Его спрашивают, не может ли он устроить короткую загранкомандировку, чтобы с ним встретились руководители их общего дела. Тоже свидетельство слабого знания советской действительности. Сам он напрашиваться не может. Не только не поймут, но и те, кому положено, им, несомненно, заинтересуются. Правда, не редкость, что его коллеги едут, главным образом для приема оборудования, в Англию, Францию, Германию. Может быть, дойдет и до него очередь, но нужно терпеливо ждать. Неприятно было только то, что выезд за границу он и тамошние господа понимают по-разному. Ему хочется навсегда покинуть Россию, а ему говорят, что с ним пообщаются, а потом он еще на некоторое время возвратится домой.
СИС Калужский нужен был не на Западе, а в СССР. В связи с подготовкой к партсъезду остро стоят все вопросы партийной и экономической жизни. Нужен информатор на месте, в гуще событий. Его подбодрили, сказали, что его сообщения весьма ценны, надеются на плодотворное продолжение сотрудничества, с присылкой денег в валюте проблем не будет.
За связником Богомольца было выставлено наружное наблюдение. Никого, кроме Калужского, он не посещал. Было очевидно, что Интеллидженс сервис придает вопросам безопасности своего ценного источника большое значение.
Установлено, что связник некоторое время наблюдал за Троицкими воротами Кремля и гаражом ЦИКа. По завершении своей миссии он выехал в Минск, никаких отвлечений по пути у него не было. Контроль был прекращен по выезде его из города в направлении деревни Медве-довка.
Браунинг связнику не пригодился, ему был обеспечен зеленый коридор. Репутация Калужского как надежного и полезного информатора СИС закрепилась.
Бывший советник
Еще тогда, когда Богомолец только договаривался с Лаго о работе в интересах Интеллидженс сервис, было установлено, что он использует те возможности, которые предоставляет ему эмигрантская группа Беседовского «Борьба за Россию». Уже потому Богомолец время от времени просматривал газету Беседовского: он хотел знать, в какой степени был информирован ее издатель и редактор. Вот он держит в руках сдвоенный (19—20) номер. Формат — как у «Искры». Лозунг в правом верхнем углу, естественно, свой: «Да здравствуют свободные советы!» Продублированные на русском и французском языках исходные данные. Слева адрес: Франция, 55, авеню Мар-со, Париж. Справа: «Под редакцией Г. 3. Беседовского, бывшего члена ЦИК УССР». Для престижа газеты ее владелец считал нужным указать именно это его бывшее положение в советской иерархии, хотя его последней должностью была должность советника полпредства СССР во Франции. Он ушел на Запад, чтобы вместе с эмиграцией бороться против сталинизма.
Всем своим поведением Беседовский давал понять, что связан с правой оппозицией в ВКП(б), а газета «Борьба» является чуть ли не ее заграничным органом. Он придерживался «пораженческой», как тогда говорили, позиции в отношении считавшейся неизбежной войны капиталистических стран против СССР, полагая это наиболее реальным путем к свержению власти Сталина. Правда, наиболее образованные, дальновидные и авторитетные фигуры в эмиграции, такие, скажем, как бывший посол Временного правительства во Франции Маклаков, бывший посланник в Англии Саблин — в некотором роде коллеги Беседовского по дипломатической службе — категорически отвергали иностранное вмешательство во внутренние дела их родины как угрозу расчленения России. Они, да и многие другие, полагали, что изменения должны произойти в результате внутренних процессов при сохранении независимости и территориальной целостности страны. Но у каждого свое видение и свой кругозор. До поры Беседовский не афишировал своих взглядов, чтобы не оттолкнуть своих мифических сторонников в Советском Союзе, где подобная точка зрения, как он понимал, не нашла бы поддержки.
В то же время Беседовский считал нецелесообразным слишком прочно связывать себя с белой эмиграцией, желая создать вокруг своей группы ореол новой эмиграции, которой, по его разумению, и принадлежит политическое будущее. «Борьба» оказывала разного рода помощь беглецам из Советского Союза — так называемым • невозвращенцам, главным образом консультационную, по вопросам получения разрешений на жительство во Франции, устройства на работу, оформления документов, удостоверяющих личность, и некоторым другим.
Сам Беседовский и группировавшиеся вокруг газеты люди старались поддерживать связи с родственниками и знакомыми на родине, а также при возможности с сотрудниками советских учреждений в стране пребывания, чтобы подпитываться фактическими данными, что могло бы подтверждать их хорошую осведомленность о советских делах.
Вот эта-то сторона деятельности Беседовского больше всего и интересовала Богомольца. Он продолжает знакомиться с газетой. Помещены обстоятельная статья самого Беседовского, посвященная социально-экономической политике советского режима, публикации о бедственном положении трудового люда и некомпетентности властей — все с указанием фактов с мест. Даже анекдоты явно оттуда, здесь такие не придумаешь. «О кадровых переменах в ОГПУ». По тематике как раз то, что надо. Нужно прибирать этого Беседовского к рукам.
Далее шло сообщение о том, что к его группе примкнул бывший заместитель советского торгпреда в Турции Ибрагимов, отказавшийся вернуться домой по политическим мотивам. Был, оказывается, на ответственной советской работе в Крыму, правительственным представителем при действовавших в регионе западных организациях (АРА, Католическая миссия, «Джойнт»). Вероятно, через Беседовского можно приспособить его для подготовки обзоров о состоянии национального вопроса в СССР, а может быть, и по другим проблемам. Нужно будет выяснить, сохранил ли он связи и какие со своей диаспорой.
Богомольцу от Лаго и некоторых других своих знакомых было известно, что Беседовский поддерживает тесный контакт с французскими властями, наверняка похаживает в «Сюртэ», сотрудничает под псевдонимом во влиятельной «Матэн», добивается пожертвований на свое дело в финансовых кругах, собирается с этой же целью поехать в Америку. Но все это не мешало планам Богомольца.
Как-то Лаго рассказал, что Беседовский поделился с ним интересной информацией, исходящей из советского Наркомата иностранных дел. Коротко пересказал ее суть. Богомольца она сразу заинтересовала, и прежде всего, конечно, ему было важно знать каналы ее получения. Лаго ответил, что Беседовский в этом и других случаях не раскрывает перед ним да и перед другими своих источников. Это вполне понятно и объяснимо. Но, как он понимает, речь идет о человеке из аппарата НКИДа. Об этом свидетельствует сам характер информации.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
