Когда мы снова отыскали шар, Йендред все еще разговаривал.
— ПРОСТИ НАС, ПОЖАЛУЙСТА. МЫ ВЕРНУЛИСЬ. ЧТО ЗА СОЗДАНИЕ ПРОЛЕТЕЛО НАД ШАРОМ?
— ЕСЛИ ДЛИННОЕ И ТОНКОЕ ОНО, ТО ЭТО БЕССАЛЮР.
— А У ВАС ЕЩЕ ЕСТЬ ЖИВОТНЫЕ, КОТОРЫЕ УМЕЮТ ЛЕТАТЬ?
— ДАВАЙТЕ ПОГОВОРИМ ПОЗЖЕ. Я БЕСЕДУЮ С ТБА КРИДОМ.
Мы извинились и замолчали. Но как оказался Тба Крид в корзине воздушного шара? Когда мы видели его в последний раз, он шел на запад от Май-Нунблта. В том, что мы его не узнали, не было ничего удивительного. Землянам почти все ардийцы кажутся похожими друг на друга.
— РЕЖИМ ПРОСЛУШКИ.
— И В АСТРОНОМИИ ОКОНЧАТЕЛЬНЫЕ ОТВЕТЫ ИСКАТЬ НАДО. ЕСЛИ ТОЛЬКО ЕСТЬ РАЗУМНЫЕ СУЩЕСТВА, ПОРАЗИТЕЛЕН УМ ИХ. ДАЖЕ СЕЙЧАС ВОЗМОЖНО СИГНАЛЫ ШЛЮТ НАМ ОНИ. С МОИМ ПЛАНОМ, НАДЕЮСЬ Я, СОГЛАСЯТСЯ АСТРОНОМЫ.
Когда мы следили за разговором, мне показалось, что Йендред наслаждается чувством собственного величия, если судить по его снисходительному интересу к теме инопланетных разумных существ. Если это так, нам следовало очень внимательно читать записи их бесед с Тба Кридом.
Йендред не заметил Тба Крида в начале полета, потому что между ними сидел еще один пассажир. Похоже, где-то на полпути в Ис-Фелбт Тба Крид передумал менять пуницланскую политическую систему. Гораздо проще, понял он, посоветоваться с более развитыми существами. Наверняка во вселенной есть тысячи обитаемых миров, и в некоторых из них известно, как справиться с ардийскими трудностями. Осознав это, Тба Крид отправился на грузовом шаре в сторону Дал-Радама и пуницланской обсерватории, расположенной на вершине западного склона.
— КАК ТЫ ДУМАЕШЬ, ТБА КРИД БУДЕТ РАД ВОЗМОЖНОСТИ ПОГОВОРИТЬ С ЗЕМНЫМИ ЛЮДЬМИ?
— ДУМАЮ Я, ЧТО ВЗОРВЕТ ЭТО ЕГО МОЗГ.
Я попросил Ламберта, чтобы он пустил меня за компьютер.
— ЭТО ДЬЮДНИ. КОНЕЧНО, МЫ НЕ МОЖЕМ ПООБЩАТЬСЯ С ТБА КРИДОМ НАПРЯМУЮ, И МЫ УЖЕ ГОВОРИЛИ РАНЬШЕ, ЧТО НЕ СТОИТ РАЗГОВАРИВАТЬ С НИМ ЧЕРЕЗ ТЕБЯ.
— ДА, ЗНАЮ. НО ИМЕЮТСЯ ЛИ У ВАС ОТВЕТЫ ДЛЯ НЕГО?
— НАВЕРНОЕ, НЕТ. ЗЕМЛЯ И АРДЕ СЛИШКОМ СИЛЬНО ОТЛИЧАЮТСЯ ДРУГ ОТ ДРУГА.
Вскоре мы заметили, что механик, который стоял у рубильника, начал отключать его все чаще и чаще, чтобы воздух внутри шара медленно остывал. Они готовились к приземлению. Капитан наклонился вперед, глядя в прозрачное окно из джебба. Полозья под днищем корзины коснулись земли, и механик включил рубильник в последний раз. Корзина ударилась о почву, проехалась по ней и, наконец, накренилась и замерла, и мы увидели покачивающийся шар в верхнем правом углу экрана.
Эта местность отличалась от всего, что мы успели посмотреть на Арде! Почва здесь была гораздо грубее, вперемешку с массой угловатых, неправильной формы камней и валунов. Более того, поверхность была наклонной и поднималась к востоку под углом примерно в пять градусов. Сразу было ясно, что это склон Дал-Радама.
