– Не волнуйтесь, Яков Николаевич, я прекрасно все понимаю, тем более что это я сказал товарищу Сталину о необходимости до следующей весны начать производство новых танков. Кроме того, я уже обдумал, что именно нам нужно, теперь осталось только воплотить это в металле.
– Вот как? Не знал, но я рад, что вы уже знаете, что нам нужно, честно говоря, я немного растерян, вроде после замены по вашей инициативе на новых танках 76-миллиметровых орудий на новые 85-мил – лиметровые, наши Т-34 и так очень грозные машины.
– Это так, Яков Николаевич, но мир не стоит на месте, и если мы не хотим отстать, то необходимо своевременно двигаться вперед. В любом случае опыт проектирования Т-34 и КВ нам пригодится, кое-что можно будет заимствовать от них, причем постараемся сделать это по максимуму, для того чтобы как можно меньше перестраивать производство.
– Рад это слышать. Тогда я немедленно прикажу руководителям танковых КБ срочно приехать к вам на фронт, в ваш штаб.
– Буду ждать.
Федоренко после этого разговора почувствовал, что с его плеч свалилась гора. С чисто техническим заданием он справится, а раз Павлов сам будет давать задание конструкторам, то и основная ответственность за разработку нового танка ляжет на него. Впрочем, глядя на то, что все новые танки, разработанные непосредственно перед войной, были сделаны под его контролем и по его задумкам, вероятно, что и сейчас Павлов знает, что надо делать. Скоро, совсем скоро станет понятно, что задумал Павлов, как только к нему съездят конструкторы. Все же интересно, что придумал Павлов, как можно улучшить и так прекрасный танк.
Глава 14
Первым ко мне в Смоленск приехал Духов, но это было и неудивительно, все же Ленинград намного ближе к Смоленску, где разместился мой штаб, чем Сталинград, в котором обосновался после эвакуации из Харькова Кошкин. Сам харьковский танковый отправился на Урал, а Кошкин со своим КБ переехал в Сталинград, так как его завод будет отстраиваться не меньше полугода. Ко мне в штаб Духов прибыл после обеда, во второй половине дня.
– Добрый день, товарищ Павлов.
Духов вроде как и считался военным, но у меня сложилось с ним неформальное общение еще с того времени, когда он под моим руководством на Кировском заводе разрабатывал свой КВ. Еще тогда я отошел от официалыцины и не пожалел об этом ни разу. Все же неформальные, дружественные отношения, на мой взгляд, в таких случаях наиболее результативны, чем сухое общение формата начальник – подчиненный.
– Здравствуйте, Николай Леонидович, давайте, возвращайтесь к нашему старому общению.
– С удовольствием, Дмитрий Григорьевич, мне тут пришло предписание из ГАБТУ бросать все дела и срочно ехать к вам. Что, собственно говоря, случилось, почему такая спешка?
– Помните, когда мы с вами обсуждали концепцию тяжелого танка, я говорил вам, что никто не будет стоять на месте, и ваш танк недолго будет самым мощным в мире?
– Было такое, у противника появились новые танки?
– Да, не знаю, доводили до вас или нет, но немцы начали производство новых тяжелых танков. Не далее чем три недели назад под Псковом немецкий танковый батальон при поддержке семи новых тяжелых танков «Тигр» попытался прорвать нашу оборону.
– И как?
– Позиции мы удержали, из немецких танков назад смогли уползти порядка полутора десятков машин из почти четырех десятков, которые атаковали наши части, и это не считая батальона мотопехоты с бронетранспортерами в придачу. Правда, и нам эта победа далась нелегко. Из участвовавших в том бою дивизиона противотанковых орудий и дивизиона противотанковых самоходок уцелели только три орудия и одна самоходка.
– Однако…
– Вот именно.
– Из этих новых танков много удалось подбить?
– Все семь, они шли первыми, только удалось это сделать, когда они приблизились примерно на полкилометра к нашим позициям, до этого снаряды их не брали.
– Это какая же у них лобовая броня?
