Пока мои брови ползут вверх, она продолжает «топить мой Титаник».
– Старые официантки устраивают дедовщину и подставляют новичков. Администраторша постоянно заигрывает с посетителями и без конца трещит по телефону. Не по рабочему, заметьте. Бармен дурит клиентов, разбавляя алкоголь.
– До сих пор разбавляет? – хмуро уточняю я у неё.
И ведь проводили уже воспитательную работу! И всё зазря.
– До сих пор, – подтверждает она. – Дима ваш – неплохой сотрудник, но его никто не слушает. Поручения выполняются весьма неохотно и не с первого раза. Ну мягкотелый тюфяк он, что поделать! Ещё и влюблён в эту вашу дуру-администраторшу. Тоже мне семейный человек… ходит, слюни пускает, а она тем и пользуется.
Чем больше слушаю, тем интереснее...
– Ваши подчинённые за глаза ласково именуют вас Стерлядью… – прищуривает один глаз. — Нетрудно догадаться путём сложения каких слов образовано это прозвище…
– Ну вот что, достаточно, – прерываю её я.
– Выражаясь прямо, у вас там полная задница, Арина Викторовна, так что небольшая встряска этому местечку только в плюс.
– Небольшая встряска? – возмущённо выдыхаю я. — Да ты хоть представляешь сколько штрафов я заплатила, а … – замолкаю и хватаюсь за висок.
Слишком резко поднялась. Ещё и разнервничалась.
– Жень, так ты в ресторан Барских устроилась? – наконец, доходит суть и до Громова.
– Да, Максим, устроилась! – отвечает Женя, опуская при этом глаза. – Нет, ну а что? Она тебя сбила, а наказания никакого не понесла. Жила себе припеваючи и беззаботно дальше. Салоны, магазины, Пресненская Набережная, клубы.
– Ты за мной следила, что ли? – ужасаюсь я.
– На работу Арина Викторовна приезжала чуть ли не к вечеру. Вот я и решила добавить немного перца…
– Народный мститель, – усмехаюсь я. – Корнелюк мне всю душу вытряс!
– Выкрутились же, – смеётся девчонка. – А вы находчивая! Я ухохоталась с этого придурка. Из ресторана он вышел в обнимку с вашей выдрой. Плакал как ребёнок, ей богу!
– Я с тобой потом поговорю, – цедит Громов.
В комнату возвращается Захар. Снова подходит ко мне и гладит по волосам.
– Ну ты как?
– Нормально вроде, голова только болит. Ты отблагодарил женщину-айболита?
– Да. Что у тебя украли, Арин? – смотрит на мои непривычно «голые» руки.
Я ещё разок рассеянно себя оглядываю. Трогаю мочки ушей, касаюсь шеи.
– Серьги, кольца, отцовские ролексы, цепочку с кулоном, – озвучиваю расстроенно. – Только браслет твой остался. Не смогли расстегнуть, ты же знаешь, он мне впритык.
Мы с Захаром пересекаемся взглядами. Он опять косится на мою шею и мрачнеет с каждой секундой всё больше.
– Сумка ещё была, телефон, – продолжаю я.
– Телефон на асфальте лежал, – достаёт его из кармана и кладёт рядом со мной.
– А чё его брать? Кирпич. Там же распознавание лица и отпечаток пальца, – умничает Женя.
– Твой отец звонил и он едет сюда, – сообщает «чудесную» новость Троицкий.
– Что? – в ужасе распахиваю глаза. – Ты зачем ему сказал, что я здесь?
– Я не говорил. Виктор Сергеевич тебя по автомаяку отследил. Догадался естественно, зачем ты сюда поехала. Он знает этот адрес. Есть ещё кое-что…
– Ну?
– Немедленно потребовал тебя к телефону и… пришлось сказать честно, – виновато жмёт плечом.
Вот же засада!
– Замечательно… Не мог соврать ему, что ли?
– Не мог, Арин. Я очень за тебя испугался.
Только отца тут не хватало. Уже представляю, какой скандал он мне устроит.
– Галина Юрьевна его встретит. Можешь рассказать, что произошло?
– Да что… завернула в арку, а мне навстречу двое. Я назад, а там ещё один. Ну и понеслось, – хмуро отвечаю я. Неприятно всё это вспоминать. – Я одному шпилькой ногу проткнула, второго ударила коленом в пах. Только бежать, как третий схватил меня за волосы.
– Уроды, – ругается Захар. – Осой почему не воспользовалась? Не успела?