Несколько ардийцев подошли к шару со стороны станции, которая осталась чуть западнее. Они влезли на пустую половину корзины и отцепили оболочку шара от зажима, а затем сняли ее с нагревателя. После этого они отсоединили сам нагреватель, так что теперь можно было забрать груз, а пассажиры могли перелезть через верхнюю часть корзины и добраться до станции.
Йендред шел на станцию вместе с Тба Кридом, по пути они миновали несколько домов и маленький склад. Станция представляла собой четырехэтажное сооружение, на верхнем этаже которого размещался зал ожидания для пассажиров. По радио объявили о сильном ливне в верхней части склона, и один из местных жителей ударил в гонг. Скоро сюда должна была прийти река.
Йендред тем временем спустился на этаж ниже — там был маленький магазин. На все оставшиеся деньги Йендред купил маленький воздушный шар и съестные припасы. Похоже, продолжить путь на грузовом шаре ему было не по карману. Когда он вернулся на верхний этаж, к нему сразу же подошел Тба Крид.
— ДЕНЕГ СКОЛЬКО ИМЕЕШЬ ТЫ?
— ДВЕНАДЦАТЬ ДЖЕББОВ ВСЕГО ЛИШЬ.
— ПРЕКРАСНО ЭТО. ИМЕННО СТОЛЬКО НЕ ХВАТАЕТ МНЕ НА БИЛЕТ.
— НО КАК ЖЕ ВОЗВРАЩАТЬСЯ БУДЕШЬ ТЫ?
— С НЕСКОЛЬКИМИ АСТРОНОМАМИ ЗНАКОМ Я. ДОБРЫЕ ОЧЕНЬ ОНИ. И ЕЩЕ ВЗЯТЬ МОЖНО КРЕДИТ. КОНЕЧНО, ДЕНЬГИ ТЕБЕ ВЕРНУ Я.
Неожиданно все собравшиеся в зале ожидания вздрогнули, словно от громкого шума. Взглянув на поверхность, мы увидели прямо над входом очень бурный поток воды. Вода несла с собой камни, песок и даже огромные валуны, и все это вертелось, кружилось и сталкивалось друг с другом. Но не успели мы опомниться от удивления, как все закончилось — ощущение было такое, словно над станцией пронесся скорый поезд. Все тут же вспомнили про грузовой воздушный шар и переместили фокус изображения вверх по склону, пока не нашли корзину, наполовину занесенную камнями и песком.
Сначала мы решили, что пуницлане слишком уж легкомысленны, раз не позаботились соорудить для шара что-то вроде подземного гаража. Казалось, выкопать огромную корзину из-под груды камней практически невозможно. Но вскоре нам стало ясно, что для очистки крыши потребуется лишь несколько взмахов лопатой, а для того чтобы в пассажирское купе снова можно было войти, требовалось вырыть совсем небольшую яму с восточной стороны корзины. В очередной раз мы совершили ошибку, когда пытались оценить объем работы, опираясь на наши привычные представления о трехмерном мире.
Как только поток схлынул, пассажиры начали укладываться спать. У Йендреда не было билета на следующий рейс, поэтому ему не разрешили остаться на станции. Но все же ему позволили провести ночь в корзине воздушного шара. Ночами здесь очень холодно, хотя высота еще не очень большая. Йендред взял небольшой электрический обогреватель и вышел из станции на залитый звездным светом склон. Снизу все еще доносился шум реки, хотя сейчас она текла на много километров дальше к западу.
Йендред устало брел по намытым рекой камням; добравшись до корзины, он открыл западное окно и залез внутрь. Включив обогреватель, он устроил себе постель на двух соседних сиденьях, натянув между ними веревку, которую достал из ящика у пульта управления.
— ТЕБЕ ТАМ ТЕПЛО?
— "О'КЕЙ", КАК ГОВОРИТЕ ВЫ. НРАВИТСЯ МНЕ БОЛЬШЕ ОДНОМУ БЫТЬ.
— РАССКАЖИ НАМ ПРО БЕССАЛЮРОВ?
Мы успели узнать не так много об этих удивительных созданиях, потому что очень скоро фразы Йендреда начали обрываться на полуслове, как будто наш принтер боролся со сном.
Бессалюры живут на склонах Дал-Радама, а иногда встречаются и на самом плато. Днем они летают очень высоко, высматривая своими зоркими глазами малейшее движение на поверхности: к примеру, мелкое норное животное, выбравшееся погреться или подышать свежим воздухом. Заметив жертву, бессалюр ждет, пока она полностью вылезет из норы, а затем бросается вниз с небес с ужасным звуком, похожим на треск, и зажимает несчастное существо между головой и хвостом. Молниеносными движениями пасти бессалюр разрывает жертву на куски и пожирает.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
