не более чем верхушка айсберга.
Никто, кроме Шохаши не сможет реализовать месть «Синдикату Тенлосс» за предательский удар по нашим военным. И утрата звездолетов, включая второй линейный крейсер типа «Претор», меня волнует меньше всего.
Удар был предательским, потому как наши действия никоим образом не затрагивали интересы этой преступной организации. Уж в этом-то мы были уверены, начиная свои операции.
— Приступайте, контр-адмирал, — распорядился я.
Не было смысла спрашивать у Шохаши, изучил ли он данные разведки, подготовил ли он планы, достаточно ли у него сил и так далее. Если «Мясник Атоана» и «Чистильщик Стеноса» сообщает о своей готовности, то это может значить только одно — он в самом деле готов.
А это не так-то просто, как может показаться.
У меня не было достаточного количества сил, чтобы позволить ему использовать регулярную армию. Они нужны здесь, в метрополии. Потому что их пока что нечем заменить.
Но, для того и создавались «Корсары Кавила». Это их работа — действовать в наших интересах. Ровно как и прекрасный шанс заявить о себе в секторах, которые являются лишь номинальной территорией Новой Республики. На юго-восточных окраинах галактик процветает власть криминальных авторитетов, один из которых, как раз и бросил нам вызов.
На свою беду.
— Есть, сэр, — козырнул Шохаши. На мгновение его голограмма замерла с четким уставным воинским приветствием. Даже так я мог разглядеть промелькнувшее на его лице желание задать вопрос.
Но он его не озвучил.
Шохаши не спрашивает тогда, когда знает, что может услышать ответ, который его не устроит.
И не действует тогда, когда понимает, что последствия ему не понравятся.
Но, у него есть один недостаток.
Я знаю о чем он думает. Бесконечную борьбу между долгом и честью, преданностью и личными мотивами невозможно скрывать. По крайней мере так долго.
— Пленных не брать, — сказал я. — Руководство «Синдиката», тех кто отдал и исполнил приказ о нападении, разрешаю казнить по собственному усмотрению.
В глазах Шохаши появилось… нечто.
Всегда спокойный, выдержанный, четко исполняющий инструкции, предупредительный и уравновешенный, он в одночасье превратился в демона, предвкушающего резню. Без правил и сожаления, без пленных и раненных, без учета ущерба и последствий.
Показалось, что в его глазах мелькнула вся глубина черных дыр, на дне которых умирают, удушенные гравитацией звезды. Пламя, прожигающее саму метрику пространства и времени, на миг проявилось на его радужке.
А затем, секунду спустя, все исчезло.
Передо мной стояла все та же голограмма все того же собранного и скоординированного подчиненного.
— Благодарю за уточнение, сэр, — сказал он, смотря мне в глаза без малейшего страха и лицемерия.
Он в самом деле был благодарен за то, что я дал разрешение сбросить оковы. Мало что в галактике способно пробудить внутри этого человека настоящего «Мясника». И каждый раз, когда это случалось, вставшие на пути Шохаши захлебывались в собственной крови. Наилучшим для них выходом было бы застрелиться сразу, как только они узнавали кто вышел на охоту за их жизнями. Так было, пока он сам вершил свою месть. Но встав на путь служения Доминиону, он продолжил свою карьеру в качестве пусть не гениального, но близкого к этому понятию тактика и командира. Офицера, который бы ни за что не перешел грань, если бы ему не разрешили.
Произошедшее на Стеносе лишь подчеркнуло тот факт, что «Мясник» не утратил сноровки, не стал львом, найдя львицу по себе. Если Вентресс хоть немного и повлияла на него, то не с худшей стороны.
Слова здесь были излишни, поэтому я ограничился лишь уставным кивком, показывая, что понял и принял его слова.
— Сэр, — голос Эрика прозвучал чуть хрипло. — Возвращаясь к нашему давнему разговору…
Признаться, я не совсем понимал о чем именно он говорил. Но проложить логическую цепочку не представляло большого труда. Шохаши получил карт-бланш, но никогда не оставался в долгу.
— Слушаю, контр-адмирал.
— Приказ есть приказ, — произнес он. — Законен он был или нет, решать не исполнителю. Ответственность на том, кто его отдал. Таковы основы воинской службы. Явных признаков незаконности не было. Он поступил так, как должен поступить офицер, подчиняющийся законной власти. Сделанное не меняет моего отношения к нему. Но… — Эрик голосом выделил противопоставление. — Я не убью его, только в том случае, если он не встанет на сторону врагов Доминиона. В противном, прошу поручить приказ об его уничтожении
Подошедший ко мне капитан Пеллеон стал свидетелем того, как я в течение пяти секунд не смог подобрать ответа. Потому что сейчас все, что я знал о Шохаши, только что дополнилось рядом информации, которая открывала его с лучшей стороны. Лучшей для меня.
Эрик в прошлом отложил личную сатисфакцию.
Сейчас же, он ее фактически отменил. Перевел человека из категории личных врагов в государственные. А, значит, если они когда-то встретятся лицом к лицу, то его враг может не переживать о том, что контр-адмирал разорвет его на куски прямо там.
Не в случае, если его бывший враг будет на правильной стороне.
В противном случае, Шохаши уничтожит его, как и любого другого врага Доминиона.
— Я вас услышал, контр-адмирал, — сказанное вызвало недоумение на лице Пеллеона. Ведь он так и не понял…
Честно говоря, я и сам не понял… Сперва. А потом сообразил в чем дело.
— Шохаши, конец связи, — отрапортовал контр-адмирал, отключая голопроектор со своей стороны.
— Флот готов к началу операции в секторе Сертар, сэр, — сообщил командир звездного суперразрушителя.
— Выдвигаемся к цели в соответствии с планом, капитан, — ответил я.
Пеллеон машинально кивнул, но, по его лицу было видно, что мыслями он совсем в другом месте. Даже интересно, спросит ли он или нет…
Считаю, что спросит. Этот Пеллеон не делает вид, что что-то понимает, если это на самом деле не так. Не стесняется уточнять.
— Сэр, — осторожно обратился ко мне Пеллеон. — Разрешите поинтересоваться.
— Разрешаю, капитан.
— Я не уверен, что понял последние слова контр-адмирала… Это то, о чем я думаю?
— Если вы думаете о том, что от шеи барона Фела только что отвели топор за участие в убийстве «Красной звезды», то да, это оно и есть, — сказал я. — Но не обольщайтесь, капитан. Шохаши сделал это лишь для того, чтобы при необходимости иметь подходящий размах.
Глава 64
Десять лет, восьмой месяц и двадцать вторые сутки после Битвы при Явине…
