. И это неожиданно спаяло их прочнее всего.
Юрия, так же как Игоря, жизнь не так легко и просто вышибала из седла. И испортить ему настроение тоже мало кому удавалось. Довольно твердый камушек даже для скудинских зубов, которых у опустившегося пьянчужки оставалось все меньше. Лечить их Игорь панически боялся, а когда боль становилась нестерпимой, отправлялся к хирургу и удалял очередной зуб. Схема простая, действенная, но, увы, зубов не сохраняющая.
Отлично зная все слабые места приятеля, Воробей издевательски спросил:
— Ты когда зубы-то вставишь, жених?
Юрий любил периодически задавать этот вопрос.
— Никогда! — с вызовом заявил Скудин. — Мечтаю о вставных челюстях. Это совсем неплохо. Два чудесных преимущества: зубы точно никогда больше не заболят и ничего не надо чистить — только не забывай новые зубья на ночь в стакане замачивать. Все о'кей!
— Разумник! — ухмыльнулся Юрий. — Далеко пойдешь! Отрезанная нога тоже никогда больше болеть не будет. Почему бы тебе не попробовать? Сразу и навсегда избавишься от всех мозолей и станешь первооткрывателем нового метода. Да и палец на руке обжег — тотчас его под нож! Без забот и хлопот! А почему у тебя носки дырявые?
— Да, — с гордостью подтвердил Игорь, — у меня все носки с дырочками. Поэтому я надеваю сразу три пары. Дырки накладываются одна на другую, и носки как целые. И теплее, В детстве со мной приключилась забавная история. Мать заслала меня как-то на лето в лагерь. Мне лет восемь было. Я ехать не хотел, упирался. Мать перед отъездом говорит: «Ты, Гарик, грязное белье долго не носи, надевай чистое, я тебе много смен положила». Ну, я и надевал: на одни трусы — другие, а потом третьи… Пока, наконец, вожатая не заметила, что я как-то странно потолстел и двигаюсь с трудом. Зато больше мать меня в лагерь никогда не отправляла, у бабки летом жил…
Юрий хмыкнул:
— Женись! Может, малость в себя придешь. Слово «супружество» произошло от сочетания «соупряжь», что значит «совместная упряжка». Вместе тянуть веселее. И пусть роза пахнет лучше, чем капуста, но из нее не сваришь борщ. Советую тебе над этим хорошенько поразмыслить.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
