зад ача атаковать Прибалтику и овладеть Ленинградом. Эти три немецких группировки, состоящие из 157-и полностью укомплектованных дивизий, 12-и бригад общим числом до пяти миллионов сол дат, поддерживаемых с двух сторон войсками Финляндии и Румынии. Финны организовывали наступление на Карельском перешейке и, если возникнет необходимость, к востоку от Ладожского озера. Румынским войскам предписывалось поддержать наступление группы армий «Юг» и охран ять тыл. На линию Архангельск — Астрахань немецкие войска должны были выйти за 4 месяца.
Вот, в связи с этим документы из военных архивов. 20 марта начальник разведуправления (РУ) Ген штаба генерал Ф. И. Голиков предоствил руководству доклад, содержащий сведения исключительной важности. В этом документе излагались варианты возможных направлений ударов немецко-фашистских войск при нападении на Советский Союз. Как выяснилось, они последовательно отра жали разработку гитлеровским командованием плана «Барбаросса», а в одном из вариантов, по существу, отражена была суть этого плана. В докладе говорилось: «Из наиболее вероятных военн ых действий, намеченных против СССР, заслуживают внимания следующие: Вариант № 3, по дан ным… на февраль 1941 года: «…для наступления на СССР… создаются три армейские группы: 1-я под командованием генерал-фельдмаршала Бока наносит удар в направлении Петрограда; 2-я группа под командованием генерал-фельдмаршала Румштедта — в направлении Москвы и 3-я группа под командованием генерал-фельдмаршала Лееба в направлении Киева. Начало наступл ения на СССР — ориентировочно 20 мая».
По сообщению нашего военного атташе от 14 марта, далее в докладе, немецкий майор заявил: «Мы полностью изменяем наш план. Мы направляемся на восток, на СССР. Мы заберём у СССР хлеб, уголь, нефть. Тогда мы будем непобедимыми и можем продолжать войну с Англией и Америкой…». Наконец, в этом документе со ссылкой на сообщение военного атташе из Берлина указы вается, что «начало военных действий против СССР следует ожидать между 15 мая и 15 июня 1941 г.» Однако выводы из приведённых в докладе сведений, снимали всё их значение и вводили И. В. Сталина в заблуждение. В конце своего доклада генерал Голиков писал: «1. На основании всех приведённых выше высказываний и возможных вариантов действий весной этого года считаю, что наиболее возможным сроком начала действий против СССР будет являться момент после победы над Англией или после заключения с ней почётного для Германи и мира. 2. Слухи и документы гов орящие о неизбежности весной этого года войны против СССР, необходимо расценивать как дезинформацию, исходящую от английской и даже германской разведки».
6 мая 1941 г. И.В. Сталину направил записку нарком ВМФ адмирал Н.Г. Кузнецов: «Военно-морско й атташе в Берлине капитан 1 ранга Воронцов доносит: …что со слов одного германского офицера из ставки Гитлера, немцы готовят к 14 мая вторжение в СССР через Финляндию, Прибалтику и Рум ынию. Одновременно намечены мощные налёты авиации на Москву, Лениград и высадка параш ютных десантов в приграничных центрах…» В этом документе, который также имел исключительн ую ценность. Однако выводы адмирала Н. Г. Кузнецова не соответствовали приводимым им факта м и дезинформировали И.В.Сталина. «Полагаю, — говорилось в записке Н.Г.Кузнецова, — что свед ения являются ложными и специально направлены по этому руслу с тем, чтобы проверить, как будет реагировать СССР».
Такого же характера информация поступала от посла СССР в Германии Деканозова. Он не только направлял И. В. Сталину через соответствующие органы сведения об отсутствии угрозы нападения, но накануне войны разрешил приехать в Берлин семьям сотрудников полпредства и торгпредства, которые в ночь на 22 июня были арестованы и отправлены в гестапо. И.В.Сталин допустил непопр авимую ошибку, доверившись ложным сведеням, которые поступали из этих органов.
С самого начала планирования войны против СССР важное место в деятельности германского вое нно-политического руководства и командования вермахта занимали вопросы дезинформации, стратегической и оперативной маскировки, имевшие целью введение руководства СССР в заблуж дение относительно возможного нападения Германии на Советский Союз. Повидимому, это им удалось. Поскольку в таких основополагающих документах, как план военного и стратегического развёртывания СССР на случай войны с Германией, а также в предвоенных донесениях данных советской внешней разведки план «Барбаросса» даже не упоминается.
Маскировка и дезинформация
Одновременно с планом «Барбаросса» был разработан план дезинформации истинных целей пе реброски войск из Франции в Польшу, Вост. Пруссию и Румынию. Гитлеровская пропаганда всеми способами старалась внушить советскому руководству, что переброска войск совершается не для того, чтобы угрожать Советскому Союзу, а для того, чтобы рассредоточить и вывести их из-под уда ров английской авиации, а также для прикрытия румынских нефтяных промыслов от англичан, вы садившихся в Греции. По свидетельству начальника Генштаба Г. К. Жукова: «Гитлер принимал все меры, чтобы внушить И. В. Сталину мысль о его вполне лояльном отношени и к Советскому Союзу, и неоднократно заверял, что Германия никогда не нарушит своих обязательств. И как это ни странно, И. В. Сталин поверил этим фальшивым заверениям Гитлера. Он полагал, что, если мы будем вес ти крайне осторожную политику и не давать повода немцам к развязыванию войны, будем выпол нять взятые на себя торговые и иные обязательства, войны можно избежать или в крайнем случае оттянуть её. Так думало и сталинское руководство страны». Докладывая 7-й сессии Верховного Совета СССР 1 августа 1940 г. о международном положении Председатель СНК СССР В. М. Молотов говорил: «Наши отношения с Германией, поворот в которых произошёл почти год назад, продол жают полностью сохраняться, как это обусловлено советско-германским соглашением». И далее: «За последнее время, — говорил В. М. Молотов, — в иностранной и особенно в английской и англо фильской прессе нередко спекулировали на возможности разногласий между Советским Союзом и Германией, с попыткой запугать нас перспективой усиления могущества Германии. Как с нашей, так и с германской стороны эти попытки не разразоблачались и отбрасывались как негодные. Мы можем подтвердить, что, по нашему мнению, в основе сложившихся добрососедских и дружестве нных советско-германских отношений лежат не случайные соображения конъюнктурного характе ра, а коренные государственные интересы как Советского Союза, так и Германии».
Весной 1941 г. гитлеровцы не опасались серьёзных действий со стороны западных противников, и главные вооружённые силы Германии были сосредоточены на всём протяжении от Балтийского до Чёрного моря. На 1 июня 1941 г., по данным РУ Генштаба против СССР находилось до 120 немецких дивизий. К июню 1941 г. Германия довела общую численность войск до 8 млн 500 тыс. человек, увеличив её с 1940 г. на 3 млн 550 тыс. человек, то есть до 214 дивизий. У нас к июню с учётом призыва дополнительных контингентов в вооружённых силах было 5 млн человек. Массовые пере возки на восток
