Читаем без скачивания Третий фронт - Федор Вихрев

А потом всё прекратилось. В смысле пришлось нам браться за ум. В один прекрасный день Олег вернулся от железки на 7ТР с гнутым стволом и огорошил нас известием о взрыве «Доры». Правда уверенности, что это именно она у него не было, просто очень уж здоровый ствол кувыркаясь нагрел 7ТР. Да и снаряды в подорванном им составе рванули уж очень сильно.

Немцы же после этого совсем озверели. Выйти из лагеря становилось всё тяжелее. Немецкие авиаразведчики постоянно крутились в небе, дороги патрулировались и преграждались блок-постами, по лесам шастали егеря. В один из дней Сергей отпросился у генерала смотаться на довольно близкую базу, где, по слухам было много имущества связи. А когда вернулся набросился на Олега. Оказывается, немцы всерьёз принялись за карательные операции и, не найдя нас, отрывались на мирном населении. На одно такое село, где поработали СCовцы и набрёл Сергей. Ну, этого следовало ожидать.

Олегу в ответ сорвало начисто крышу и он забаррикадировавшись в Т-26 пытался его выгнать с капонира… На что он рассчитывал — не знаю. С трудом мы с Фалангером загнали лом между гусеницей и катком. ОТ крутанулся на месте, гусеница лопнула и танк со всей дури протаранил стену капонира.

Орал на нас генерал долго. На орехи досталось всем, Дмитрий Михайлович рубил не щадя. Мне тоже влетело — за несоблюдение субординации. Да… Припомнил мне генерал, как я однажды задумавшись, обратился к нему просто «Командир…».И как ему растолковать, что в Советской армии я не служил, а в АОИ отношения между офицерами и солдатами другие? Не поймёт ведь….

Змей

Мортира особых эмоций у меня не вызвала, беспокоили последствия её появления. Точнее то, что активность немцев, озабоченных нашей поимкой, перекроет активность свежеотпущенного с поводка Тенгу, и нас, в результате, поймают. Эмоции, по поводу нашей удачливости у меня кончились ещё после «зверского убийства Героя Германского Рейха». Это о Гудериане, если кто не понял, филейную часть которого, оставленную Саней на месте преступления, опознали по штанам с лампасами. Вообще-то мой четвертьвековой опыт ролевых игр подсказывал мне, что попаданцы, неважно куда, выживают, будучи либо суперменами, либо обладая невъебенным везением. Поскольку в суперменстве никто из нас замечен не был, оставалось везение. Я с ужасом думал о том моменте, когда оно кончится. Впрочем, было понятно — вместе с везением кончимся и мы. Поэтому перебазирование меня обрадовало — поживём ещё.

Больше всего меня потряс оскал Фалангера, с которым он пытался снести катки танка. Мне показалось, что клыки у него стали существенно длиннее. Тенгу тоже что-то привиделось, он потом два дня Гришу избегал и негромко ворчал при встрече.

Сергей Олегович

С вечера я пошёл отпрашиваться у генерала отправиться на очередную вылазку, узнав, от кого-то из бойцов, что совсем неподалёку есть много брошенного имущества связи. Со связью у нас, скажем так, было плоховато, кое-как наладили только телефонную с удалёнными секретами на подходах к нашему убежищу. С радиосвязью же было вообще хреново. Карбышева я застал читающим с моего ноутбука мемуары фельдмаршала Кессельринга и что-то внимательно конспектирующим. План моей вылазки он одобрил, уточнив кое-какие детали. И, рано утром, погрузившись с Петровичем на машину и взяв несколько бойцов из пограничников, да милиционера в качестве проводника мы выехали. В последнее время с вылазками приходилось всё тяжелее и тяжелее, после первоначального бардака немцы, наконец, взялись за наведение порядка. Тем более действия нашей группы, их, скажем так, обозлили. По слухам, специально для наведения порядка на оккупированной территории из Франции и Югославии были переброшены дополнительные силы. «Костыли» и «Рамы» шныряли в небе над лесами целыми днями, на дорогах было усилено патрулирование, увеличены гарнизоны в населённых пунктах и организовано некое подобие блок-постов в ключевых точках. Поэтому приходилось пробираться по заброшенным лесным дорогам, и постоянно прятаться от авиаразведчиков, да и вообще ото всех, кто мог нас увидеть.

— Здесь деревенька должна быть — сказал милиционер мне, когда мы в очередной раз прятались от назойливого «небесного ока» в лице «Хеншеля», он же «костыль» — Можно попробовать продуктами разжиться, а то крупа с консервами уже поперёк глотки стоит.

— Давай, попробуем — сказал я — Только осторожно, нам только фрицев не хватало встретить для полного счастья.

— Лады, — ответил милиционер — Я сейчас с Синченко вместе и смотаюсь, разведаю, что да как.

