Иногда жереха можно найти в самых незначительных озерцах, расположенных в поймах рек: бывает, пробираешься сквозь зеленые джунгли тростника, и вдруг совсем рядом – пушечный удар по воде, хотя до реки еще шагать и шагать. А это жерех в небольшом заливном водоеме добивает последних плотвичек, оказавшихся вместе с ним в плену. Конечно, назвать озерными жителями таких рыб нельзя, – невольные гости, кто их первым обнаружит, тот и поймает. Для постоянного обитания жерехи избирают более крупные водоемы.
Повадки жереха в озерах и водохранилищах отличаются от того образа жизни, что он ведет в реках. В проточной воде жерехи охотятся в одиночку, даже если в реке их достаточно много, и охотничий участок один для нескольких рыб, или даже нескольких десятков, – охота у каждого своя. Озерный жерех – более стайная рыба, и охота носит коллективный характер. Если, преследуя косяки мелочи, жерехи заходят из озер и водохранилищ в реки (что случается нередко), привычки их не меняются – и одновременно начинающийся «бой» нескольких десятков, а то и сотен рыб – зрелище весьма внушительное. Например, рыбаки, ловящие жерехов на канале им. Москвы, четко различают жереха жилого, местного (более осторожного, держащегося в одиночку и достигающего крупных размеров) и стайного жереха, в иные годы заходящего из прилегающих водохранилищ – он гораздо многочисленнее, мельче и поймать его относительно проще.
Общие советы – где искать и как ловить озерного жереха – очевидно, не имеют смысла. Все зависит от того, какая мелкая рыба составляет главную кормовую базу для хищника в данном конкретном водоеме, где она держится в разное время.
Наиболее полный опыт общения с озерным жерехом мне довелось получить на озере Балхаш в Казахстане. Там главная кормовая рыба для хищников – молодь местной разновидности плотвы, не совсем правильно именуемой жителями Прибалхашья «воблой». Подрастающая «вобла» держится у берегов, на хорошо прогреваемых небольших глубинах – соответственно и жереха не надо искать на просторах огромного озера.
Надо сказать, что балхашский озерный жерех весьма отличается повадками не только от своих собратьев, гоняющих пескарей и уклеек на перекатах европейских рек, но и от тех, что избрали местом жительства озера и водохранилища средней полосы.
Дело в том, что вода в Балхаше богата известковой взвесью, и прозрачной в прибрежных акваториях становится лишь в том случае, если несколько дней стояло полное безветрие и по озеру не гуляли волны – что случается крайне редко. В результате живущие в мутноватой воде Балхаша жерехи куда менее настороженно относятся к рыболовам и их снастям, и более всеядны (вернее сказать, более голодны) – кроме рыбьей мелочи, охотно хватают и червей, и резку, и даже растительные насадки. Ночью (при сборе раков с фонарем) жерехов часто можно встретить на каменистом мелководье, на глубине буквально по колено – мягкие, сбросившие свой панцирь раки привлекают туда многих хищных рыб, а также сазанов.
В общем, жерехи, привыкшие охотится в основном с помощью зрения, к жизни в условиях непрозрачной воды кое-как приспособились, – но сытой ту жизнь назвать нельзя. Оголодавшие жерешки зачастую пробуют на вкус всевозможные предметы, плавающие на поверхности у берега – окурки, опавшие листья, даже поплавки удочек… Один рыболов у меня на глазах привязал тройник к своему небольшому белому поплавку – и спустя минуту подсек им полукилограммового жереха, мешавшего своими проделками удить рыбу.
Приходилось видеть, как мальчишки, раскрошив в воду у берега батон, собирали большую стаю мелких, на 500–700 гр., жерешков, – и те вели себя точь-в-точь как уклейки в средней полосе: шумно плескались на поверхности, хватая кусочки булки, в том числе и насаженные на крючки примитивных, из прутьев выстроганных удочек.
Серьезные балхашские рыболовы ловлю таких жерешат игнорируют, для них жерех приобретает ценность, начиная с веса хотя бы в пару килограммов. Крупные жерехи к берегу подходят только ночью, и то не очень близко, и для ловли их служит снасть, именуемая «дурилкой».
Устройство этой снасти мало отличается от обычных донок с амортизаторами: резиновая нить длиной 20–25 м привязывается к основной леске (диаметр 1–1,2 мм, длина 100 м); крючки № 12 на коротких, не более 40 см, поводках. Расстояние между поводками 1,5 м, толщина поводка – 0,5 мм. Вываживание жереха при ночной ловли затруднений не доставляет, и можно использовать более тонкие лески, но толстые меньше путаются.
