Надежду?
– Опять мимо!
– Кто, по-твоему, мог напасть на них?
Тиханов пожал плечами:
– Да мало ли кто! Надежду, я так думаю, ухажеры не поделили. А Васю… Нет у меня вариантов. Ну, все! Хватит вопросов. Теперь говори, зачем пришел?
– Еще один вопрос! Последний!
Тиханов махнул рукой: ладно!
– Ты знаешь, как тебя твои мордовороты за глаза кличут?
– Знаю.
– А почему?
– Это ты у них спросишь.
– Тебе не кажется, что кличка у тебя обидная?
– Нет, не кажется. Все! Теперь вопросы буду задавать я. На кого ты работаешь?
– Ты сам-то подумай, Жека, на кого я могу работать? Твой конкурент искал меня за тридевять земель отсюда только для того, чтобы я пришел в баню? Еще, как я понял, ты наркоконтроля боишься. Наверное, не без оснований. Но станет ли наркоконтроль такой огород городить? Если надо – ОМОН сюда нагрянет и перевернет все заведение с ног на голову. Да что я тебе объясняю! Знаешь! Сам из полиции. Наверняка делишься с ней, а она тебя крышует!
– Детективы часто смотришь? – прищурился Тиханов.
– Детективы ни при чем. Просто реально понимаю нашу сегодняшнюю жизнь. А пришел я сюда, Жека, из-за Надежды и Васи. Я и Таня не сомневаемся в том, что нападал на них один и тот же человек. И он – наш одноклассник. Если хочешь – объясню, почему мы в этом уверены.
Журавлев выжидательно посмотрел на Тиханова. Никакой реакции на услышанное! Ни широко открытых от удивления глаз. Ни настороженности, что говорило бы об интересе к новости. Та же неизменная маска напускного равнодушия и скуки.
– Хочешь узнать, как мы пришли к этому выводу? – прервал затянувшуюся паузу Журавлев.
– Давай! – быстро ответил Тиханов. Так, словно спохватился, что ведет себя неестественно. Что дает Журавлеву повод заподозрить его в бесчувственности. В безразличном отношении к трагедиям хотя и не близких, но и не чужих ему людей.
– Сначала я не мог поверить в это, – продолжил Журавлев. – Но быстро убедился, что наше предположение – не фантазия доморощенных сыщиков, не ошибка логического мышления непрофессионалов. Когда я укрепился в мнении, что мы с Таней правы, мне захотелось докопаться, кто же этот хитрый и жестокий преступник. И какие у него мотивы. Я встречался с мужиками из нашего класса. Со всеми поговорил. Только со Старковым не получилось. И с Телковым. Тебе звонил, но ты не ответил. К сегодняшнему дню я пришел к выводу, что смерть Надежды и нападение на Чушкина каким-то образом связаны с Васиной работой. В которую он охотно приглашает одноклассников. Смурной со смехом сказал, что Вася – любитель «клубнички». На это же намекнули и другие. Вот я и пришел сюда, чтобы своими глазами увидеть, что теперь представляет собой баня, в которой в детстве я каждую неделю мылся.
– Значит, ты считаешь, что эти дела связаны между собой и с моей баней?
– Так получается! – вздохнул Журавлев.
– Тут ты, Боря, ошибся! – серьезно ответил Тиханов. – Я ни с какого бока не причастен к тому, что случилось с Надей и Василием.
– Кто из наших, кроме Васи, разумеется, знает, что это твоя баня?
– Думаю, никто!
– Надежда тоже не знала?
– Нет! – сухо ответил Тиханов.
– Почему такая таинственность?
– Чтобы не болтали! Глупых вопросов не задавали! Сам ведь знаешь, как у нас. «Так это твоя баня?» «А правда, что в ней…». И так далее. Элитная баня – бизнес деликатный. Мои клиенты в большинстве своем – люди серьезные. Не олигархи, но и не бедняки. Приходят ко мне расслабиться. Отвлечься от трудов праведных. Естественно, у каждого есть предпочтения.
– Набор этих предпочтений прост, – продолжил за него Журавлев. – Девочки, выпивка, наркота.
– Я даю им возможность снимать стресс теми способами, которые им нравятся, – продолжил Тиханов, не скрывая недовольство тем, что Журавлев его прервал. – Общество наше лицемерно. Не дает заработать на хлеб девчонкам, которых голод выгнал на улицу, но ничего не предлагает им взамен. Сажает в тюрьму бомжа, который от голода украл в магазине кусок колбасы, но даже не пытается понять, как и почему он дошел до этого. Не пытается помочь ему вернуться к нормальной жизни.
– А ты, значит, устраняешь эту несправедливость?
– Да! – вскинул голову Тиханов. – Я беру со своих клиентов по высшему разряду. А потом делюсь этими деньгами с теми, кто на меня работает. Ни один еще не сказал, что я ему мало заплатил! Как ни один не отказался взять деньги!
– А девочки? Кто им платит? Ты? Или они тебе?
– Клиент платит!
– Но ты берешь с них свою долю? – продолжал допытываться Журавлев.
– Я даю им возможность работать здесь. Получать с клиентов очень хорошие бабки. Поверь, они счастливы, что им не приходится мерзнуть или мокнуть под дождем. Что никто их не изобьёт, не отберет заработанное. Кстати, все они приезжают сюда на своих машинах. И не самых дешевых!
– Ладно! – устало махнул рукой Журавлев. – Останемся каждый при своем мнении. Когда будем там, – он поднял вверх палец, – узнаем, кто из нас прав!
– Когда будем там, приходи ко мне в баньку!
– Я подумаю над твоим предложением, – серьезно ответил Журавлев. – У тебя нет своих соображений, кто убил Надежду? И за что?
– Ты сказал, что у тебя все наши под подозрением.
– Я исходил из того, что убийцей может быть любой из них, – подтвердил Журавлев.
– Ты сказал, что виделся и говорил со всеми.
– Кроме Старкова и Телкова.
– Кого ты исключил? Сколько человек осталось в списке подозреваемых?
– Ты не поверишь! – рассмеялся Журавлев. – Но я исключил всех! И в то же время – никого!
– И меня? – осведомился Тиханов.
– Если бы думал на тебя, разве бы я спросил, кого ты подозреваешь?
– Конечно, спросил бы! Чтобы понять, на кого убийца пытается отвести подозрение.
– Может быть, и так! – согласился с ним Журавлев. – Так что ты можешь мне ответить?
– Ничем не могу тебе помочь, Боря! – со вздохом ответил Тиханов. – Запутались вы с Таней. Плохие из вас детективы. Ты – не Холмс, она – не миссис Марпл. Уж не обижайся!
– Ты не первый, кто мне так ответил! – весело сказал Журавлев. – Ладно! Мне пора! Отпускаешь?
Тиханов изобразил на лице удивление:
– Разве я тебя держал?
– Ах, да! Конечно! – снова засмеялся Журавлев. – Забыл, что я сам себя связал! Спасибо за гостеприимство, Жека! Есть еще один вопрос.
– Не слишком ли много?
– Последний!
– Давай! – милостиво разрешил Жека.
– Твои клиенты что, слепые? Не видят, что маска с секретом?
Тиханов едва заметно улыбнулся:
– У индейца не всегда такие глаза. А кроме того… Некоторые клиенты заказывают на память
