— Чтоб ты шею себе сломал! — крикнула она, захлопнув за собой дверь.
К тому времени, когда Блейк закончил ремонт и пришел ужинать, Меган уже остыла. Она одарила его сладкой улыбкой, и Блейк понял, что прощен. Они приступили к великолепно приготовленной трапезе, состоявшей из жареного перепела и картофеля с мясной подливкой, а на десерт были поданы печеные яблоки с корицей. Блейк управился с двойными порциями всех блюд, обильно расточая Меган комплименты по поводу ее кулинарного искусства.
Наконец, насытившийся и довольный собой и миром в целом, Блейк откинулся на спинку стула, наслаждаясь последней чашкой кофе, который Меган настойчиво подливала ему несколько раз. Он сделал большой глоток дымящейся жидкости, и тут же рот его свело судорогой. В отличие от предыдущей чашки, кофе показался ему невыносимо горьким. Он попытался его выплюнуть, но губы не повиновались ему, щеки втянулись внутрь, а язык одеревенел.
Когда кофе потек из его рта, Меган, не удержавшись, разразилась смехом. В глазах ее заплясали бесовские огоньки.
— Меган! Что ты наделала! — страшным голосом завопил Блейк.
К несчастью, рот его настолько онемел и перекосился, что слова вылетали искаженными до неузнаваемости. Нечленораздельное «Мгн, чттндел» совсем не устрашило ее, а, наоборот, вызвало новый приступ веселья. Слезы текли у нее по лицу, она держалась за бока, раскачивалась взад и вперед в кресле.
— Мгн, чрт пбри! — сделал он еще одну попытку, но только усилил ее смех. Оттолкнувшись от стула и впопыхах перевернув его, Блейк метнулся к ведру с водой. Там он ухитрился выплюнуть то что не успел проглотить, на пол и попытался запить едкое пойло водой, но челюсть настолько одеревенела, что хорошо, если в горло попало несколько капель. С большим трудом он ухитрился произнести более внятно и грозно: — Что ты добавила в кофе?!
— Аалум! — выдавила Меган между приступами смеха. — Ох, Блейк! Ты выглядишь так забавно! — Она буквально корчилась от нового приступа хохота.
— У-у-улум! — взревел он, и его глаза засверкали синим пламенем. — Зачем, злопмтная вдьм?
— Да, я злопамятная ведьма, — вкрадчиво подтвердила она. — Я не забыла, как ты сегодня себя вел. Вообще-то ты заслужил более сильную дозу, эта совсем безвредная, скоро все пройдет, тем более ты успел хлебнуть водички.
Что-то в ее голосе и в хитром выражении лица насторожило его.
— Что ты еще сделала? — с опаской спросил он. Меган взглянула на него, крепко сжав губы, чтобы больше не смеяться. Глаза ее слезились от усилий и проказливо поблескивали.
— Просто… просто чуточку касторки в твоей подливке, — призналась она с лукавой гримасой. Увидев, как перекосилось его лицо, она торопливо добавила: — Совсем немножко, никакого вреда тебе не будет, Блейк. Но достаточно, чтобы заставить тебя побегать, любовь моя. — Она опасливо попятилась, выставив перед собой руки. — Прекрасное средство, чтобы прочистить кишечник, дорогой. Честно, ты станешь новым человеком. — Смешок сорвался с ее губ, хотя она уже начала сомневаться, не слишком ли далеко зашла со своей маленькой местью.
От неистового мужского рева едва не полетели все заплаты на крыше, которые Блейк поставил днем.
— Ты зловредная, мерзкая кошка! — гнев в конце концов развязал ему язык. Он попытался схватить ее, но она ловко вывернулась и метнулась в другую сторону стола. — Лучше убегай, Меган — согласился он. — Если я тебя поймаю, то чадам такую трепку, что вовек не забудешь!
Длинные руки протянулись через маленький стол но тут желудок его скрутили ужасные судороги. Схватившись за живот, Блейк, пронзив ее напоследок убийственным взглядом, выскочил за дверь и со всех своих длинных ног припустил к отхожему месту.
Всю ночь Блейк непрестанно совершал походы за дверь. В перерывах живот его болел так сильно, что он распекал Меган как мог, не используя, правда, бранных слов и угроз. К утру все худшее было позади, но Блейк так ослабел, что даже лицо осунулось. Наконец он заснул, но только после того, как заставил Меган залезть в постель между ним и стеной, чтобы точно проснуться, если она попытается встать. Последними его словами были «Подлая ведьма! «, потом он намотал на руку прядь ее волос и забылся тяжелым сном.
На следующее утро Меган пожалела о своем маленьком розыгрыше. Она опасалась, что Блейк разозлится настолько, что ей придется несладко. Когда Блейк проснулся уже почти к вечеру, она стала извиняться. Она бормотала свои извинения так настойчиво и долго, что он в конце концов смягчился и внял ее мольбам скорее для того, чтобы заставить ее умолкнуть, поскольку в результате бурной ночи он страдал от страшной головной боли. Перемирие было восстановлено, но Блейку стало ясно, что впредь надо будет более осторожно обходиться с огненным темпераментом Меган. Средства возмездия были, мягко говоря, коварными, и ему бы не хотелось испытать на себе нечто подобное еще раз.
— Блейк?.. Блейк! — взревел Кирк, слишком пораженный, чтобы владеть голосом. Он стоял, таращась на письмо, требующее выкупа, которое Опал только что обнаружила. Он помахал им перед матерью, которая сидела за кухонным столом, так изумленно поджав губы. — Блейк похитил Меган?! За всем стоит этот ублюдок?!
— Говори потише, Кирк, — усталым голосом посоветовала Опал, — а то вся ферма узнает. Ты ведь знаешь, что некоторым людям будет нелегко это объяснить. — Она кивнула головой наверх, в сторону комнат, где еще спали родители Меган.
Кирк продолжал бушевать:
— Я убью его за это! Нам нужно было убить его уже давно, и дело с концом. Я ведь знал, когда мы вышвырнули этого сукина сына с ранчо, что рано или поздно он устроит нам кучу неприятностей.
— Тише, говорю я тебе, — зашипела Опал. — Успокойся. Надо подумать, что теперь делать. Ведь в письме говорится еще и о том, что мы должны молчать, иначе он убьет девчонку.
Слова Опал еще не растаяли в воздухе, когда в кухню ворвался Эван, за ним спешила Джейна. Мыльная пена пятнами покрывала его бледное лицо, рубашка была полу-расстегнута. У Джейны глаза расширились от беспокойства, волосы были встрепаны, а дрожащие пальцы запахивали полы капота. Услышав, что Кирк выкрикнул имя Меган, они прибежали вниз, уверенные, что наконец-то выяснилось нечто страшное.
— Кого убьет? — ахнул Эван, услышав последние слова Опал. — У вас есть какое-то известие от Меган? Она жива? С ней все в порядке?
Опал бросила на Кирка недовольный взгляд, который ясно говорил: «Теперь видишь, что ты натворил? «
— Присядьте, пожалуйста. Да, у нас есть известие. Мы получили сегодня утром письмо с требованием выкупа.
Джейна издала прерывистый вздох облегчения. — Значит, Меган еще жива? — слабым голосом спросила она. Ее глаза умоляли, чтобы ей подтвердили ЭТО.
