— Стойте!
Он повернулся и посмотрел на Зейди, а Хелен сказала:
— Это моя двоюродная сестра. Она скажет вам. Я — хорошая девушка! Я — невеста!
Вышибала посмотрел на Зейди:
— Мне наплевать, кто она такая. В нашей лицензии на торговлю спиртным не указаны танцы топлесс.
— Она останется в одежде. Я обещаю.
Рядом с ними возникла Элоиз.
— Я ее адвокат. В чем проблема?
Вышибала посмотрел на Элоиз и закатил глаза: они уже достали его.
— Скажите своей клиентке, чтоб она, черт возьми, оставалась в одежде, или она вылетит отсюда. — Он пошел обратно и занял свое место в углу комнаты.
Хелен посмотрела на Зейди:
— Он полностью был во мне.
— Не сомневаюсь.
Элоиз слегка разозлилась.
— Почему, скажи на милость, ты устроила стриптиз перед всеми этими людьми? Я сидела в баре, пила, оглянулась — и увидела, как твои соски улыбаются всем вокруг.
— Я пытаюсь «расшевелиться». — Она ухмыльнулась Зейди, словно бы говоря: «Во всем виновата ты», — а потом направилась в бар.
Элоиз повернулась и уставилась на Зейди:
— Ты гордишься собой? Ты превратила ее в эксгибиционистку. Не думаю, что Грею доставило бы удовольствие такое зрелище.
— Я не стаскивала с нее одежду, она сама. Не смей обвинять меня в этом.
— Ты поощряла ее желание выпить.
— Ты тоже!
— Ну, ведь это ты сказала ей, будто Грей думает, что она перетянута.
Ладно, это правда. Вроде того. Зейди оглянулась. Хелен нигде не было видно.
— Куда она делась?
Элоиз тоже оглянулась.
— Теперь ты упустила ее из виду. Здорово.
Зейди взглянула в сторону бара и увидела, как копна светлых волос подпрыгнула в воздух. Несомненно, это Хелен, и она летает на руках у Джимбо, торговца полами из Атланты. Зейди направилась туда, Элоиз следовала за ней по пятам. Хелен помахала ей рукой:
— Смотрите! Это Джим!
Джим покружил Хелен в воздухе и поставил ее на место.
— Дорогая, я видел то маленькое представление, что ты устроила, и пришел сюда сказать тебе… ты — женщина моей мечты, — сказал Джим. Его лицо казалось еще краснее, чем раньше.
Зейди терпеливо улыбнулась ему:
— Это замечательно, Джимбо, но Хелен через два дня выходит замуж. Ты об этом знаешь. Так что давай держать наши руки подальше от ее подвижных форм.
Джим дернул Зейди за нос:
— А ты остроумная. Ты мне нравишься.
— Я очень рада.
Хелен начала тянуть Джима за руку:
— Пойдем потанцуем!
Элоиз нахмурилась:
— Думаю, ты уже на сегодня достаточно потанцевала.
— Элоиз, я невеста, и у меня девичник! Мне положено веселиться. А танцы — это весело. Скажи ей, Зейди. Я видела тебя там. — Она посмотрела на Зейди, и взгляд ее говорил о многом, а потом она потащила Джимбо на танцплощадку и продолжала делать неприличные вещи, но, поскольку они не сильно отличались от неприличных вещей, которые делали другие люди, Зейди позволила ей.
Элоиз, словно дуэнья, уселась возле танцплощадки, скрестив руки, по-прежнему хмурясь. Она полуобернулась к Хелен, все еще не спуская глаз с нее.
— Если он только двинется, он лишится своего достоинства.
Зейди решила, что Хелен в безопасности под присмотром Элоиз, и быстро обошла бар в поисках Тревора, сама не веря в то, что могла оставить его одного в баре, где полно доступных женщин. Она разглядела его в баре, где Костлявая и Надутая облепили его, как блохи. Она подошла и встала за их спиной так, чтобы можно было подслушать и чтобы Тревор мог ее заметить.
У Костлявой процесс заигрывания достиг кульминации.
— Так вот, если тебе, ну, типа, понадобится, чтобы кто-нибудь купил тебе пива, можешь позвонить мне. Я сразу же приеду. — Она выставила вперед свои имплантанты и облизнула губы. А она умелая и развратная, эта девочка.
Тревор пожал плечами:
— У меня ведь есть поддельное удостоверение личности. Я сам покупаю себе пиво.
Надутая тоже предприняла попытку зацепить его:
— А когда у вас проходят эти съемки для каталога, посторонних пускают посмотреть? Я бы хотела увидеть, как ты работаешь. — Она задрала голову и сделала такой вид, словно была большим знатоком в великом искусстве модельного дела.
Он посмотрел через плечо Надугой и увидел Зейди.
— Вот вы где. — Он протянул руку и втянул ее в круг. — Вы нашли свою двоюродную?
Надутая и Костлявая были не особо довольны. Началось закатывание глаз и раздосадованные вздохи.
— Она вон там. В одежде. — Зейди махнула в сторону танцплощадки, где Хелен продолжала обтираться своими прелестями о Джимбо.
Костлявая наморщила нос:
— Бе-е-е, она что, с тем парнем из Атланты? Я думала, мы от них избавились.
Надутая поджала губу:
— На нем штаны в складку.
Пока Надутая и Костлявая перемывали косточки Джимбо и его костюму, Тревор улыбнулся Зейди:
— Я беспокоился, что вы ушли.
Почему он беспокоился? Почему? Потому что ему нужно, чтобы его подвезли, или потому, что Он хочет продолжать обтираться об нее? Попытки расшифровать намерения Тревора стали теперь для нее занятием, поглощающим все внимание. Она просто не могла позволить себе поверить, что кажется ему привлекательной. Жизнь не такая штука.
Тревор нагнулся к ней и прошептал на ухо:
— Я бы предпочел посмотреть, как вы снимаете с себя одежду.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ
Когда происходят некоторые события, например, если мужчина, к которому вы, скажем прямо, вожделеете, говорит вам, что он хотел бы увидеть вас голой, предполагается, что должны случиться кое-какие другие события, несомненно, и стремительно. Зейди могла бы взять его за руку и отвести в лимузин, чтобы быстро заняться кое-чем на заднем сиденье, попросив Джерри закрыть тонированное стекло, отделяющее салон от кабины водителя, чтобы он не был свидетелем их греха. Она могла бы нанять такси и отвезти его к себе домой, дабы провести с ним ночь диких телесных наслаждений, до сих пор неведомых в штате Калифорния. Она могла бы отвести его в дамскую комнату и позволить ему прижать себя к стене в кабинке и как следует отодрать.
Зейди ничего такого не сделала. Вместо этого она покраснела, неловко захихикала, опустила глаза в пол и сказала: — Пожалуй, нам надо еще выпить. Она разрывалась между желанием быть трезвой, чтобы запомнить, если что-нибудь, в самом деле, произойдет, и сознанием, что должна напиться, чтобы через все это пройти.
Он улыбнулся ей, заметив ее неловкость, но не отпуская комментариев по этому поводу. Он снова наклонился к ней поближе:
— Только если мы избавимся от этих двоих. Они у меня уже вот где сидят. — Он указал головой на Надутую и Костлявую.
