только маленькую кепку, он все время ходил рядом со мной, распушив свои три хвоста. Вокруг него постоянно толпился народ и просил сфоткаться.
Уже у ворот нас встретили бывшие соперники по показательным поединкам. Ребята оказались очень добрыми и веселыми. Даже мой лысый противник извинился за свое поведение, поклонившись чуть ли не до пола.
— Признаю, ты сильный воин! — пожал он мне руку на прощание. — Надеюсь, мы с тобой еще увидимся! Но уже как друзья! Еще раз извини за мое непрофессиональное поведение.
— Извинения приняты! Тогда буду ждать тебя на всемирной Универсиаде, и вместе сходим куда-нибудь пропустить по кружечки пива. Как тебе?
Мое отношение к нему поменялось в лучшую сторону. Ничего в этом плохого не вижу. Миша Кузнецов редко, но может переобуться.
Теперь наша дорога лежала до парка Эдоши, что был далековато от института. Хотя это мне на руку. Лора давно звала меня посмотреть работу, которую она проделала.
Притворившись спящим, я оказался на пляже. И сперва даже не узнал его. Настолько сильно он отличался от того, что было в прошлый раз.
— Ты что тут устроила⁈ — воскликнул я, наблюдая высоченное стеклянное здание.
* * *
Российская Империя.
г. Москва.
Царь Петр прохаживался по своему дворцу, насвистывая какую-то приевшуюся мелодию, которую ему включала Катя. Как она вернулась в столицу, и отец узнал во всех подробностях о ее похождениях, они уже пару раз поругались и столько же раз помирились.
Петр был недоволен тем, что она уехала из страны, даже не предупредив его!
Нет, он бы, конечно, ее отпустил. Но с армией! В конце концов, Саше бы сказал! Ну или позвонил бы своему сыну Павлу. Хотя тот и занят на два метеоритных пояса отсюда, но все же это его сестра…
Царь подошел к комнате жены и тихо постучался.
— Да входи уже! Стучишся, как будто восемнадцатилетний студент! — хихикнула царица Ольга.
Петр улыбнулся и зашел в покои жены.
— А мне тут сообщили, что совсем недалеко открылся новый ресторан, — как бы невзначай сказал царь. — Там, говорят, вкусные эклеры и корзиночки.
Он подошел к жене, которая сидела перед зеркалом. Аккуратно взяв у нее из рук расческу, он начал водить ею по шелковистым волосам.
Ему нравилось это делать, и Петр не мог объяснить почему. Но успокаивал сам процесс.
— Уж не Катя ли была этим информатором? — улыбнулась Ольга, смотря на отражение своего мужа.
— Может и так, — невинно пожал плечами царь.
Царице нравилось, что в такие интимные моменты ее супруг становился обычным влюбленным мужчиной, а не царем великой Российской Империи и по совместительству самым сильным магом в истории. Теперь уж точно.
— И как ты себе это представляешь? — улыбнулась она. — Думаешь, просто выйдем через парадный вход, прогуляемся под ручку, ты мне купишь букет, а потом мы зайдем в тот ресторанчик?
— Ага, именно так, — кивнул Петр и улыбнулся. В такие моменты Ольга была на седьмом небе от счастья. Ее супруг редко улыбался в последнее время.
— Но ты же понимаешь, что мы не самые незаметные люди в стране?
— Конечно! — кивнул он и достал из кармана две броши. — Одна «глаз хамелеона», вторая фейковая энергия.
— Подготовился, жук, — прищурилась царица. — Уговорил, но чур я выбираю десерты!
— Идет! — кивнул царь и пошел предупредить своего помощника, что будет очень занят у себя в кабинете, по крайней мере, часа три. И чтобы никто к нему не заходил.
Затем он написал Кате, что пойдет прогуляться с царицей и чтобы никаких выкрутасов.
Уже через час из Кремля вышла пара ничем непримечательных аристократов. Они быстро смешались с толпой таких же высокородных граждан Империи.
Все как и предсказала Ольга. Они не спеша гуляли по солнечным улицам. Царь купил ей букет хризантем и довольные они уселись за столик в том самом ресторане, который советовала их дочь.
Их место на двоих располагалось у окна, откуда открывался потрясающий вид на фонтаны.
— Когда мы с тобой так гуляли в последний раз? — вздохнула царица.
— Даже и не помню, года два назад!
— А что за повод? — улыбнулась она. Даже с артефактом хамелеона она выглядела в разы красивее всех женщин в ресторане. Это заметно по тому, как поглядывали на нее спутники этих самых дам.
— Кажется, расследование с уничтожением Питерского института сдвинулось с места. Звонил Петя Нахимов. Говорит, что Кузнецов очень сильно помог в продвижении этого дела, — сказал царь.
— Погоди, Кузнецов… Однофамилец? — удивилась царица.
— Представляешь, внук! Володин внук! После завершения миссии нам с ним надо поговорить.
— Ох, слышал бы ты, сколько о нем рассказывала Катя…
— Я тоже с ним побеседовал! — нахмурился царь.
— Петя! — всплеснула руками царица. — Ну что ты в самом деле!
Официант принес десерты и чай.
— А что? Я же должен знать, что там произошло? А Есенин, как всегда, говорит какую-то херню, — фыркнул он.
— Какую-то херню, — передразнила его супруга и улыбнулась. — Это говорит царь Российской Империи.
— Вот именно, могу себе позволить, — тоже расплылся в улыбке Петр.
Они еще час сидели и болтали о каких-то пустяках. Ели эклеры и корзиночки. Даже купили у прохожего торговца безделушку в виде черепашки.
— Официант, счет! — сказал Петр Петрович.
— И все же эклеры тут не самые вкусные, — улыбнулась Ольга.
— А мне понравились, — пожал плечами царь, помогая своей жене подняться и накинуть легкое пальто.
— Может, уже подойдем к нему? — промурлыкала она своему мужу на ухо. — А то он давно сидит. Даже интересно, это совпадение или нет?
— Давай спросим, — улыбнулся царь.
Парочка прошла к выходу, но остановилась у столика в углу. Там сидел одинокий мужчина и с интересом читал газету.
Без разрешения царь с царицей подсели к нему.
