же она была целительницей и лучше любого разбиралась в течениях Потоков живых существ. Лана не имела права на ошибку. Перед ней стояла сложная задача – вернуть Горгорону зрячие глаза.
Дракон закрыл от Ланы свои мысли, но она не сердилась на него за это. Гор в принципе не был болтуном, а после всего случившегося каждому нужно было побыть наедине с самим собой. Впрочем, на ректора Облачной Академии слишком сильное впечатление произвела встреча с Ра. Неужели это и вправду был его брат? Или просто все драконы так похожи друг на друга? Но в чем же тогда было дело? Гор явно почувствовал в золотом драконе нечто такое, чего не увидела Лана, и что ввергло его в такую печальную задумчивость. Лана подумала, что позже непременно спросит об этом у Горгорона, но не сейчас. Сейчас ее первостепенной задачей было вернуть ему возможность видеть.
И снова Лана задремала, и во сне она увидела свою семью. Они смотрели на нее с укором – все трое.
– Мама, ты совсем про нас забыла? – младший сын смешно морщил носик, с вопросом глядя на Лану.
– Тебе должно быть стыдно, мама, – это сказал старший сын. Он смотрел с осуждением и обидой.
– У тебя кто-то есть? – это уже муж.
Лана в растерянности переводила взгляд между своими родными и не могла им ничего ответить, ведь каждый из них был прав. Она попыталась придумать, как ей оправдаться перед ними, но не смогла. И Лана заплакала во сне.
Девушка проснулась от собственных всхлипов. Они все еще летели в сторону Академии, дракон неторопливо махал широкими крыльями, мимо лениво плыли облака, но в груди у Ланы свился колючий комок тревоги, вытеснив оттуда эйфорию от одержанной победы. Что она будет делать теперь? Кого ей нужно оставить: свою семью или свою любовь? Девушка зябко поежилась и прижалась к драконьей спине: несмотря на исходящее от Гора тепло, ей было холодно. Придется делать выбор и очень скоро. Но сначала – вернуть Гору глаза.
***
До Облачной Академии они долетели только к утру следующего дня, когда восток уже посветлел, но солнце еще не поднялось из-за горизонта. Лана благополучно проспала всю ночь на спине дракона и теперь, сонно потирая глаза, с запоздалым опасением думала, как она не упала с нее во время полета. Списала это на очередную особенность драконьей магии и не стала сильно удивляться.
Защитная завеса вокруг Академии выглядела, словно огромный облачный смерч, со страшной скоростью несущийся мимо горы. И она была еще ужаснее оттого, что вокруг нее царила гробовая тишина. Ни грохота, ни свиста ветра больше не было слышно, словно кто-то невидимый выключил звук. Горгорон в несколько сильных взмахов опередил винтокрыл, оставив Ирлина с Ларсом далеко позади, и первым приблизился к Академии, зависнув перед облачной преградой. Миг нерешительности, и сильный зверь нырнул в толщу колдовских облаков.
Сначала Лана ничего не услышала, словно бы они пробирались сквозь толщу ваты или густой туман. Но в какой-то момент ощущение внешнего мира разом нахлынуло на нее. Мертвая тишина облачной завесы взорвалась тысячей громких звуков: грохотом грозы, свистом ветра и пугающим низким гудением на краю восприятия, тревожной утробной вибрацией, от которой волосы по всему телу встали дыбом, и накатилась беспричинная паника. И захотелось убежать и спрятаться, но бежать было некуда, потому Лана лишь крепче вцепилась в драконий загривок.
Горгорон отчаянно боролся с магической стихией, и в какой-то момент Лане даже показалось, что на сей раз они не смогут пересечь колдовского заслона. Как это было бы обидно погибнуть сейчас, за считанные часы до счастья! Но вот, дракон рванулся вперед из последних сил, и клубящийся водоворот колдовского облака остался за его спиной.
Вокруг Академии по-прежнему царила стужа. У Ланы сразу же замерз кончик носа, и она принялась его яростно тереть, чтобы не отморозить. Гор плавно опустился в сугроб и припал на лапы, давая девушке возможность спуститься со своей спины. Ноги Ланы утонули в снегу, колючие снежинки сразу же забились за шиворот и в рукава – внутри облачной завесы была метель.
В спину Лане ударило волной теплого воздуха – дракон менял облик.
– Ты ведь снимешь теперь облачную завесу? – это был первый вопрос, который Лана задала Гору с самого момента, как они поднялись в воздух.
– Не полностью, – мужчина кивнул. – Лишь настолько, чтобы через нее было не так опасно летать. – Он хитро усмехнулся, – Но так, чтобы не у каждого хватало на это смелости. Не люблю непрошеных гостей.
И Горгорон начал колдовать. Лана почувствовала, как от силы магических Потоков, что свились вокруг драконьего чародея, у нее закололо в кончиках пальцев. Она нервно потерла их друг о друга, прогоняя неприятные ощущения, но тут же забыла об этом, увлеченная красотой магии дракона. Или красотой самого дракона.
Он стоял, расправив плечи и чуть разведя в стороны руки. Гор больше не закрывал глаз, и они сверкали сквозь снежную пургу, точно два изумруда. Ветер игрался с его темными волосами, и лишь одна белая прядка, точно припорошенная снегом, выбивалась из угольно-черной гривы. Снег, словно притянутый его магической силой, принялся кружить вокруг Горгорона, и дракон мгновенно оказался в центре снежного водоворота. Снежных хлопьев становилось все больше, и скоро Лана уже едва различала силуэт ректора в этом стремительном мелькании. Вокруг нее, напротив, снегопад прекратился, ветер утих, и словно бы стало чуть теплее.
Горгорон превратился в эпицентр урагана, казалось, все неистовство стихии обрушилось на одинокую человеческую фигурку. На миг Лане стало страшно, что он не выдержит этого натиска. Она сцепила руки перед грудью, с замиранием сердца следя за бешеной пляской снега.
Двор Академии очищался от снега и тумана. Воздух стал прозрачнее и гораздо теплее. Лана чувствовала, как отогреваются ее замерзшие щеки. В какой-то момент облака расступились настолько, что сквозь них проглянуло солнышко. Яркое, обманчиво ласковое, какое бывает только высоко в горах. Оно мгновенно растопило остатки снега, что чудом задержался в ямках и трещинах между каменными плитами. Девушка прикрыла глаза и с наслаждением подставила солнечным лучам свое лицо.
Привлеченные резкой сменой погоды за окнами, из дверей Академии начали выходить люди. Одни с опаской, другие с интересом смотрели на снежный шторм, центром которого стал дракон. Люди испуганно и недоуменно переговаривались друг с другом, но никто из них не решался обратиться к Лане с вопросами. Девушка покосилась через плечо, заметив приближающегося к ней Облачного Хранителя. В руке Розендар нес длинную палку – еще одну копию
