Миворе: что за человек, и стоит ли его опасаться, но в это самое время заговорил и Крайт:
— Спасибо тебе, Мари. Я вроде бы и понимал всё, что сказал тебе, но пока не озвучил, не был так уверен, — и он обнял меня, нежно прижимая к себе, поглаживая большими тёплыми ладонями.
Я уткнулась лицом в крепкое плечо и погладила его спину в ответ, выражая поддержку. Я была благодарна ему за то, что он поделился со мной своей болью. Этот большой, сильный, но ранимый мужчина. Прикрыла глаза, наслаждаясь этим интимным моментом.
Глава 41. Если слёзы, то только от счастья
Рашимарин
Мы разговаривали с его величеством Императором Мивором, а я чувствовал, как моё сознание медленно раздваивается. Одной половиной я был здесь, в кабинете, с братом и правителем чужой планеты, а другой всё ещё находился там — в зале межпланетного перехода.
Поведение наследника семейства Арден меня крайне возмутило. Это что за вольности? Или они с Мари так близки, что он имеет право на объятия? Признаться, не ожидал, что у меня здесь нарисуется соперник. О младшем брате Императора я не переживал: по моим сведениям, он ещё некоторое время будет проходить восстановление, а значит не помешает мне завоевать Мари. Но этот космический позёр пришёлся весьма некстати.
Мари
Как бы не хотелось этого избежать, нам пришлось явиться в кабинет Императора и присоединиться к беседе. К тому же, я имела непосредственное отношение к теме обсуждения.
— Итак, Мари, Крайт, теперь всё "по галактикам" для вас: мы выманим Закари спешной свадьбой Нэсси и Шарама, которая состоится сегодня вечером. Перед ней будет проведён Совет Содружества, на котором мы с наследниками Кохашура выступим с докладом о готовящемся перевороте. Некоторые доказательства есть, так что нас должны воспринять всерьёз. Опять же: поддержка со стороны четырёх членов Совета сыграет нам на руку. Также потребуем временно передать нам ключи, активирующие ракетные установки на всех планетах. Во избежание, так сказать. У членов Совета будет время всё обсудить — одни гала-сутки, и наш злоумышленник постарается за это время что-то придумать. Увидит Закари на церемонии Нэсси и Шарама и сделает ошибку, на которой мы его и поймаем.
— А если члены Совета Содружеств найдут предлог уйти на свои планеты, не посещая свадьбы? — спросила я с сомнением.
— Не могут. Регламент. Если есть открытый вопрос — все они должны сутки находиться как минимум на одной планете, и только после принятия решения могут быть свободны. К тому же, Шарам — сын члена Совета, а отказаться от приглашения на свадьбу в таком случае — значит проявить неуважение и привлечение лишнего внимания.
Крайт повернулся ко мне, потом вернул внимание Императору, поиграл желваками и выдал:
— Я буду рядом с Мари. Закари скорее всего знает, что она была на Дикой охоте. А значит, она — ещё один свидетель.
Император ухмыльнулся и кивнул, добавив:
— Отлично, этого я и ждал. Но я бы также хотел обсудить и план "Б". Если эта затея не выгорит, то мы пустим слух, что Мари — тот самый свидетель, который видел вместе заговорщиков: Закари и члена Совета. Тогда нужно будет покинуть резиденцию и, прямо скажем, ловить организатора на живца. Вы готовы к этому? — спросил он вроде бы нас двоих, но потом остановил взгляд на мне.
Конечно, я тут главный "живец" и если что, именно меня на ленточки рвать будут. Но с этим и правда надо заканчивать. Марк, спасая свою расу от войны, пострадал, и я не могу остановиться на полпути. Конечно, в нашем контракте такого пункта не было, но сердцем чую: это будет последнее дело перед хэппи эндом. Нам повезёт, я уверена.
— Готовы, — ответила я за себя и за Крайта, который тоже ждал моего ответа, видимо, не желая давить, а может ожидал, что я откажусь, побоявшись опасности.
Я повернулась к нему и улыбнулась, а он протянул руку и сжал мою ладонь. Такая поддержка была лучше тысячи слов, правда, повернувшись обратно, заметила острый взгляд Раша. Что поделать: я на всех разорваться не могу… Даже если очень хочется.
Званый ужин в честь свадьбы был просто волшебным. Начну с того, что Крайт, как и Марк с Рашем, успел поиграть "в куклы", то есть выбрать для меня подходящий наряд, туфли и даже украшение для волос, хотя позже я узнала, что по традиции Райхона это украшение следует оставлять в общей композиции и дарить на память невесте. Но, начну сначала.
Крайт привёз меня к себе домой и помог собраться. Кроме наряда меня ожидал мастер, который уложил волосы и сделал лёгкий макияж. Я бы даже решила, что привыкаю к такому сервису, если бы мой мастер не был роботом. Самый настоящий робот молча делал свою работу, а я следила за каждым его движением. Одно дело, когда робот стоит рядом, и совсем другое, когда он тебя касается, трогает волосы, рисует тенями стрелку. Надо отдать должное достигнутому уровню в индустрии красоты — сам робот был для меня достижением. А ещё он сделал локоны без каких-либо утюжков, используя только специальный спрей. Макияж нанёс в пару приёмов, хотя, насколько я знаю, в моём времени на это уходит добрых полчаса.
Да и вообще: всё сегодня для меня было новым и непривычным. Интересно, что у Крайта дом был напичкан техникой, в которой было крайне трудно разобраться и догадаться, для чего она предназначена. Также за ним по дому тенью скользил его робот-помощник, таскался по пятам и выполнял мелкие поручения.
В квартире Марка я не заметила таких вот технологий. Интересно, как он там…
Также непривычным было то, что все гости должны явиться в белом.
Когда я увидела белоснежный наряд, даже заподозрила Крайта в подвохе и уточнила почему именно этот цвет.
Оказалось, что на Райхоне такие традиции: невеста с женихом одеты в красное, что символизирует их любовь, страсть и огонь, а гости — в белое, выражая свои искренние восторг и радость от созерцания влюблённой пары. Романтично, однако.
Но я, облачившись в белое платье, вспомнила, как сама выходила замуж. Снова почувствовала себя невестой, и горячий взгляд Крайта только подстегнул мои эмоции. Он, в очередной раз доказывая своё сходство с мудрым змеем, медленно, не отрывая гипнотического взгляда, приблизился и поцеловал так нежно, что у меня закружилась голова. Его губы были горячими и мягкими, и от бережной осторожности, с которой он ко мне прикасался, кружилась голова. Позже поцелуй стал
