Я ощущала себя бесполезной. Бессильной. И я умру, увидев сначала смерть своих друзей.
Я не могла допустить это.
— Да, так намного лучше, — маг Воздуха разглядывал меня, и мне от этого хотелось принять душ. — Поверните ее к другому парню. Пусть смотрит на это.
Они повернули меня к Арвину, и слезы снова покатились по моему лицу.
Он висел вверх ногами, но не было видно, на чем. Магия Воздуха удерживала его.
Он был без сознания, выглядел так, словно его бросили за борт, но теперь он парил рядом с бортом, словно его могли сбросить в любой миг.
Я видела, как его грудь двигалась, и я знала, что он дышал. Ему хотя бы не было больно сейчас. Я надеялась, что мы приведем его в чувство и заберем оттуда. Потому что я не хотела, чтобы он пострадал.
Я не хотела, чтобы хоть кто-то из нас пострадал.
И все из-за того, что кого-то у власти устраивала ситуация, и они не хотели, чтобы кристаллы стали целыми. Они не хотели, чтобы пророчество сбылось.
Им нравилась их власть, но они боялись перемен.
И они нападали.
— С этим скучно. Кто-то рано ударил его по голове, и он слишком быстро отключился. Но когда он очнется, мы придумаем, что с ним сделать. Видишь ли, дорогая Жрица Духа, маги Воздуха — не просто милые ребята с порывами воздуха. Поверните ее к другому, — рявкнул он.
И они повернули меня, я подавила крик.
— Видишь этого? Он сильный. Это того стоит. Видишь, молекулы воздуха в твоем теле прямо под кожей. Немного энергии и точности, и магия Воздуха технически может снять плоть с чьих-то костей.
Тиган смотрел на меня, мелкие полоски плоти и кожи свисали с его рук и груди, но он не кричал.
Стиснув зубы, он прищурился, глядя на меня.
Он не говорил, но я знала, что он передавал мне то же, что и Истон. Оставаться сильной. Мы выберемся из этого.
Потому что было пророчество.
Мне просто нужно было открыть другие стихии. Но как я могла их открыть, когда я даже не знала, как это сделать. Как я могла хоть что-то сделать, когда я не могла разбить щит из Воздуха, которым они оградили меня?
Они снова меня развернули, и я издала сдавленный всхлип сквозь веревку во рту.
Родес был в крови, синяках и с кляпом.
Я хотела дотянуться и убедиться, что он был живым, но я едва видела, как его грудь двигалась.
— Мы можем еще и использовать воздух в тебе, чтобы взорвать тебя изнутри. Но это слишком быстро все заканчивает. Для этого и слабого рядом с тобой мы просто подбросили их повыше в воздух, чтобы посмотреть, что могла наша магия. Они падали, и мы проверили точность нашей магии Воздуха, чтобы поймать их.
Он покачал головой и появился в поле зрения.
— Порой мы бросали слишком сильно или промазывали, когда они падали. Потому один так покрыт синяками.
Он щелкнул пальцами, и Истона придвинули ко мне. Еще два мага Воздуха держали его.
— Посмотрим, что будет с этим.
Маг Воздуха поклонился мне, и я хотела убить его. Я хотела использовать все техники магии, которые знала, и все, чем научилась в мире людей, чтобы убить его.
Он пытал моих друзей, потому что мог. Потому что он хотел показать, что умел маг Воздуха.
Но я знала, что в каждом типе магии была тьма. Потому и был свет, ведь тьмы не могло быть без света и наоборот.
Во всем было хорошее и плохое, и были те, кто жили в сером.
Но этот мужчина был не чем-то между.
Он был тьмой. Даже если звал себя Люмьером.
Истон смотрел на меня, его глаза были темными, и я хотела коснуться его, сказать ему, что я найду способ помочь ему. Спасти нас.
Но потом два мага Воздуха взмахнули руками, и Истон взлетел в воздух.
Я подняла взгляд, подавляя крик, когда он стал темной точкой высоко в небе. Я знала, что, если он упадет с той высоты, он умрет. Не важно, что он был одним из самых сильных магов, кого я встречала.
Он умрет, и это будет моей виной.
Маги Воздуха опустили руки, и Истон стал падать. Я не слышала крик, но Истон и не кричал бы. Ясное дело.