– Сто миллиметров. Из этих семи танков четыре сожгли, а оставшиеся три повредили, ночью мы смогли утащить их к себе. Пригнали сразу три танковых тягача и едва успели опередить немцев, те тоже попытались их забрать, но немного опоздали. Я потом специально съездил в Псков, буквально на следующий день. Как мне доложили о них, так сразу и поехал. По размеру немецкий «тигр» примерно с наш КВ, но, должен признаться, впечатление он производит.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Это получается, что и КВ с его 107-миллиметровой пушкой пробьет его лобовую броню примерно с километра.
– Да, а у немца стоит 88-миллиметровая пушка, он КВ подобьет раньше. Теперь понятно, почему вас так спешно послали ко мне?
– Нужен новый танк, который сможет бороться с немцем?
– Да, хотя бороться сможет и КВ, просто на дальней дистанции он будет нести большие потери, и пока не сблизится хотя бы на среднюю дистанцию, толку будет мало, вот поэтому нам и необходим новый танк, причем срочно.
– Я так понимаю, что у вас уже что-то есть по нему?
– Да, вот смотрите, Николай Леонидович, это мои наброски по новому танку. Лобовая броня – 110 миллиметров, бортовая – 90, лоб башни – 220 и орудие калибра 122 миллиметра на основе А-19, то же самое, что мы уже ставим на штурмовые самоходки СУ-122.
Когда мне доложили о прибытии Духова, я заранее достал из сейфа свои наброски по ИС-3, и сейчас просто дал их ему посмотреть.
– Я смотрю, нос у танка необычный.
– Да, думаю, это даст лишний шанс на рикошет при попадании в лоб вражеского снаряда.
– Сколько у меня времени?
– К январю вы должны предоставить опытный экземпляр, а с начала марта танки должны начать поступать в войска.
– Мало времени, Дмитрий Григорьевич.
– А вы, Николай Леонидович, позвоните Гитлеру, попросите его притормозить выпуск новых «тигров», а то вы не успеваете сделать для него достойного соперника.
– Все бы вам, Дмитрий Григорьевич, шутить.
– Не я такой, жизнь такая, и чем позже эти танки у нас появятся, тем большую цену в человеческих жизнях мы за это заплатим.
– Да понимаю я это! Сделаю все, что смогу! Только боюсь, что немцы к этому времени построят слишком много новых танков.
– Не построят, мои механики его осмотрели, слишком сложен, а значит, много построить не успеют, но и того, что успеют, при правильном использовании из засад и с дальней дистанции хватит для нанесения нам значительного урона.
– Сделаю, отдыхать не буду, но к январю сделаю!
– Вы там по возможности постарайтесь использовать часть узлов и агрегатов от КВ, так сможете ускорить разработку, да и заводчанам будет проще – уже освоенное производить легче.
– Хорошо, постараемся.
– Тогда я вас больше не задерживаю, чем быстрей начнем, тем быстрей закончим. Если будут вопросы – обращайтесь, всего доброго.
– До свидания.
Духов, попрощавшись со мной, ушел, он унес мои наброски ИС-3, которые я нарисовал по памяти, надеюсь, он сможет в кратчайшие сроки его сделать. Я был более чем уверен, что новые ИСы спокойно смогут бить немецких «кошек» с дальней дистанции.
Духов уехал, а спустя три дня приехал из Сталинграда Кошкин. С ним у меня почти один в один повторился разговор с Духовым. Для Кошкина я извлек другие чертежи, где были наброски Т-44.
– Вот смотрите, Михаил Ильич, мне, вернее нам, нашей армии, требуется вот такой новый танк: лобовая броня – 90 миллиметров, бортовая – 75, лоб башни – 120 и орудие калибра 100 миллиметров. Сама башня должна быть сплюснутой, каплевидной формы. Если у вас не получится быстро разработать новое орудие, то сделайте его на основе 85-миллиметрового, просто увеличив калибр, и длина его ствола должна быть не меньше 50 калибров.
– Ясно, Дмитрий Григорьевич, сделаем.
– Да, и вот еще что, чуть не забыл, сделайте на базе нового танка и противотанковую самоходку со 100-миллиметровым орудием.
– Зачем, ведь это орудие будет и на танке?[61]
