проговорил он. – Я не отправлял тебе послание во сне,
kincsem. Если бы я попросил найти меня, то подверг бы тебя опасности, что и произошло, и именно из-за этого я злюсь – на Габриэля.
Я прикоснулась к грязному молитвенному флагу.
– Думаю, твое подсознание оказалось не таким упрямым, как твой же разум. Ой, вот только не надо на меня так смотреть. Все закончилось хорошо. К тому же, сейчас нам следует сосредоточиться на более важных вещах, а не гадать, что могло бы случиться.
Его рука скользнула по моему бедру.
– Например, на моем желании заняться с тобой любовью?
Я перехватила его руку, не давая ей двигаться выше, понимая, что стоит ему задаться целью соблазнить меня и остановить его сможет лишь ядерная война.
– Я с превеликим удовольствием займусь с тобой безудержной, страстной горячей драконьей любовью, но сначала тебе придется ответить на несколько вопросов.
Он обреченно вздохнул, в его зеленых глазах с вытянувшимися зрачками блестело предвкушение наряду с прорвой страсти.
– Ладно. Ты можешь задать мне три вопроса.
– О, мы снова вернулись к трем вопросам, – улыбнулась я ему в губы, вспомнив первый дико эротический сон, что я разделила с ним. – Отлично. Вопрос первый: ты уезжал спасать Костю?
– Да.
Я ждала продолжения, но его не последовало.
– Кто удерживал вас в плену?
– Не знаю, – ответил он, глядя на пламя в камине, выражение его лица стало задумчивым. – Сначала я подумал, что Костю нашла Чуань Жэнь, но, поразмыслив, решил, что это не она. Окажись я в ее власти, она бы не оставила меня в живых. Тот, кто держал нас в заточении, очень тщательно скрывался, и чтобы приносить нам еду использовал только смертных.
– Хм-м. Снаружи Габриэль наткнулся на двух драконов, но сказал, что не красных. Что насчет того, которого ты вырубил в коридоре?
Он покачал головой.
– Он мне не знаком, и у меня не было времени, чтобы выискивать у него отличительные признаки какого-либо клана.
– Черт. Ладно, последний вопрос…
– Твой третий вопрос был о драконе в коридоре. Сейчас же я требую плату за свою любезность.
Дрейк подхватил меня на руки и решительно направился к кровати. Каким-то неуловимым движением он разделся сам, а потом и меня раздел, и прежде чем я успела хоть что-то возразить, бросил на кровать.
– Тот вопрос был частью второго, и ты это знаешь, – попыталась изобразить возмущение я, но с треском провалилась, когда он провел рукой по моей ноге, вызвав у меня дрожь удовольствия.
Его рот проложил дорожку поцелуев вокруг моего живота, после чего двинулся вверх к моей груди.
– Хорошо. Поскольку ты мне нравишься, я позволю тебе задать один дополнительный вопрос. Но делай это быстрее, пока я еще способен обращать внимание на простые слова.
Я перестала гладить его по спине и сильно ущипнула.
– Нравлюсь? И только?
Он ухмыльнулся, в глазах танцевали озорные искры, не отставали и пальцы, лаская чувствительную плоть. Чтобы сойти с ума, мне с лихвой хватило его прикосновений, его же ухмылка меня добила окончательно. Обычный хладнокровный Дрейк был адски сексуален… Дрейк же игривый – убийственно неотразимым. Он снова опустил голову и провел языком по моему животу, выводя какую-то фигуру, а потом дыхнул огнем, поджигая ее.
Это было сердце.
– Возможно «нравишься» слишком мягкое слово, – признал он, когда я притянула его к себе. Мне вдруг отчаянно захотелось ощутить его внутри себя, убедиться, что он в безопасности, и ничто не отберет его у меня. Должно быть, он почувствовал во мне эту потребность, потому что не мучил дразнящими прикосновениями, как обычно; он просто дал мне то, что я хотела, заполнив меня собой столь глубоко, что, казалось, он стал неотъемлемой частью моего существа.
– Если это значит «нравиться», – сказала я некоторое время спустя, целуя его влажную грудь. – Сомневаюсь, что смогу пережить более сильные чувства.
Его глаза были закрыты, лицо расслаблено, а пальцы лениво вырисовывали огненные узоры на моей спине. Один уголок его рта приподнялся. Я поцеловала его и, решив, что мне нравиться вкус насмешки, поцеловала еще пару раз, посасывая его нижнюю губу, пока он не открыл глаза со светящимся в них интересом.
– Ты требовательная женщина, kincsem. Я сделаю все возможное, чтобы принять твой вызов, но боюсь, события последних дней меня несколько вымотали.
– Не сомневаюсь, ты справишься с этой проблемой, – ответила я, извиваясь, когда его пальцы скользнули ниже. – Но вообще-то я намекала на другое. Ты все еще должен мне ответ на вопрос.
Он снова закрыл глаза, его грудь вздымалась и опускалась гораздо медленнее теперь, когда мы оба отошли от пережитой страсти.
– Никогда не понимал, откуда женщины берут энергию для долгих разговоров после занятий любовью. Я мужчина. Мне нужно отдохнуть после удовлетворения твоих немалых порочных желаний.
– Ну-ну. И если я сделаю так… – Моя рука скользнула вниз по его груди, прошлась по животу и обхватила интересную достопримечательность на юге. Он распахнул глаза. – Ты вот вообще не отреагируешь, да?
– Что ты хочешь узнать? – спросил он, и медленно тлеющее пламя в его глазах стало ярче.
– Я знаю, что Костя – черный дракон. Знаю, что ты был одним из них, пока твоя бабушка-принцесса не объявила тебя зеленым драконом, и ты не стал виверном. Я знаю, что серебряные драконы являлись частью клана черных драконов, но вышли из него из-за жуткого виверна по имени Балтик.
Его пальцы замерли, сжимая мою попу, глаза смотрели на меня, однако мысленно он был в совершенно другом месте.
– Но чего я не знаю, так это что связывает Костю с Габриэлем. Ты сам говорил, клана черных драконов больше не существует… поэтому даже если два этих клана враждовали, с чего бы Габриэлю желать смерти Косте сейчас?
Дрейк молчал довольно долго, я почти физически чувствовала его внутреннюю боль.
– Появление Кости было предсказано Балтиком.
– О? В каком контексте? – медленно проговорила я, почти боясь услышать ответ.
Огонь в его глазах погас.
– Существование Кости означает конец серебряных драконов.
Глава 16
– И все? Больше он ничего не сказал? Только то, что из-за Кости клан Габриэля перестанет существовать?
– Да. Ты не видел мои витамины для беременных? – Я выдвинула один из ящиков в ванной комнате
