Теснит ее в свой номер:
— К нам гостья… из знойной Африки!
…Там сидят два его приятеля, на тумбочках водка и закуска.
— О-о! — аплодируют они.
— Милости прошу к нашему шалашу, — делает жест один.
— Нельзя отказываться. Вы нас обидите, — поддерживает другой.
— Только одну рюмку. За дружбу, — наседает тот, что привел ее.
Ее ведут, усаживают, подносят.
— Эдуард, — протягивает руку один.
— Альберт, — нагло лыбится другой: явно врут имена, издеваясь.
Приятели смеются, и негритянка тоже улыбается, раскрепощаясь.
129. В номере старик — шнур кресла в розетке — зачеркивает в табель-календарике еще день: до обведенной кружком субботы — два дня.
Мальчик играет на скрипке — очень выразительно, но беззвучно, водя по струнам обратной стороной смычка.
— Что ты делаешь? — не выдерживает старик.
— Иначе пальцы потеряют беглость, — объясняет мальчик.
— Куда наша арапка запропастилась, — вопрошает старик.
— В унитаз смыло, — спокойно реагирует мальчик.
— Поди посмотри!
130. Мальчик идет по коридору. Из номера тех ребят — звуки борьбы и сдавленные выкрики негритянки.
…Мальчик врывается в свой номер, в панике крича:
— Там… ее!..
— Где — «там» — ее — что? — холодно спрашивает старик.
— Насилуют! — выпаливает мальчик. — Кажется… — неуверенно добавляет.
— Может, решила подхалтурить, — сомневается старик. Выдергивает свой шнур, аккуратно сматывает, и выезжает в дверь.
131. В коридоре он останавливается перед той дверью.
— Открой! — велит мальчику, слыша явные звуки насилия.
— Закрыта! — мальчик дергает ручку.
— Трудно с тобой, — вздыхает старик и бьет кулаком в филенку.
Фанера проламывается, старик сует руку в дыру и изнутри проворачивает ключ, распахивает дверь.
…Трое, действительно, пытаются насиловать негритянку, отчаянно брыкающуюся. Она на кровати, один зажимает ей рот, другой держит ноги, третий влез сверху, возясь рукой под собой.
— Любовь с первого взгляда, — констатирует старик, въезжая.
Мальчик закрывает дверь, встает за его спиной.
Парни замечают вошедших.
— Давай… вали!.. — угрожающе движется к ним один.
Старик с видом убийцы достает и наводит два пистолета.
— Стоять! Руки за голову! — жутким голосом приказывает он.
Парни ошеломленно подчиняются.
— Лицом к стене!! — Оскалясь, старик целится.
— Да ты чо, отец, — без особого страха, опомнясь, гудит один мирно и извинительно. — Твоя баба, что ли?..
— Да мы хотели сначала по-хорошему, — говорит другой.
— Мы думали, она проститутка, — говорит третий.
Атмосфера разряжается от их недоуменно-мирного тона:
мол, ну чего такого-то, подумаешь. Опускают руки.
— Она и есть проститутка, — говорит старик. — А ты кто?
— Я механизатор, — отвечает спрошенный.
— Да убери ты стволы-то, — говорит другой.
— Да мы заплатим… по-честному, — говорит третий.
Негритянка встала и приводит себя в порядок.
— Ты мне порвал трусы! — швыряет третьему в лицо обрывки.
— Куплю новые! — готовно соглашается тот, протягивая деньги. — А вы дверь сломали, — укоряет он старика. — С нас же вычтут!..
Старик убирает пистолеты.
— Да давайте посидим нормально, — как бы заглаживая недоразумение, приглашает третий. — Мы ставим.
— Мы ж не знали, — добавляет первый.
132. Рассвет. По подсохшей дороге тарахтит мотоцикл с коляской.
В коляске сидит старик, обнимая скрипку.
За рулем — первый механизатор.
За его спиной — прижимается негритянка, обняв его за пояс.
За негритянкой сидит мальчик, прилип, обняв ее.
А сзади, на веревочке, едет кресло старика.
— Ты плотней прижимайся, — дружески лыбится механизатор.
И тарахтит эта композиция малым ходом мимо полей и рощ.
133. В кустах. Старик ставит задачу мальчику и негритянке.
— С автоматической коробкой передач. И длинным ходом ручного тормоза — лучше дисковые на четыре колеса. И по возможности — попроще так, подешевле, не очень броскую.
Выказывая доверие, хлопает мальчика по плечу:
— Давай!
134. Пригородная продажная автоплощадка. Масса машин, — и за углами загородки два танка.