— Только смотрите там, в бой не вступать, в случае обнаружения уводите погоню в другую сторону и пытайтесь оторваться. Понятно? — сказал я ему

— Ну ты нас, Олегыч, совсем за дураков не держи — улыбнулся милиционер — Мы сейчас потихоньку, незаметненько….

…В убежище я приехал уже поздно, выскочил из машины и первым, кого увидел — был Соджет, ковыряющийся возле очередной трофейной железяки.

— Аааа, вот он, стрелок наш…. протянул я, как мне казалось, тихим и спокойным голосом, от которого все, кто был рядом, почему-то шарахнулись в разные стороны — Соколиный глаз ты наш…… Пострелять, значит любим, да?… По вагончиками немецким…… Ну пошли, посмотришь интересную вещь, очень завлекательную… Пошли-пошли…. не надо от меня шарахаться……

— Олегыч, ты чего? Олегыч, не надо! — услышал я голос Степана.

— Не бойся, я ничего такого не буду… пока… — попытался ухмыльнуться я, но вместо улыбки вышла чудовищная гримаса….

….Вошли мы в штабной блиндаж, я сразу достал из кармана с «афганским сюрпризом» свой мобильник, который Сони Эрикссон и ткнул в руки Соджету

— Подсоединяй к компу и смотри… Папка «видео» …Внимательно смотри…. к чему меткая твоя стрельба привела…… Стрельнул ты метко и укатил, радостно гыгыкая… а там деревенька была неподалёку…. Смотри теперь, и думай… хорошо думай…… — с этими словами я налил себе стакан немного разведённого спирта и жахнул его залпом… как вода пошло…

… После просмотра видеозаписи все были подавлены… Такого развития событий никто не мог предвидеть…

— И кто такое сотворил? — спросила Ника

— Каратели… — ответил я — Хорваты…

— Кто??

— Хорваты. По крайней мере, на руке красно-белые шашечки и надпись — «Hrvatska». Создают «мёртвую зону» вокруг железки…. — с этими словами я протянул трясущиеся руки. Под ногтями была бурая кайма…

— Восемь раз мыл, с мылом… не отмывается….— и вырубился…

Олег

Просмотрев запись на мобильнике, я достал сигарету и вышел из блиндажа. Покурить. Закурил и двинулся в сторону капониров с техникой.

— Ах так…. Так значит…. Я…. Я виноват?! Значит, я сидеть должен и молча смотреть как они тут распоряжаться будут??? И лишнего немца не тронуть?! Ну, уж… Шарахаться?! Да я…. Ну, раз так… Тогда… Раз вы все так… ТОГДА МНЕ С ВАМИ НЕ ПОПУТИ!!! Я их, гадов, этих бил и бить буду!! А раз я такой плохой…. То и воевать сам буду!!! — шептал я себе под нос.

— А хорваты — на моем лице появилась улыбка от если б кто ее увидел, передернуло бы — Вот ими то и займусь!!

После чего рванул в сторону ангара в котором стоял ОТ-26.

«Ну что-ж» — вертелось в голове — «значит это мой последний и решительный…»

И с этими мыслями я занял позицию за рычагами.

«Эх… Одному неудобно и жечь и ехать… Ну ничего стоя отработаю.» — я криво ужмыльнулся своим мыслям. — «Да какая разница стоя или в движении то?» — одернул я себя, захлопывая люк и заводя двигатель — «Все равно это будет мой последний бой.»

Перед глазами у меня при этом стояла кровавая пелена. Руки на рычагах управления я сжал так что костяшки пальцев аж побелели. Из прокушеной от злости и обиды губы по подбородку стекала кровь. Куда ехать я не знал мысль была только одна кого нибудь убить. Убить и… погибнуть…

Танк, ревя двигателем, как рассерженный медведь, рывками начал выползать из капонира.

Только ОТ успел выйти из капонира как перед ним кто — то появился. Давить своих я конечно не собирался, потому резко крутнул машину вправо. ОТ развернулся буквально на месте. После чего резко прыгнул вперед. Это я сделал чтоб опять никто не стал перед машиной.

Но проехал после поворота я недолго. ОТ внезапно повело влево (как потом я узнал эти ломастеры между гусеницей и катками лом засунули он гусянку и порвал когда в корпус уперся). И на полном газу врезавшись в стену капонира, я от удара треснулся головой в броню и потерял сознание. Со стороны же это выглядело так: ОТ внезапно крутнувшись на месте, со всего маху влупился в бетонную стену, аж крошка из нее брызнула. После чего замер на месте, продолжая реветь мотором и скребя уцелевшей гусеницей землю, зарываясь в нее все глубже. Через минуту двигатель кашлянул и заглох. Но люки оставались закрыты и из машины никто не появлялся…