– Дома оставила по тупости.
– Тут без пистолета нельзя. Это они здешних не трогают, а вот таких залётных как вы, в лёгкую. Пойду-ка я метнусь до Жижи, – сестра Громова поднимается с ковра.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Никуда ты не пойдёшь, ночь на дворе, – тут же тормозит её Громов.
– Не, Макс, надо по горячим следам, – упрямо мотыляет головой девчонка. – Это ж наши местные придурки, сто пудов. Я Жиже маякну, а он мне потом сольёт, где цацки искать. Глянь, как она расстроилась.
Что за Жижа – я без понятия. Ужасное какое-то погоняло.
– Жижа точно потом подскажет, у кого искать драгоценности, но надо сразу предупредить, прямо сейчас. Иначе уплывут они по рукам безвозвратно.
– Да плевать на всё, кроме кулона, доставшегося мне от матери, – отзываюсь я тихо.
Так обидно. Единственная вещь, которая принадлежала именно ей. Она когда-то носила этот кулон на своей шее…
– Всё я пошла…
– ЖЕНЯ, Я СКАЗАЛ ТЕБЕ!
– Максим, ну хватит! Надо заскочить к ребятам по-любому! Чё ты переживаешь? Я туда-обратно. Вон хочешь, твоего успокоения ради, прихвачу с собой этого скандинавского бога? – резко хватает Захара за руку. Тот подобного расклада явно не ожидает. – Пошли, богатырь, а то брат у меня вон как волнуется.
– ЕВГЕНИЯ! – рявкает Максим ей вслед.
Хватается за костыли, но она на пару с Троицким уже исчезает за дверью.
– ЖЕНЯ! – делает несколько шагов, но тут же прислоняется к стене.
Видно, что каждое движение причиняет ему боль.
– Всё нормально, Макс, мы до Жижи и обратно, пулей! Вернёмся минут через десять! – кричит она в ответ.
– Интересная у тебя сестрица, – опускаю голову на подушку.
– Неуправляемая, – бросает он в ответ.
Глава 31 Арина
И вот мы снова вдвоём. Тягостное молчание, невидимой стальной нитью натянутое между нами, уже становится нездоровой традицией.
– Ты бы присел, – наконец, не выдерживаю я.
Смотреть на его муки нет сил. Ну явно же видно, что ему очень больно. Привстаю и подтягиваю к себе ноги. Киваю в сторону освободившегося места. На кресле горой лежит огромная стопка полотенец, на табуретке ему точно не будет удобно, так что выбора как такового у него как бы нет.
– Давай уже, завязывай строить из себя героя, – осмеливаюсь бросить колкую фразу.
Удивительно, но Громов послушно ковыляет к дивану. То ли действительно измучился, то ли устал противостоять. Я от неожиданности даже дышать перестаю. Смотрю, как он, превозмогая боль, садится. Откидывает назад голову и зажмуривается, тихо скрипнув зубами.
– Чёртова нога, – произносит зло. И скорее всего непроизвольно.
– Нестеров тебя починит, зуб даю! – спешу заверить его я. – Будешь как новенький!
Необходимо срочно воспользоваться моментом, пока он не агрессирует.
– Надо только поехать. Не упрямься, – тараторю я. – Извини, что мне пришлось озвучить возможный неблагоприятный исход. Просто Нестеров сказал, что тянуть нельзя, а ты…
– Я смотрю ты уже в норме. Сто слов в минуту, – поворачивает голову и открывает глаза.
– Нет. Дикая карусель всё ещё крутится.
Я затыкаюсь. Что-то меня и впрямь понесло.
– Как они выглядели? Те, кто нападал…
– Маска и капюшон не дали мне шанса рассмотреть, – жму плечом.
– Угрожали? Что говорили? – мрачно интересуется он.
Мерзкие слова того ублюдка, что стоял напротив, всё ещё эхом стучат в голове.
– Ну и… – торопит меня.
– Один из них сказал, что жалеет о том, что у него нет на меня времени…
Непроизвольно дёргаюсь, вспоминая его язык, скользнувший по моей скуле.
– Не могла без приключений уехать, да? – мгновенно раздражается.
– Кто ж виноват, что ты живёшь в таком криминальном районе, – снова аккуратно щупаю затылок.
Да-да, хочу надавить на жалость. Что-то мне подсказывает может прокатить…
– А нечего по ночи здесь шляться! – принимается отчитывать меня он. – Что ты, что Оля! Вообще ни о чём не думаете!