Мальчик и негритянка входят в ворота. Она поправляет на его шее свой платок, он отряхивает ее пальто.
Бродят вдоль рядов машин, выбирая.
…Продавец демонстрирует им машину: открывает дверцы, двигает рычаги — пренебрежительно, молча, не глядя на них.
— Тебе сколько лет? — спрашивает мальчика свысока.
— Сколько надо, — грубо бросает мальчик.
— А по виду не скажешь.
— Железо рано начал таскать, — сплевывает мальчик. — От этого рост останавливается. — Расправляет плечи, грудь. — Пол Андерсон был сто шестьдесят. Чемпион мира по штанге.
— Не слыхал, — продавец, глядя мимо, жует резинку.
— Жестянка, — небрежно цедит мальчик. — Еще!
…Продавец демонстрирует им шикарную тачку:
— Коробка-автомат. Ручник, — двигает. — Дисковые тормоза. Будете брать? — Он явно издевается.
— Оформляй, — хамовато-небрежно бросает мальчик.
Продавец перестает жевать, смотрит внимательно, впечатлился.
— Как платить будете? — смесь подобострастия и ехидства.
— Налом, — баском бросает мальчик.
135. Мальчик с пачкой бумаг в руках, негритянка рядом, идут по коридору, минуя ряд дверей. Он читает вывеску «Директор» — и решительно входит.
В приемной секретарша спрашивает из-за стола с компьютером:
— Вы к кому?
— У себя? — обрывает ее мальчик, кивая на дверь за ней. — Ждет! — И, не сбавляя шага, негритянка следом, входит в директорский кабинет, хлопнув на секретарский стол флакон дорогих духов.
136. Директор за столом. Поднимает глаза на мальчика и негритянку:
— В чем дело?
Мальчик с расстановкой достает записку и кладет перед ним.
Директор читает.
Мальчик забирает записку обратно и кладет бумаги на машину.
— Вы присаживайтесь, — говорит директор.
Читает, задумывается.
— Какие проблемы? — весомо спрашивает мальчик.
— Одну минуточку, — директор тянется к телефону.
— Не надо звонить, — медленно, ему в глаза, велит мальчик.
— Вот это лишне, — делает гримасу тот, тыча в кнопки.
На него смотрит ПМ — мальчик щелкает предохранителем.
Негритянка раскрывает бритву и заходит за спину директора — со зверским видом.
— Подпишите, пожалуйста, будьте так любезны, — интеллигентно просит мальчик — и начинает тянуть спуск.
— Осторожно! — говорит директор. — Вы что это здесь, честное слово…
Ставит подписи, шлепает печати.
137. Мальчик садится за руль, негритянка рядом. Он неумело трогает машину.
Машина дергается, глохнет, заводится снова, прыгает назад, едва не сталкивается с другой, виляя едет по проходу, еле вписывается в поворот и исчезает.
…Директор следит за эволюциями машины из окна. Она исчезает за поворотом — и он хватается за телефон.
138. Все трое у машины в кустах.
— Совершенно неприметная машинка, — усмехается старик.
— Мог взять «Запорожец» с ручным управлением, — обижается мальчик. Руки его в краске.
Супертачка — с другой стороны грубо выкрашена в дикий цвет.
Негритянка увлеченно мажет малярной кистью.
— Вот так лучше, — одобряет старик, подъезжая.
— Я бы таких маляров повесил, — жалеет машину мальчик.
— Тебя ждет куча помощников, — откликается старик.
Мальчик показывает ему старый автомобильный номер и привинчивает его.
— Украл? Молодец, — говорит старик.
Негритянка утирает лицо рукой в краске — наводя на черную кожу боевую дикарскую раскраску.
…Мальчик берет несколько нот на скрипке, кладет ее в футляр, снимает петельку пучка волос с конца смычка — и в машине привязывает пучком трость смычка к педали газа. Садится за руль, пробует, как можно давить газ, держась правой рукой за смычок.
139. Ночью спят в машине: старик и негритянка откинулись спереди, мальчик скорчился на заднем сидении. Одинокое инвалидское кресло стоит в темноте на траве.
140. Рассвет, балкон городского дома: орет и бьет крыльями петух.
Куры спят в углу балкона: кормушка, клетка.
141. Утро в машине.
Старик зачеркивает последний день в табель-календарике. Цепь крестиков уперлась в сегодняшнюю субботу, обведенную кружком.
Снаружи мальчик протирает мокрое от росы стекло.
Негритянка достает из сумочки «спикере» и бритвой старика режет на три части — завтракать.
…Трогаются с места. Машина буксует на скользкой траве: сыро.