Истон был все ближе к кораблю, черная точка обрела форму. Вскоре я увидела его, но не могла его слышать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Я закричала, попыталась вырваться, и лидер засмеялся, тряхнул ладонью, чтобы Истон остановился в двух футах от вершины мостика корабля.
— Ах, этот для тебя важен. И тот, который в синяках. Хорошо это знать.
— Ты — ничто, — прорычал Истон. — И ты узнаешь, что ты — ничто.
— Ты скучный. Мы убийцы. Обычно мы убиваем быстро, но когда мы хотим информацию, у нас есть интересные способы добыть ее.
Но они ничего не спрашивали. Они делали так, потому что им нравилось, и я хотела им смерти.
— Но избавиться сейчас от Жрицы Духа было бы полезно. Ты знала, что мы можем делать из Воздуха оружие? Клинок, который может пронзить сердце так же точно, как металл или другое орудие. Но так могут только те, у кого только Воздух. Но все мы обучены. Без этого не станешь Кредо Крыльев.
А потом я посмотрела на него, и я знала, что это был конец.
Они удерживали меня, не давали мне отбиваться.
Так я умру.
Пронзенная. Снова.
И не будет магов Духа, которые защитят меня в этот раз.
Маг Воздуха вскинул руку, и я могла поклясться, что видела блеск света на клинке, хоть он был из воздуха.
Я закричала, но не из-за того, что меня ждала смерть, но потому что я знала, что произойдет дальше.
Истон вскинул руки, его магия, наконец, одолела то, что сдерживало его. Он прыгнул, но не оттолкнул меня. Нет, он никогда так не сделал бы.
Вместо этого король Обскурита прыгнул перед клинком из воздуха и закричал. И я знала.
Знала, когда клинок ударил по его телу, рассек его сердце, попав по нему.
И тогда моя магия вырвалась. Наконец-то.
Я откинула голову, и вся магия, которая пыталась вырваться, понеслась волной. Вода, Земля и Воздух врезались в других вокруг меня. Она не ударила по моим друзьям, только по магам Воздуха. Они закричали, но их выбросило за борт корабля.
Я знала, что некоторые могли вернуться, но не все. Я слышала, как кости ши ломались от ударов ветром.
Мои друзья двигались вокруг меня, освободившись. Тиган схватил Арвина, но Вин и Родес бились, используя свои силы.
Я была на палубе, прижала ладонь к груди Истона. Он улыбнулся мне.
Улыбнулся.
— Я буду в порядке. Сердце не задело, — он откашливал кровь.
Но слезы катились по моим щекам.
Потому что я не могла исцелить его, я не была целителем.
И я не знала, врал ли он.
Другие бились вокруг меня, и я позволяла им.
Я произвела первый удар, но если я отпущу Истона, если я не остановлю кровотечение, он умрет, и я ничего не могла поделать. Я закрыла глаза, не хотела смотреть на него в смерти. Я не знала, что делать. Магия бурлила во мне, толкалась под моей кожей. Она текла из меня по капле.
Я не знала, сколько времени прошло, но вскоре Родес оказался рядом, глядя на Истона и меня.
— Истон будет в порядке, — тихо сказал он. Я посмотрела на него, мое тело было опустошено. — Ты спасла его.
Я моргнула.
— Что? Как?
Истон спал передо мной, его темные ресницы выделялись на бледной коже. Он никогда не казался светлым. Но в этот миг он выглядел бледным, как смерть.
— Жрица Духа, видимо, может исцелять.
Я села, не зная, что все время была на коленях. Мои колени болели, но я игнорировала боль.
— Исцелять? Я могу исцелять?
— Может. Рана не была смертельной, наверное, потому ты так быстро его исцелила.
Если бы рана была смертельной, и я исцелила его, это означало бы, что я была его родственной душой. Но я знала, что было не так. Хоть и не сказала этого.
И Родес тоже.
Я огляделась на корабле и заметила, что мои друзья стояли вокруг меня. Мы как-то оставались в воздухе, хотя магов Воздуха вокруг уже не было. Я не знала, вернутся ли убийцы, были ли все они мертвы.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Я знала только, что устала, а это был только один шаг.
Еще один бой, и мы даже не был там, куда нам нужно было попасть. Я была не там, где мне нужно быть.
