— Хотите, чтобы я помог вам? — спросил Дуайт.
— Это идея! — счастливо сказала Рой.
Он открыл заднюю дверцу и, забравшись в машину, ловко захлопнул ее.
Понимая, что из ближайшей машины могут в любой момент отпустить грубую шутку, Рой тем не менее испытывала пьянящую радость. Она стала коленями на сиденье, положила руки на спинку и, глядя на Дуайта, засыпала его вопросами. Он окончил частную среднюю школу недалеко от Стенфорда, его отец, вице-президент «Оникс мотор компани», был повышен в должности и возглавил сборочный завод в Глендейле, где сейчас выпускают танки.
Появилась Китти и стала подавать полные подносы через опущенные стекла машин.
Внезапно прозвучал голос Алфеи, которая не произнесла ни слова с того момента, как Дуайт оказался в фургоне.
— Что у вас со ступней?
— Вы хотите сказать, с ногой? — спросил он, понизив голос. — Ребенком я переболел полиомиелитом.
— Значит, вы не пригодны к военной службе?
— Моя правая нога лишь немного короче. Меня не взяли в армию, но я слышал, что таких, как я, брали на военную службу… Правда, если меня возьмут, армия вряд ли приобретет в моем лице хорошего солдата.
Глаза у Рой округлились, она напряженно наморщила веснушчатый, покрасневший от солнца лоб.
— Что вы хотите сказать?
— Если честно, я никогда не понимал, что заставляет человека надевать военную форму и идти убивать себе подобных, — ответил Дуайт.
— Вы похожи на человека, отказывающегося от несения военной службы, — отреагировала Алфея.
— Требуется много мужества, чтобы быть таким человеком, — проговорила Рой.
— Да, требуется мужество, — согласился Дуайт. На его лице появилось выражение какой-то мальчишеской нерешительности.
И тогда Рой пришла ему на помощь.
— Вы слышали новую вещь Томми Дорси «Нет любви, нет ничего»?
Официантка заглянула в окно фургона, улыбнулась очаровательной улыбкой.
— Еще будет заказ?
Дуайт полез за деньгами. Рой благодарно улыбнулась ему и неожиданно для себя выпалила:
— Мы единственные Уэйсы в телефонной книге.
Ее горевшее от солнца лицо покраснело еще больше. Глупо, как чертовски глупо! Если бы Дуайт хотел узнать ее телефон, он бы спросил.
Когда молодой человек удалялся, обходя многочисленные машины, Рой обратила внимание, что он заметно припадал на правую ногу.
Алфея сказала:
— Видишь? Эти его разговоры об отказе от военной службы — чистейшей воды фикция.
— Он не виноват, что перенес полиомиелит. И тебе не следовало говорить ему в лицо, что он не пригоден к военной службе, — отрезала Рой. Она была зла на Алфею, а заодно и на себя за свою непростительную ошибку. — Он мне нравится.
— О вкусах не спорят.
— Знаешь, может, нам не ехать завтра на пляж… Мне нужно кое-что дома сделать.
Рука Алфеи сжала ручку переключения передач с такой силой, что побелели суставы, однако голос ее остался ровным.
— Сама договоришься обо всем по телефону?
— Я не хочу идти на пляж, вот и все.
— Пока я живу и дышу, — процедила сквозь зубы Алфея. Она повернула ключ зажигания. На ее лице можно было прочитать одновременно надменность, печаль и испуг.
На сей раз Рой не смягчилась и не отступила.
20
Я поссорилась с Алфеей, вспомнила Рой, проснувшись на следующее утро. Ее поразило, что она не чувствует за собой вины и не испытывает ужаса. Я сама допустила промашку с Дуайтом Хантером. Но и этот прискорбный факт не смог испортить ей настроения.
Потянувшись в постели, она вызвала в памяти образ Дуайта Хантера, его спокойный, рассудительный разговор, правильные черты лица.
Через некоторое время, натянув на себя старый длинный кардиган, который некогда принадлежал отцу, а теперь служил ей купальным халатом, она вышла в светлую, захламленную кухню. Нолаби сидела за столом; на раскрытом номере «Лос-Анджелес экзэминер» стояла чашка кофе. При появлении Рой мать улыбнулась.
— Ну, ты славно поспала. Уже двенадцатый час… После просмотра фильмов вы еще куда-то ездили? — Она подошла к холодильнику, вынула стакан, до половины наполненный соком. — Вот тебе, дочка. Я выдавила слишком много апельсинов, когда готовила завтрак для Мэрилин.
— Спасибо, мама. Мы отправились к Саймону, и тот интересный парень из Калифорнийского университета оказался там.
Нолаби достала сигарету, ее маленькие глаза сверкнули.
— А как Алфея? У нее был парень?
Рой покачала головой.
— Я хотела сказать тебе, Рой… Похоже, тебе надо проявлять больше самостоятельности. Алфея иногда бывает очень высокомерной, мужчинам это не нравится. Ты умная, веселая… Многие мужчины захотят приударить за моей кудрявой дочуркой.
— Мама, я поступила ужасно, — пробормотала Рой. — Я дала ему свой телефон.
— Ну и хорошо.
— Тебе не кажется это нахальством?
— Нахальством? А как иначе он сможет позвонить тебе? Рой, тебе надо научиться держаться с мужчинами уверенно. Помни, что ты Фэрберн и Уэйс. — Нолаби наклонила голову, любовно всмотрелась в веснушчатое, смущенное лицо младшей дочери. — И к тому же очень миловидная девушка.
Несколько успокоившись, Рой стала пить апельсиновый сок, в котором плавали остатки мякоти. Нолаби ткнула пальцем в журнальную статью.
— Вот послушай, что пишет Лоуэлла Парсонз: «Предполагают, что «Остров» станет самым кассовым фильмом года. Ходят слухи, что очаровательная новая звезда Рейн Фэрберн — это находка Джошуа Ферно, Который написал сценарий по роману героя-сына». Это отличная реклама для Мэрилин. Но не будут ли поклонники смеяться, если узнают правду?
— Мама! — Рой прожевала горькое апельсиновое зернышко. — Может быть, он ей нравится.
— Ну конечно… Мистер Ферно — отец Линка… И ты только посмотри, как он помогает ей. Она ничего бы не добилась без него.
— Я имею в виду то, о чем пишут газеты.
— Ты глупышка, Рой. Можно еще говорить, что я расположила его к себе, ведь он старше меня. — Она долила кофе в чашку и нахмурилась. — Сейчас ей надо найти себе кавалера.
Рой рассеянно кивнула. В голове у нее звучала какая-то неземная музыка.
Зазвонил телефон. Она опрометью бросилась к аппарату.
Это был Дуайт.
— Вы сегодня свободны после полудня? — спросил он.
— Да, — ответила она.
— У меня занятия до трех… Если я сразу после окончания к вам подъеду?
— Отлично.
В два часа она уже была одета.
В три часа тридцать семь минут прозвучал дверной звонок. До этого Рой видела Дуайта только в машине. Сейчас она поняла, что он ниже ростом, чем она думала, — всего лишь на пару дюймов выше ее. Она улыбнулась ему, попыталась шутить, но он казался очень серьезным.