Чем больше на «дурилке» крючков, тем больше попадается добычи, но обычно достаточно 10 шт., громоздкая снасть может запутаться в самый неподходящий момент ловли. Иногда жерехи подходят такими густыми стаями, что часть поводков приходится снимать, и ловить на 2–3 крючка, но и тогда поклевки следуют одна за другой.
На основной леске, в месте крепления ее к резиновому амортизатору, устанавливается пенопластовый поплавок, размером и формой напоминающий крупный лимон. Второй такой же поплавок устанавливается в метре от ближнего к берегу крючка. Если крючков установлено немного, то достаточно одного поплавка, дальнего, – подсечка в таком случае получается более надежной.
Другой конец амортизатора крепится к грузилу (увесистому камню), который, ввиду большой длины снасти, не забрасывается с берега, а заводится с лодки (обычно компания рыболовов, отправляющаяся на ночную ловлю, берет с собой одну на всех одноместную надувную лодку). Местоположение грузила отмечает привязанный к нему на леске белый пенопластовый буек, хорошо видный в темноте, – чтобы можно было без хлопот собрать снасти после рыбалки. Но погода на Балхаше переменчива, и часто ветер за какие-нибудь два-три часа так крепчает, что выйти в озеро на крохотной надувной лодке опасно, даже в сотне метров от берега. Тогда, делать нечего, приходится пытаться вытянуть груз за амортизатор, постаравшись не оборвать резину. Иногда получается.
Невдалеке от ближнего к берегу поводка на основной леске вяжется большая петля – она, когда снасть выбрана, одевается на верхний конец колышка, к которому крепится снасть. Это исключает риск пораниться об острые крючки, если случайно выпущенная из рук «дурилка» устремится в водоем.
Насадкой служат мелкие лягушата, но не всегда их можно достать, и нередко применяется оригинальная насадка, за которую снасть и названа «дурилкой». На каждый третий или каждый четвертый крючок насаживают за бедро большую лягушку, которую жерех проглотить не в силах, а на соседние крючки – кусочек белого пенопропилена с кубик сахара-рафинада размером. Лягушка активно двигается, подергивая снасть, пенопропилен тоже подергивается, – и привлекает жерехов, ищущих у поверхности добычу.
Иногда самые крупные жерехи атакуют и лягушку, хватая за лапы, поэтому квакушек надо брать на рыбалку с запасом. Изредка удается вытащить трофейный экземпляр, попавшийся на лягушку. Другие, кроме жереха, рыбы на «дурилку» не попадаются, лишь однажды мне удалось подцепить неплохого судака, схватившего лягушку при вытаскивании снасти, у самого берега. Сомы, которыми Балхаш изобилует, отчего-то не обращают внимания на трепыхающихся у поверхности лягушек.
Лягушкам вообще-то жаркий и засушливый климат Прибалхашья не по нутру, и собирают их в узкой полосе (3–4 метра) вдоль берега озера, под плоскими камнями, обломками досок и т. д.
Поклевка жереха ощущается как не очень энергичная потяжка, и подсекать надо немедленно, пока рыба не разобралась в обмане и не выплюнула приманку. Случаи самоподсечек чрезвычайно редки.
Сигнализатором поклевок служит колокольчик, утяжеленный свинцовым грузилом (вес его тем больше, чем сильнее рябь на озере). Но чаще всего, когда колокольчик звякнет, подсекать уже поздно. Поэтому рядом с колышком, к вершине которого привязана основная леска, ставят немудреный осветительный прибор: консервную банку с горящим внутри огарком свечи и с пробитыми в стенках, рядом с дном, отверстиями для притока воздуха. Банка должна быть достаточной высоты, чтобы пламя свечки невзначай не пережгло выбираемую леску при вытягивании жереха. Колокольчик хорошо освещен, и едва он двинется вверх и вперед, – подсекают. Иногда поклевку определяют осязанием, держа леску в руке.
Если только стаи жерехов не отошли вдруг по каким-то причинам от берегов, что случается нечасто, то ловля «дурилкой» чрезвычайно добычлива: обычно прекращают ловить не из-за прекратившегося клева, а из-за того, что суммарный вес добычи получается неподъемным. Хотя, конечно, на таких «рыбных эльдорадо» быстро наступает пресыщение, не ощущается радость от попадающихся одна за другой крупных рыб, поимка которых при других обстоятельствах вспоминалась бы долго.
