это придало ей решимости.
Управляющий силился ответить, беззвучно шевеля губами и дергая бородой. Вконец растерявшись, он все же произнес:
— Прошу вас, следуйте за мной, – и, спохватившись, добавил: – Госпожа...
Комната, куда управляющий привел Ариану, оказалась довольно просторной. Он тут же вышел, чтобы, по его словам, доложить о ее приходе лорду Албанусу.
Стены комнаты были завешаны яркими гобеленами. Золотые лампы озаряли комнату теплым сиянием, делая ее особенно уютной после пустынных унылых улиц, но даже это не рассеяло тревоги Арианы. Что, если и впрямь скульптора здесь нет, и она выставит себя в глупом виде перед незнакомым вельможей?.. Мало-помалу дерзкая самоуверенность оставила девушку, и она вконец растерялась под жестким взглядом вошедшего мужчины.
— Ты ищешь человека по имени Стефано, – без предисловий начал хозяин дома. – С чего ты взяла, что он здесь?
В волнении Ариане хотелось ломать руки, но она заставила себя успокоиться и плотно сцепила их под плащом. Однако так и не сумела удержать рвавшийся наружу поток слов и принялась лихорадочно объяснять.
— Мне нужно поговорить с ним. Мне больше не к кому обратиться... Тарес погиб... А Конан говорит, что нас предали! И кроме того... – Ариана судорожно вздохнула. – Прошу меня простить, лорд Албанус. Если Стефано здесь нет, я уйду.
Слушая сбивчивые объяснения Арианы, Албанус округлил глаза. Затем он принялся что-то нащупывать в кошеле у пояса со словами:
— Постой... Тебе доводилось когда-либо видеть подобное?
Он извлек наружу какой-то кристалл, столь прозрачный и чистый, что от него словно бы исходило сияние. Хозяин дома пробормотал какие-то слова, которые Ариана не смогла расслышать, и протянул ей камень. Помимо воли, взор девушки оказался прикован к самоцвету. Внезапно из недр камня вырвался бледный луч, осветивший лицо Арианы. Она охнула, словно ощутив удар. Ее охватил ужас. Нужно бежать... Но девушка не смогла даже пошевелиться. Она лишь дрожала всем телом, приплясывая на месте. Ослепительное сияние застило ей зрение. Все ее существо взывало о бегстве.
— Но зачем тебе бежать? – вдруг спросил другой голос, и страх тут же пропал.
Исчезла и сила воли. Исчез белый луч. Теперь она стояла, по-прежнему не сводя взгляда с кристалла, который еще ярче чем прежде, сиял нетронутой белизной. Дыхание Арианы понемногу выровнялось.
— Ну, вот и все, – услышала она негромкий голос Албануса. – Но на всякий случай нужно проверить. – И он громко приказал: – Разденься, девочка!
Ариана слегка зарделась, испытывая легкое смущение, – но впрочем, это приказание отнюдь не показалось ей удивительным. Она тут же скинула плащ и расстегнула застежки платья, после чего одежда упала к ее ногам. Положив руки на бедра и чуть согнув одну ногу в колене, Ариана ждала дальнейших приказов.
Албанус окинул взором прелестную обнаженную фигуру и улыбнулся, – если только это можно было назвать улыбкой.
— Раз уж ты разделась с такой готовностью, то выложишь сейчас всю правду... Пусть даже тем самым и подпишешь собственный смертный приговор. Итак, что там насчет Тареса, девочка? Он и впрямь мертв? Как он погиб?
— Конан убил его, – невозмутимо откликнулась Ариана.
— Эрлик бы побрал проклятого варвара! – выругался некромант. – Теперь понятно, почему Вегенций нигде не может его найти. Как же мне теперь передать приказ... – Понемногу злость начала проходить. Он посмотрел на Ариану, понимая, что она способна помочь ему. – Похоже, ты одна из тех безумных, что готовят это нелепое восстание? Не так ли?
Немного помявшись, девушка все же откликнулась:
— Да.
Что-то показалось ей странным в словах Албануса. В сознании ее возник смутный протест, но голос тревоги прозвучал слишком далеко и не достиг разума.
Впившись пальцами в подбородок девушки, Албанус заставил ее приподнять голову. Даже теперь у нее не возникло и мысли о сопротивлении. Широко распахнутые карие глаза открыто встретили мрачный взгляд колдуна.
— Когда я пожелаю, чтобы вопящая чернь выползла на улицы, – негромко повелел Албанус, – ты пойдешь в «Знак Фесты» и передашь мои слова. Ты скажешь лишь то, что я прикажу, и ни слова больше.
— Повинуюсь, – ответила она. Желание воспротивиться чужой воле возникло... слабое, как укус комара... но вот комар улетел, а с ним исчезло и желание.
Албанус кивнул.
— Хорошо, теперь расскажи мне о Конане. Что он говорил тебе насчет предательства?
— Что Тарес не нанимал никаких бойцов нам в помощь. Что кто-то другой использует нас в своей игре.
— А он назвал этого другого по имени? – резким голосом поинтересовался Албанус.
Она покачала головой, чувствуя невероятную усталость.
— Неважно, – пробормотал Албанус. – Похоже, я недооценил этого варвара. С каждым мигом он делается все опаснее. Варий! Пошли гонца к Вегенцию! И побыстрее, если дорожишь своей шкурой. Стой прямо, девочка.
Ариана покорно выпрямилась, глядя, как Албанус царапает какое-то послание на листе пергамента. Ей хотелось спать, но она сознавала, что не сможет заснуть, пока господин ей этого не дозволит. Теперь она полностью подчинилась его воле. Погасли последние искорки сопротивления.
Глава 18
Грозный звук бронзового гонга возвестил о наступлении часа первой ночной стражи. Не зажигая светильника, Конан бесшумно выскользнул из-под покрывала. Он загодя приготовился к ночной вылазке. На нем была лишь легкая туника и пояс с кинжалом. Сейчас меч и доспехи лишь стеснили бы его.
Неслышно переступая босыми ногами, киммериец подошел к окну, выбрался на карниз и по-кошачьи изогнулся, стараясь зацепиться пальцами и забраться повыше. Люди редко смотрят вверх, когда кого-то ищут. Если хочешь остаться незамеченным – следует пробираться по крышам...
Синеватые облака, гонимые ветром, то закрывали, то открывали почти полную луну. Свет и тьма то и дело сменяли друг друга. По всему дворцу ползли, подрагивая, причудливые тени. Конан слился с этими тенями...
Дворец был сложен из гладко обтесанного камня, но руки и ноги варвара, привычные к таким путешествиям, без труда находили щели и трещины. Еще проще было пробираться по каменным карнизам и лепнине, – для него это была открытая дорога на крышу. Осторожно и быстро киммериец прошел по черепичным скатам и спрыгнул на крепостную стену. Здесь, в самом сердце дворцовых построек, никогда не было часовых. Протиснувшись между двумя зубцами стены высотой в рост человека, Конан спустился на крышу галереи. Тремя этажами ниже, под ногами виднелись каменные плиты двора.
Внезапно у него за спиной во дворе поднялась тревога. Послышался звон сигнального колокола. Слившись с мелькающими тенями, варвар застыл на месте. Он слышал какие-то крики, но пока ничего не мог разобрать. Конан нахмурился. Если внизу тревога, то, несомненно, Вегенция вызовут на службу. Однако крики слышались не по всему дворцу. Во внешней части не мельтешили огни,
