— А уж как ты меня достала, дрянь летучая! Вечно путалась под ногами, пакостила, мешалась… Если бы не ты…
— Попробуй его отсюда выставить?
— Я бы тебя просто прибила, — заметила я. — Скажи Лорри лайре, что она как-то тебя отвлекала. Ты мне надоел хуже горькой редьки! Тоже мне, герой, штаны горой! Глаза б мои на тебя не глядели! Иди отсюда, а? Дай хоть последние минуты провести с родными и близкими! Надоел, кретин!
Кан зашипел от злости.
— Последние минуты!? Что ж, придет Дирмас — и они для тебя и наступят! Посиди, Ёлочка, подумай о моем предложении. Может быть лучше его принять?
Я сплюнула ему на ботинок. И попала, конечно. Почему я не верблюд?
— Иди-иди, не порти тут воздух.
Кан развернулся на каблуках и вылетел вон.
Мы остались в прежнем составе.
Я — крепко примотана к стулу. Ноги связаны. Руки зафиксированы на подлокотниках.
Терн — в углу. Пытается разорвать наручники. Но куда там! Они эту пакость явно приперли из другого мира! Это не тоненькая цепочка с браслетиками! Это настоящие кандалы!
— Как ты, любимый?
— Голова болит. Что произошло?
— Я так поняла, нас оглушилизаклинанием. Потом на тебя надели железо, а на меня амулеты, блокирующие магию.
— Тебе же нельзя! Вэшшш!
— Боюсь, мое мнение в расчет не принимается. Ты понял, что нас ожидает?
— Кан работает на моего кузена, что тут непонятного?
— Непонятно, как мы будем отсюда выбираться.
— Я еще раз попробую разорвать наручники. Но боюсь, в этот раз мы попали.
— М-да. Ребята далеко. Березка предала. Нам просто некому помочь…
— Значит, надо выбираться самим. Ты можешь подползти сюда поближе?
— Зачем?
— А вдруг я смогу что-нибудь сделать с замком?
— Вряд ли.
— Терн, мальчик мой, вы не можете ко мне приблизиться? — отражением моих мыслей прозвучал голос Лорри.
— Боюсь, что нет. Я слегка прикован к стене.
Я чертыхнулась.
— Ёлочка?
— С этим стулом?
Лорри зашипела.
— А я не могу отойти дальше, чем на шаг от этой мерзости. Кан, паскуда!
— Тетя, ты лучше пока расскажи, как здесь оказалась?
— Приглядывала за Каном по твоей просьбе, — отчиталась тетя. — Порылась у него в комнате. А он меня там застал.
— Гад какой.
Терн коротко охарактеризовал Кана в непечатных выражениях из гномьего. Лорри подумала — и добавила на тролльем.
Все равно больше мы ничего сделать не могли. Даже дотянуться друг до друга. Я — без магии. Лорри — беспомощна. Терн — тоже.
Спасение утопающих — дело рук утопающих!
Я согласна. Только вот руки-то связаны…
Магия?
Хорошо бы! Но у меня той магии кот наплакал. И на шее я ощущаю амулет, блокирующий силу. Хороший, качественный… особым образом обработанный зуб дракона.
Сама дарила… знала бы — я бы ему тот зуб в зад забила! И не снять ведь!
Да, мы попали…
* * *
Кан вылетел из комнаты, как ошпаренный.
Стерва! Гадина!! Сучка драная!!!
Подстилка нелюдская!!!
Ненавижу!!!
Да как она смела!?
В душе кипела черная ярость. Он предложил ей — все! Все, что у него было, а в ответ услышал ЭТО! Как у нее только язык повернулся!?
Что ж! Она выбрала свою судьбу! Пусть теперь разделит ее со своим крылатым подонком! Что она вообще в нем нашла!?
Чем он лучше меня!?
Кан резко выдохнул, останавливаясь перед дверью подвала. Настало время пригласить Дирмаса. Мужчина извлек из кармана холодный черный кристалл и злобно сощурился. Раньше он надеялся, что ему не придется прибегать к этому средству. Но теперь…
Она не оставила мне выбора…
Дверь подвала распахнулась. Сидящий на цепи человек вжался в стену и заскулил, тоненько и безнадежно, как щенок.
Для открытия портала нужна человеческая жертва.
Кан не хотел убивать. Но еще позавчера, на всякий случай, поймал неподалеку бомжа. Специально выбрал из тех, кто не желает ни работать, ни жить нормально, а только скатывается все ниже и ниже. Жрет, пьет и ср… переводит пищу в навоз.
Сделать дело было несложно. Щелчок пальцами — парализующее заклинание и жертва застывает. Кан протягивает руки и пристегивает мужчину (когда-то это было мужчиной, а сейчас только одно слово — существо…) еще и за ноги.
