Указ был получен позже, но выдающийся подвиг комсомольца Зорькина на подступах к Днепру в тот же день стал известен всему личному составу дивизии. О славных боевых делах героя рассказала дивизионная газета «Красноармеец» и специально выпущенная политотделом дивизии листовка.
Бой у села Пилипча завершился в полдень, и к вечеру 29 сентября дивизия вышла у Лопатина и Радули к Днепру. Первым прорвался к реке у озера Святого 321-й полк подполковника А. Т. Прокопенко, а вслед за ним у местечка Радуль — 47-й полк под командованием Николая Петровича Николаева, незадолго до того сменившего подполковника И. И. Карташова.
Первый этап наступления завершился. Теперь предстояло главное — форсировать реку, захватить на ее западном берегу плацдарм. Днепр — река широкая, глубокая, многоводная, с высоким, почти отвесным правым берегом. Все хорошо понимали, что преодолеть ее не просто. К тому же форсировать водную преграду предстояло с ходу, на подручных средствах.
По приказу комдива полковника К. Е. Гребенника в течение двух суток воины собирали со всех окрестных деревень рыбацкие лодки, разбирали деревянные сараи и строили плоты.
Настала ночь и вместе с ней ставшая уже привычной напряженная тишина. Все знали, что враг не смыкает глаз. На малейший шорох на левом берегу огрызается яростным артиллерийско-минометным огнем. С большой осторожностью под покровом темноты спускали бойцы на воду переправочный средства. Несмотря на все меры предосторожности и маскировки, обмануть бдительность врага не удалось. Едва передовые подразделения начали переправу, как противник повел массированный обстрел. Подразделения 47-го полка буквально в первые же минуты постигла неудача. Пятью прямыми попаданиями артиллерийских снарядов были разбиты четыре лодки и паром. Все бойцы и командиры погибли.
Подразделения полка четырежды пытались форсировать Днепр, но безрезультатно. Понеся немалые потери, полк вынужден был прекратить форсирование.
321-й стрелковый полк приступил к форсированию Днепра силами второго батальона капитана Г. И. Карпухина. В его составе находились пулеметная рота гвардии лейтенанта Алексея Калабина и саперное подразделение под командованием старшего лейтенанта Петре Оделадзе. Поначалу все шло хорошо. Видимо, противник сконцентрировал свое главное внимание на участке 47-го полка и не ожидал, что полк будет переправляться у озера Святого. Лишь когда лодки и плоты 321-го полка достигли середины реки, фашисты открыли по ним интенсивный огонь.
Не все достигли западного берега. Часть лодок и плотов была разбита и потоплена. Однако пулеметчикам Алексея Калабина и саперам Петре Оделадзе сопутствовал успех. Они преодолели Днепр и высадились на его крутом берегу. В ход пошли гранаты, приклады винтовок и автоматов. И наконец — траншея. К этому времени через Днепр переправились еще две стрелковые роты. Общими усилиями пулеметчики, стрелки и саперы оттеснили гитлеровцев на вторую позицию. Действия десанта с левого берега поддерживала артиллерия. Однако артиллеристы вели огонь почти вслепую, по площадям, так как корректировщики погибли во время переправы.
Небольшой плацдарм был захвачен, но противник пустил в ход все средства, чтобы ликвидировать его. Контратаки против десантников следовали одна за другой. Пехота контратаковала при мощной поддержке артиллерии и минометов. Бой продолжался почти непрерывно в течение шести с лишним часов. В самом его разгаре гвардии лейтенант Калабин был ранен, но продолжал командовать ротой. Следуя его примеру, храбро дрались пулеметчики и стрелки. Когда гитлеровцам удавалось близко подойти к позиции десантников, пулеметчики и стрелки забрасывали их гранатами либо вступали в рукопашные схватки, которых гитлеровцы старались избегать.
При отражении контратак смело действовали все воины.
В рукопашных схватках не раз отличались красноармейцы Жугуев, Карапетян и многие другие. Бесстрашно, сноровисто действовал девятнадцатилетний красноармеец Федор Гущин, рабочий парень из Горьковской области. Крепкий, широкоплечий, веселый, не унывавший ни при каких обстоятельствах боец разил врагов всем, чем сподручнее: гранатами, штыком, прикладом, меткими выстрелами из винтовки. Он все время держался поближе к командиру роты Калабину. Своей отвагой неоднократно отводил от него беду. Не в силах был сделать лишь одного — защитить командира от осколков снарядов. Алексей Калабин получил еще одно ранение, на этот раз тяжелое — в голову. И опять остался в строю.
На помощь первым десантникам 321-го полка переправился через Днепр штурмовой отряд под командованием заместителя командира батальона старшего лейтенанта А. А. Лысенко. Противник ответил на это новой яростной контратакой крупных сил пехоты при поддержке 17 танков и артиллерии. Силы были неравными. Фашистам удалось оттеснить десантников со второй на первую позицию, ближе к берегу. Отход прикрывал из «максима» дважды раненный, истекавший кровью гвардеец Алексей Калабин.
Видя, что командир пулеметной роты остался один, группа гитлеровцев попыталась взять его в плен. Алексей успел метнуть в них последнюю гранату и вместе с пулеметом отошел по траншее к своим. По настоянию старшего по званию Александра Лысенко Калабин вплавь переправился на левый берег Днепра. Лечился в медсанбате. От отправки в госпиталь наотрез отказался.
Узнав от Калабина о положении десанта на правом берегу реки, комдив полковник К. Е. Гребенник, вступивший в эту должность перед форсированием Днепра, приказал переправить в помощь десантникам еще несколько подразделений 321-го полка. Однако место переправы было уже пристреляно противником, поэтому преодолеть Днепр под огнем врага удалось лишь немногим. Остальные либо вынуждены были вернуться, либо погибли.
Между тем бой на крохотном плацдарме продолжался. Гитлеровцы вновь и вновь контратаковали десантников. По моему приказанию с левого берега была усилена артиллерийская поддержка десанту, однако силы подразделений на правом берегу реки таяли. После того как переправился на левый берег гвардии лейтенант Калабин, в пулеметной роте оставалось не больше десятка бойцов, да и те в большинстве раненые. Командование ими принял тоже раненный младший лейтенант Разносчиков.
Командир 321-го стрелкового полка 15-й стрелковой дивизии полковник А. Т. Прокопенко.
Достойный пример мужества и отваги по-прежнему показывал красноармеец Федор Гущин. В ходе боя он принял на себя командование отделением, своевременно обнаружил скопление гитлеровцев на фланге плацдарма и упредил их удар. В завязавшейся перестрелке он сам и несколько его подчиненных истребили около тридцати вражеских солдат. Не менее десятка — пулеметчик Хозиев.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
