корпус и довести количество артиллерийских полков до сорока. Этого количества пушек нам хватит вполне.
— Да, Дмитрий Алексеевич, сербо-австрийская война показала силу артиллерии. Кстати, а каковы возможности турецкой армии?
— Ваше величество, на текущий момент они смогут выставить не более двухсот тысяч, включая резервистов и ополченцев. Англичане снабжают их новыми винтовками, но в недостаточном количестве. Казна совсем оскудела из-за ухудшающейся экономики.
Не так давно сменился великий визирь (предыдущий умер в сентябре) и новый усиленно заглядывает в рот Игнатьеву, русскому послу. Абдул Азиз Первый тоже туда заглядывает, надеясь на поддержку. Знали бы они, что русские готовят, быстро посадили бы посла на кол, хоть это и неприлично.
Вернувшийся с войны цесаревич имел длительную беседу с отцом, на этот раз без царедворцев. Александр Второй вслушивался в доводы сына и время от времени возражал. Но в одном случае был согласен.
— Да, ты прав, моя преждевременная кончина может навредить созданию "Романовской линии".
— Мы с Владимиром просто не будем иметь веса в Европе и чешский престол возьмут германцы в свои руки.
— Тогда, безусловно, лучше поддержать Валериана Первого. И в случае моей неожиданной смерти ты возглавишь Россию, а Владимир Михайлович сможет удержать романскую корону в своих руках. Или Алексею её передашь.
План решили довести до меня, чтобы всё выглядело по совести. Мол, Романовы согласны с идеей Васнецова о сохранении максимально возможного русского контроля в славянских землях. Теперь осталось сделать сложный выбор: или разорвать пакт о ненападении, заключённый с Турцией, и по-быстрому начать войну за Болгарию, или всё-таки дождаться 78 года.
— Володя, я боюсь. В Романии всё спокойно, знакомо и привычмо, а в Чехии будет по-новому.
— Я поддержу по всем вопросам, не переживай. Классную армию создадим и отлично её вооружим, укреплений построим. Главное, что эта страна уже прекрасно развита в промышленном плане.
— Всё равно побаиваюсь.
— Ты, Валериан, не о том думаешь. Если Чехию перехватят немцы, то она будет в будущем угрожать и нам, и России. А сейчас все в растерянности, так что нужно попытаться сорвать это спелое яблоко.
Отец двух королей был горд, как никогда. Жил бы в Петербурге, утёр бы нос старым знакомцам, кичившимся княжескими титулами в прошлом. Теперь старший сын мечтает поставить его, Михаила Дмитриевича Васнецова, императором Трансбалкании. Никто, конечно не признает новую империю, но приятно иногда подумать на эту тему.
— Вольдемар, какие у тебя планы на захваченные в Австрии земли?
— Отец, я думаю объединить Штирию, Каринтию, Крайну и Истрию в королевство Словения. А вот Триединое королевство оставлю без остатка Далмации. Всё что от Задара к югу отчикаю, вернув в былое состояние. Зато передам им Флаум и окружающий регион.
Конечно, хотелось бы передать венграм Славонию, отгрызя самый восточный комитат себе в Воеводину. А с надьяр получить их восточные районы. Шайтан его знает, как будущее сложится. И так перевернул всю Историю вверх ногами. С другой стороны постепенно какая-то СФРЮ получается, а я вроде Броз Тито нынешнего разлива.
Ладно, нужно верить в светлое будущее, потом докуём!
Глава 30
Глава тридцатая
В декабре Венгрия осталась без одного из своих лидеров, что меня сильно опечалило. Террорист, а скорее сторонник другого лидера, Лайоша Кошута, бросил бомбу в выходившего из кареты 64-летнего Морица Эстерхази. Сам убийца тоже пострадал от тяжёлыг ран и умер на месте.
Дело в том, что с претендентом на королевский титул можно было договариваться, а как это делать с неуступчивым Кошутом? Сейчас его сделают, как при австрийцах, Правителем Венгерского королевства, а в казне хоть шаром покати. Он не из семейства магнатов, а из красивых лозунгов каши для страны не сваришь.
Не только на окраинах, но и в столице начались волнения. Вроде холодно на улице, да и рождество приближается, а противоречия растут. Ко мне уже обращались, чтобы провёл гуманитармую акцию. А к Валере приходили делегаты восточных районов с просьбой взять в состав Романии. Приходится отказывать, так как по-дружески не получится прокормить 5 миллионов населения. Пусть пока свои великоимперские амбиции поумерят, которые у них со времён Австрийской империи остались.
— Отец, обратите внимание на отчёты на конец года.
— Чем похвалишься? = бате интересно, что в моей головушке превалирует: политика или народное хозяйство?
— По железной дороге уже можно доехать из Констанцы до Белграда! А через два года до Сараево и дальше до Дубровника. Плюс в тот же Дубровник следующей весной начнут завозить всё необходимое для постройки линии вдоль побережья, сначала на север до Спалаты, затем дальше до Задара. Ну и тянем магистраль от Нови-Сада через Загреб в Любляну.
Атлас нам в руки — так красиво на бумаге получается, что аж гордиться хочется. Хотя важнее другое, по количеству производимой мартеновской стали (во всех моих владениях) выходим на первые места в мире! Всё-таки здорово я придумал с металлургией, ориентирующейся на железнодорожную оснастку. И для себя хватает и в международных бумах поучаствуем.
А для частного массового производства есть заводы по производству фадезина, прекрасно заменяющего слоновую кость. Этот целлулоид легко обрабатывается штамповкой, даже игрушки для детей можно клепать. А также всячину для отделки.
— Лучше бы оружием торговал, Вольдемар, оно у тебя действительно лучшее в мире.
— Не хочу вооружать потенциальных противников. Чувствую, что ещё повоевать придётся.
Шеллер меня заваливает классным чугуном, так что проблем с сырьём нет даже для сталепроката. Тоже нужная позиция, в первую очередь, для массового строительства. Простые балканоиды имеют вдосталь рабочих мест, хотя с определённым скрипом отрываются от земли. Но я им не даю увернуться от интенсификации сельского хозяйства, вот и появляются дополнительные рабочие руки для промышленности.
— А ты не боишься, что босняки-магометане восстанут? Они говорят, что ты несправедлив к ним.
— Мои привилегии пока лишь для христиан, вот правоверные и ропщут. Однако сколько их осталось, некрещённых? Почти двести тысяч перешли в православие, а следующее поколение воспримет это, как данность.
Учитывая, что почти сто тысяч боснийских мусульман уже выехало из страны, получается, что осталось лишь двести тысяч правоверных на всю Боснию и Герцеговину. Заодно с религиозной программой провёл в тех краях ещё и территориальные изменения. Муслимы уже покинули Ново-Пазарский санджак и я заселял свободные земли, как сербами, так и русским, которые до сих пор прибывали на Балканы. Долго это не продлится, но пока дают нужно брать.
Герцеговинский "хвост" между Черногорией и Ново-Пазаром, как и сам санджак ввёл в состав Сербии, чтобы Никола Первый губу не раскатывал. Мне не нужен партнёр,