Бросил короткий взгляд на тело — и случайно встретился с ним взглядом.
В глазах обреченного существа бились боль, страх, отчаяние, безнадежность… и ненависть.
Он ненавидел Кана. И имел на это полное право.
Еще не поздно отступить. Остановиться…
Она сказала, что лучше один день с ним, чем сто лет со мной… она меня не любит…
И взмах кривого ритуального кинжала раскрывает тощее тело от горла до паха.
Кон бестрепетно вдвигает во внутренности черный кристалл.
Они сами во всем виноваты…
* * *
Березка сидела в комнате и размышляла. Действительно, Дирмасу не нужны будут лишние свидетели. Когда он займет трон Элвариона, ему не захочется обвинений в убийстве брата. Но как бы лучше себя обезопасить? Она лекарь, а не боевой маг. Если только поговорить с Каном…
Пойти, вытащить его оттуда. И что они все нашли в этом чучеле? Девушка досадливо поморщилась. Ёлка далеко не красавица. Она откровенно забывает про косметику. Да, она чуть-чуть подправила свою внешность, следуя «Элварионскому стилю», да, она оригинальна — но и все! Она несдержанна, невоспитанна, не имеет представления о хороших манерах, в ней полностью отсутствуют утонченность и изысканность. И все же мужчин тянет к ней, как магнитом! Почему!?
Ведь она, Березка, намного красивее! Это все признают! Так откуда же берется Ёлкино притяжение!? Приворот? Или заговоры? Зелья?
Дверь скрипнула.
— Березка, нам надо поговорит, — Кан притворил дверь. — Дирмас будет через две минуты, ритуал в самом разгаре…
— И ты его не контролируешь?
— Зачем? Там все предельно просто. Надо привязать человека, вскрыть ему грудную клетку и поместить внутрь камень портала. Это я уже сделал. А смотреть на его смерть — увольте.
Березке даже и в голову не пришло спросить — смерть кого? Кто послужил основой для открытия перехода!? Кто!? Такие мелочи, как человеческая жизнь ее не волновали. Важнее было другое.
— А когда…
— Через пару секунд после его смерти портал откроется. Ровно на сутки.
— Понятно. Не боишься? Тебе не кажется, что Ёлка была права? Насчет Дирмаса.
Кан опустил глаза.
— Кажется. Но у меня есть страховка.
— Какая?
— Вот, — Кан поднял руку. Рукав соскользнул к локтю, холодно сверкнул гематитовый браслет.
— Защита?
— Нет. Исторгатель душ. Артефакт одноразового действия. Но на Дирмаса хватит.
Березка невольно поежилась.
Действительно, на Дирмаса хватит. Исторгатель душ — страшная штука. Пробьет любую защиту. И вырвет душу из тела, сохранив ее в браслете. Потом у тебя будет время до полуночи, чтобы решить — вернуть ее на место или нет. Но чаще всего не возвращают. Тело уничтожают. А душа… либо она уходит, куда должна, либо нет. Чаще ее оставляют. Для мести. Или для какого-нибудь колдовства.
— Откуда? Он же запрещен?
— Нашел у Дирмаса. Когда Ёлку спасали. Он же оттуда удрал впереди своего визга…
— А если у него еще один такой?
— У меня и защита есть. Зеркалка.
— Но у меня-то нет!
— А тебе лучше держаться незаметно. Например, подстраховать меня из укрытия.
Березка подумала — и кивнула. Это была хорошая идея. Она будет в безопасности. Почти. И ничего не пропустит. И это хорошо. Ей хотелось насладиться унижением соперницы. А если повезет — то и смертью элвара, который имел наглость ее отвергнуть.
* * *
Директор Магического Универа вот уже сорок лет, Антел Герлей не находил себе места.
Вообще.
Праздник, все хорошо, радоваться надо… ан нет!
Свербит и свербит на душе. И ноет, и ноет, и мозжит, и выматывает… и хочется оказаться в Универе.
Что в таком случае делают обычные люди?
Забывают о проблеме. Или стараются забыть.
А директор?
Антел Герлей просто подошел к приятелю-эльфу.
— Леамариэль, ты сейчас очень занят?
Леамариэль, для друзей просто Лемар, для старых и надежных — Лим, взглянул на приятеля.
— Предчувствие? Или просто валерьяночки накапать?
— Сам бы хотел знать. Проверить можешь?
— Ты же знаешь, я не слишком люблю все это… предсказательское. Давай я Миару попрошу?
— Сделай одолжение?
Лим вздохнул. Пересекаться с провидицей ему тоже не слишком хотелось. Ляпнет еще чего, а ты потом живи в страхе перед своим будущим….
