Кто это вообще такая? — воскликнул Акбел, не сумев справиться с эмоциями.
Часть 17
7 мая 1 года
За спиной Посредника, как оказалось, стояла невысокая стройная девушка-гоп. В том, что это именно искусственно выведенная девушка, сомнений больших не было, хотя она сильно постаралась, чтобы внести в свой облик индивидуальность. Прежде всего, одежда — вместо привычного комбинезона или, на худой конец, платья новенькая была одета в странной формы «кокон». Именно так, кокон! Она просто взяла длинный рулон бежевой ткани и обмоталась им с ног до головы. То, как вся эта конструкция держалась на теле, оставалось загадкой. Как и способ, которым можно было бы двигаться в этой нелепой «обёртке». Вторая деталь, бросающаяся в глаза — это лицо. Само по себе оно было миловидным, даже привлекательным. За это стоило благодарить хорошие гены, используемые мастерами-генетиками при создании клонов. Но вот многочисленные разноцветные рисунки, покрывающие каждый свободный миллиметр кожи лица — такое ни в какие ворота не лезло! Мэду даже показалось, что он видит перед собой не человека, а какую-то неведомую зверушку, странным образом притворяющуюся гуманоидом. Сплетающиеся причудливым образом разноцветные линии и пятна образовывали хаос, из которого лишь с некоторым трудом можно было вычленить глаза, рот и нос. Да и те, стоило ослабить концентрацию, тут же пропадали, сливаясь в одну разноцветную мозаику. Оружия у незнакомки с собой не имелось. Впрочем, это не было чем-то удивительным. Большинство получало его на месте, в казармах банды.
— Что ж, не буду мешать! — радостно произнёс Посредник и поспешил прочь, по своим делам.
Цертер даже головы не повернул, пристально разглядывая новенькую. Через минуту, в течение которой все, в том числе и незнакомка, сохраняли молчание, он решил, что разглядел достаточно. Наклонив голову к плечу, он спросил, произнося слова медленно, тщательно выговаривая:
— Как твоё имя?
Девушка, чей взгляд выглядел отрешённым, даже пустым, посмотрела на заговорившего с ней мужчину и, помедлив, словно вспоминая, как нужно говорить, ответила:
— Ксоко.
Голос её тоже оказался странным. Тихий, как шёпот, он, тем не менее, был ясно различим. При этом губы девушки практически не шевельнулись. Мэд вспомнил, что подобный трюк назывался «чревовещанием». Она что, фокусница какая? Странно, что её послали одну. Оплата за спуск на нижние уровни не зависит от количества людей. Главное, чтобы все влезали на площадку подъёмника. И если кроме девушки никого нет, значит…
Додумать мысль Мэд не успел. Незнакомка, которая словно бы пробудилась ото сна после вопроса Цертера, скользнула взглядом по остальным встречающим и неожиданно ойкнула. Макс вздрогнул, прерывая процесс созерцания окрестностей. Он посмотрел на девушку и натолкнулся на её встречный взгляд.
— Тлейклэль! Это ты! Ты пришёл спасти меня?
Как девушка успела преодолеть разделявшие их несколько метров, Мэд заметить не успел. А вот стальную хватку её крохотных пальчиков не заметить было невозможно. Гоп невольно зашипел, взглянув на незнакомку с раздражением и злостью. Но она словно бы и не заметила этого. Её бездонные чёрные глаза смотрели не на лицо Мэда, а словно бы за него, куда-то внутрь! От осознания этого факта внутри всё перевернулось, по спине пробежалась толпа мурашек. Понимая, что ему требуется хоть что-то ответить сумасшедшей, он выдавил:
— Меня зовут Мэд. Вы меня путаете с кем-то…
Назвавшаяся Ксоко нахмурилась, словно произнесённые гопом слова были им непонятны. Хотя у Макса снова появилось ощущение, что она вообще не слышала слов, а воспринимала ответ другим, непонятным ему посторонним способом. И этот самый ответ её явно не порадовал. На разукрашенном лице отразилось разочарование.
— Не готов. Спит. Как жаль, как же жаль…
Рассвирепевший от того, что его самым наглым образом игнорируют, Цертер одним прыжком оказался рядом с бормочущей девушкой. Он схватил её за шкирку, поднял в воздух и тряся, словно тряпичную куклу, проревел, брызжа слюной во все стороны:
— Я здесь главный! Меня слушай!
Голова Ксоко болталась так сильно, и Мэду показалось, что она отвалится через пару секунд. Однако, пустой взгляд девушки всё равно не прояснился. Цертер скривился, готовый просто разорвать наглую девицу на кусочки, но титаническими усилиями сдержался. Глядя на неприсущую громиле сдержанность, Мэд утвердился в своей догадке о том, что девчонка является очень ценной. Пока, правда, не было понятно, почему. Нет, её скорость движений впечатляла, но вот состояние рассудка… Нет, бойца хорошего из неё точно не получится. Что же в ней такого?
Между тем Цертер нахмурился, явно копаясь в собственной памяти, а затем выдал:
— Лемниската!
Непонятное слово вызвало неожиданно мощный эффект. Находящаяся на «своей волне» Ксото дёрнулась, а затем сразу обмякла, словно бы в обмороке. Продолжалось такое бессознательное состояние пару мгновений, после чего девушка пришла в себя и открыла глаза. Обнаружив прямо перед собой злобную морду Цертера, она испуганно ойкнула и попыталась вырваться из его цепкой хватки. Тот, конечно, не выпустил, прорычав прямо в лицо несчастной:
— Имя!
— Меня зовут… Ксоко. Да, Ксоко.
Голос незнакомки, как и её поведение, тоже изменился. Из него пропала та самая «шепчущая громкость». Ответ её прозвучал обычным, высоким, женским голосом, в котором не слышалось ничего необычного. Цертер хмыкнул и поставил девушку на землю. Та тут же отступила на шаг, настороженно оглядываясь по сторонам. Она походила на человека, которого неожиданно разбудили после крепкого сна и теперь не понимающего, где он находится и что вообще происходит.
— Я — Цертер! Я главный! Будешь делать то, что я скажу! Это понятно?
Ксото кивнула. Она скользнула взглядам по остальным. По Мэду тоже, но на этот раз её глаза не задержались на молодом гопе. Он словно бы стал для неё обычным чужим человеком. Почему-то этот факт неприятно царапнул по сердцу.
— Хорошо. Тогда выдвигаемся. Времени у нас в обрез! И по сторонам смотрите, не на прогулке!
Последние слова оказались весьма кстати. Потому как они отошли от площадки лифта всего шагов на двадцать, как из бокового переулка вышел тот, кого ни сам Цертер, ни остальные члены их отряда обнаружить не ожидали. Хотя тот увидел их явно раньше и первым отреагировал на встречу.
— Ба, какие люди! Неужели всё настолько плохо, что тебя отпускают за главного, Цертер? Больше не держишься за мамкину юбку, взрослым стал?
Перед застывшими членами отряда стоял Саргон. Улыбающийся, довольный, в новёхонькой форме, на которой не было знака банды! До этого момента Мэд считал, что шеврон, на котором было изображено солнце, всходящее над вершиной горы, был обязательным атрибутом любого бойца, покидающего убежище группировки. Чтобы всякий, знал, на
