потекла ещё сильнее и загорелась.
— Не, так не надо!
Кто-то высунулся из лючка на спине и начал тушить пламя. Лин побежал было туда, но я его остановил, схватив за руку.
— Обстрел же, — напомнил я.
В берег ударил очередной залп корабельных снарядов, подняв целую тучу дыма, огня и вздыбленного песка. Но песок затушил огонь.
Зато начала дымиться правая рука. А левая поднялась. Длинные цилиндры, установленные на ней, раскрылись, как лепестки цветов.
— Получите, суки! — выкрикнул Лин.
Со всех сторон летели пули. Северяне двинулись в бой под прикрытием панцирников. Противник, лишившись главного сухопутного оружия, сопротивлялся слабо.
Самое время додавить, но этот флот мешает.
Раздалось несколько очень громких хлопков. Это вылетели снаряды из тех цилиндров. Но пролетели совсем недалеко и упали в море, подняв брызги.
Длинные снаряды, похожие на сигары, поплыли вперёд, оставляя за собой след водной пены. Прямо к кораблям.
Те уже знали, что это такое. Стрельба смолкла, они начали маневрировать. Один дредноут пошёл вперёд, задев собственный транспортник, второй пытался развернуться.
Снаряды плыли, а боевая машина Лина пошла вдоль берега. Лин вырвался и побежал к ней.
— Вот бы подняться, — сказал Варг и показал на раненую ногу. — Но не смогу же.
— В другой раз.
Сам я отправился следом. Надо отправить эту машину южнее, чтобы окончательно отбить желание врага вторгаться на мои земли.
В море уже поднялся первый столб воды. До корабля не доплыло, они умудрились сбить снаряд. Зато второй… Раскат мощного взрыва донёсся только через несколько секунд после того, как я его увидел. Корабль начал накреняться.
Боевая ригга остановилась. Это ещё не всё, что у неё есть. Стрелки на крыше возились с каким-то блоком из трёх цилиндров. Несколько секунд, и все три сорвались вперёд с диким свистом.
За ними тянулся красный след с искрами. Все три штуковины залетели за холм. Оттуда поднялись очередные огненные облака.
— Я же говорил, что мой шедевр тебя удивит! — воскликнул Лин.
— Это правда, — честно сказал я. — Твоя машина может продолжить бой? Осталось немного!
— Конечно! Но нужен ремонт.
Он добежал до гигантских толстых ног. В самом низу было какое-то подобие пальцев, упёршихся в землю. И лесенка, ведущая наверх. Надо что-то с этим придумать, чтобы в бою никто не забрался.
— С ходовой проблемы! — Лин прижал радионаушник плотнее и чуть вытянул микрофон. — Главная стойка правого шасси! Перегрев, всё покраснело! Масляный бак пробит? Пусти резервный!
Я ничего не понял. Пока машина остановилась, а флот противника спешно отступал, инженеры выползли из лючков, как муравьи, и облепили боевую риггу.
Кто-то заколачивал кувалдой какой-то вылезший из механического сустава штырь, кто-то заваривал дыру игниумовой сваркой, кто-то копался в искрящих проводах. А Лин полез на самый верх.
Я следом. От машины тянуло перегретым металлом. Деформированная лесенка нагрелась. Пары перекладин не было, сюда попал снаряд.
Когда так близко к машине, я казался сам себе очень незначительным по сравнению с таким гигантом.
Вблизи уже видно, что это прототип. Что-то грубо приварено, какие-то шланги вообще торчали, ничем не закрытые. Один яростно шипел и дёргался, как змея, а какой-то инженер, висящий на тросе, пытался приладить его на место.
— Перекрой пневмомагистраль сначала! — приказал Лин присмотревшись. — Пока воздух не кончился. А я в кабину. Что там с компрессором?
— В норме! — из пуза чудовища показалась чья-то голова. — Работает идеально.
— А движки?
— Третий номер барахлит, мы его чиним.
— Давление в правой платформе?
— Две с половиной!
— Дерьмо, должно быть пять!
Лин забирался ещё выше, я следом. Тут не простой отряд, здесь целая команда ремонтников. Короткая схватка длилась недолго, но у всех уже куча работы.
— Сюда! — Лин забрался в люк и протянул мне руку. — Нам сюда!
Мы оказались в кабине. Думал, что здесь будет тесно, как в панцирнике, но с такими размерами место можно не экономить. Сильно пахло машинным маслом. Боевая группа сидела на местах, каждый на своём кресле. Перед ними пульт с кучей рычагов.
— Первый пилот, — Лин показал на какого-то смуглого парня, которого я мельком видел в академии. — Второй пилот, на нём вооружение. И главный механик, — он показал пальцами на инженера с завода Нерска. — Что в электрокамере?
— Контактор номер два перегорел, а запасной не подходит.
Лин, не говоря ни слова, открыл дверь позади кабины. Там, где была куча каких-то щёлкающих, трещащих и скрипевших механизмов, что-то искрило.
— Поставлю перемычку, — Лин скинул с себя шинель и засучил рукава. — Глуши машину!
Первый пилот что-то провернул на большом пульте перед собой и двинул рычаг. Стало тихо, только потрескивали остывающие механизмы.
— Как скоро сможем атаковать? — спросил я.
— Через две минуты!
Я собрался подойти к люку и посмотреть, но второй пилот, парень из какого-то клана у Варга, остановил меня и показал на какой-то прибор.
— Лучше в оптику! — крикнул он. — А то задеть может.
Снаружи по нам что-то ударилось, отчего внутри всё зазвенело. Экипажу хорошо, у них наушники. А мне не очень.
Я посмотрел в прибор. Бой в разгаре, но что происходит непонятно. Надо ускоряться, чтобы гигантская машина напугала врага ещё сильнее.
— Быстрее! — сказал я. — А то поддерживать будет некого.
Лин достал ножик и вставил его между двух пластинок. Что-то заискрило и начала щёлкать, будто там стояли большие часы. Ровно десять щелчков. В камере, где стоял Лин, начали гореть зелёные лампочки.
— Запускай! — крикнул он.
Пилот дёрнул огромный рычаг. Свет в кабине погас, но тут же загорелся вновь. Пульт засверкал всеми цветами радуги.
Кабина начала дрожать так сильно, что меня начало сносить в сторону на скользком от набежавшего масла стальном полу. Но через несколько секунд всё стало спокойнее, теперь только немного вибрировало.
Снизу доносился приглушённый звук работающих двигателей. А в нос начал бить запах испорченного яйца.
— Запустили аварийно, — подсказал Лин. — Если воняет, значит, игниум в топливных баках выгорает не полностью! Это влияет на…
— Лишь бы работало, — сказал я. — В бой, парни. Каждому титул, если его нет. А ты, Лин… будешь как минимум Наблюдателем.
Он не слушал, только водил носом перед какими-то стекляшками, светя на них фонариком. Перед ним была какая-то стеклянная трубка, в которой бултыхалась вода или что-то подобное.
Дверь камеры с приборами осталась открытой. И там, на самом видном месте, видна свеча предка. Тот дух остался полезен и после смерти.
— Дух предка, — зачем-то напомнил мне Лин. — Без него ничего бы не получилось. Я же догадывался, что их души и игниум…
— Лин, занимайся машиной, — мягко сказал я. — Об остальном расскажешь потом.
— Понял!
Пилоты начали переговариваться между
