трудом рассмотрев его через пелену слез, застилающих глаза, замотала головой и снова уткнулась носом в его футболку, продолжая поливать ее слезами. - Не плачь, он того не стоит...
Проревела я наверное не меньше получаса, полностью промочив его футболку и дико жалея, что у меня нет носового платка... почему-то такая неприятность как сопли, появляются автоматически... стало так неловко...
- Держи. - Чистейший носовой платок из нагрудного кармана и я криво и вымученно улыбаюсь.
- Спасибо...
- Если бы я знал, что для тебя это так важно, то никогда бы не сказал.
- Нет, не совсем так... я все равно не считаю его своим отцом. Ведь получается мы все равно клоны? Только рожденные? Да?
- Не совсем. Вы не производное от Мелины, как думали все. Вы производное именно от него.
- Не понимаю.
- Это сложно, я согласен. - Не выпуская меня из кольца рук, мужчина попробовал объяснить. - Что такое клоны? На примере Мелины? Берем ее клетки необходимой группы, обрабатываем необходимым образом, помещаем в лабораторные саркофаги и в кратчайшие сроки он воспроизводит ее точную копию. Верно?
- Да, наверное.
- А вы же... Вы именно результат искусственного зачатия материнской клетки облагороженной женщины, обработанными клетками самого барона.
- Дикость...
- Дикость, согласен. У барона в этом направлении вообще каких только экспериментов не было. - Поморщившись воспоминаниям, мужчина нахмурился. - Но тебе я о них даже рассказывать не буду. Кстати сам принц о них тоже вряд ли знает, его это не интересовало, это была уже моя инициатива.
- Но если... то я... настоящая?
- Да, ты его дочь.
- А почему тогда... почему тогда он так к нам относился??? Как к клонам?! Это ведь абсолютно разные вещи!
- Не скажи. Вы все равно больше эксперимент, чем дети, рожденные в семье и любви. К тому же, я думаю, тут не малую роль сыграла некая кери Фрэя.
- Фрэя?! Она то тут при чем?!
- Знаешь ее? Откуда?
- Она была нашей смотрительницей.
- О... ну тогда еще проще. Во время проведения этого эксперимента именно Фрэя была старшим лаборантом, контролирующим ход эксперимента. Именно она делала все записи. И именно она констатировала смерть и женщины и новорожденных девочек. Не думаю, что ошибусь, если скажу, что это было самой обычной ревностью. Она "убила" вас, но взамен "создала" клонов.
- Зачем?!
- Понятия не имею. Женщины вообще порой непостижимы. Зависть, ревность, злоба... Можем спросить у нее. Хочешь?
- Хочу. Очень хочу! - Зло прищурив глаза, ощерилась. - А ведь она нас ненавидела. А больше всех она ненавидела меня. Теперь понятно. Слишком мало, но понятно... но знаешь, не сейчас.
Замотав головой, снова уткнулась в такого удачно подвернувшегося большого мужчину - места для поплакаться было достаточно.
- Может через год... это слишком дико. Да и учеба уже на днях начнется... нет, я не могу пока об этом спокойно думать.
- Хорошо, как скажешь.
- А как ты думаешь... она жива? Наша мама?
- Не знаю. Я допрашивал младшего лаборанта и он мало что мог сказать, он и эти то моменты знал постольку поскольку. Так что не могу тебе ничего ответить точно.
- Понятно... ладно. - Шмыгнув последний раз, отстранилась. Фрэю я еще успею убить. Эта стерва мне ответит за все. - Прости за футболку.
- Не страшно. Успокоилась?
- Да.
- Вот и хорошо. - Потихоньку отвлекая меня и другими разговорами, мужчина снова перешел к вопросам самоконтроля и тому, как важно об этом помнить. Причем не только помнить, но и следовать им. А завтра уже должны прилететь девчонки... так что действительно - хватит реветь и терзаться, у меня есть дела поважнее. А этим вопросом мы займемся тогда, когда придет его время.
- Милана! Привет!
- Привет-привет.
Первой уже вечером прилетела Регина, причем вместе с Воландом. Ага, отношения у них еще не перешли в разряд серьезных, но все прогнозы указывали на то, что они станут парой. Причем навсегда. Воланд первые полгода еще пытался сопротивляться, но увы... если женщина решила, то мужчине порой приходится с этим только смириться. Нет, конечно, она его не принуждала, но потихоньку... полегоньку... там вспышка ауры, там растрепавшаяся коса... легкая улыбка, блеск в глазах... а ведь он сам мне еще в начале курса признался - хочет большой и светлой любви. Мы с девчонками тогда хорошо посмеялись, но все же... Все же ее хотят все, сколько бы мы над ней не смеялись. А Регина его действительно любит, так что нам теперь необходимо лишь не мешать.
- Как твои дела? Куда летала?
- На Ратол, с тетей. Там была неделя выставок, мне понравилось, отдохнули... - Почти не кривя душой, рассказывала официальную версию моего отсутствия. - А вы?
- А меня Воланд с родителями познакомил. - Чуть смутившись, Регина все же продолжила, так как в себе, похоже, удержать не могла. - У него такая красивая мама, ты не представляешь! А как она его любит... а отец у него суровый. Воланд когда злится, весь в него.
- Воланд умеет злиться? Вот это новость! Надеюсь не на тебя? - Вздернув брови, удивленно качнула головой.
- Нет, что ты. - Замахав на меня руками, Регина не очень весело вздохнула. - Они с отцом немного повздорили... из-за меня - отец поначалу был против. Но потом помирились, их как раз кери Лелиана помирила.
Все рассказывая и рассказывая, Регина сияла так сильно, что я за нее искренне радовалась - повезло. Как же ей повезло. Воланд действительно будет ей самым лучшим мужем. Завидую? Не думаю, не мой мужчина. А чужому счастью завидовать не надо - надо создавать свое.
В течение следующего дня прилетели и Тамила с Сабриной, причем Сабрина еще и обиделась, что я так к ней и не залетела, хотя обещала. Тамила же летала на курорт, где отдыхала с родителями, совмещая приятное с семейными обязанностями. Парень, третьекурсник Майкл, с которым она встречалась первые полгода, сейчас проходил практику, но они чуть ли не ежедневно связывались через Глюка и до сих пор поддерживали отношения. Причем, думаю,
