Но пока ей нравилось играть с огнем. И она ни за что не сбавит цену. Черта с два! До сих пор ее жизнь представляла собой сплошной поток адреналина. Если у нее вдруг закружится голова и земля закачается под ногами, это падение будет платой за ее проклятую ошибку.
Прежде чем войти в «Грессинс антике», Саманта потратила минуту, разглядывая витрину. Здесь были мебель, подсвечники, вазы, конь-качалка девятнадцатого века и другие предметы для украшения интерьера. Она нахмурилась. Ни ювелирных изделий из коллекции Гугенталя, ни уважающего себя Ван Гога или О'Киф не было и в помине. Саманта стряхнула с лица хмурое выражение и распахнула дверь.
– Сэм, – послышалось из дальнего правого угла салона. В загроможденной комнате она с трудом разглядела куполообразный лоб Стоуни.
– У нас в офисе уже есть мебель, – тихо сказала Саманта, подходя к нему. – Или это следующая партия?
– Очень занятная штучка. – Стоуни вертел в пальцах небольшую деревянную шкатулку для драгоценностей. – Ну разве не милая вещица?
– Очень. Что…
Стоуни открыл шкатулку. Внутреннюю сторону крышки, отделанной красным бархатом, украшал золотой лист с витиеватой буквой «G».
– Гугенталь? – пробормотала Саманта. – Немного топорная работа, не правда ли?
– Вот и я о том же думаю, милая, – ответил крупный мужчина. – Не вполне соответствует почерку остальных вещей из коллекции Гугенталя. Такое впечатление, что сделано наспех, непосредственно перед его вынужденной самоликвидацией.
– Жалкая попытка вернуть былую славу. Если не можешь сделать что-то дорогим, сделай это кричащим. – Саманта захлопнула крышку и осторожно повернула шкатулку, отыскивая какие-нибудь опознавательные знаки. – Это ручная работа, – заключила она через минуту, проводя пальцем по резной эмблеме, напоминающей крошечную сосну. – Вероятно, сделано в Бельгии. Тогда это действительно из фамильной коллекции Гугенталя. Но какое…
– Я спросил, когда она поступила. Владелец сказал – вчера.
– Погоди. – Саманта раскрыла свой телефон и набрала несколько цифр. Она была удивлена, что помнит этот особый номер. – Фрэнк? Это Сэм. В том перечне вещей, украденных у Кунца, случайно нет каких-нибудь шкатулок для драгоценностей?
– Никаких, – ответил сыщик через минуту. – А что? Ты обнаружила что-нибудь?
– Возможно, – сказала Саманта. – Меня больше всего интересует общая картина ограбления. Были ли вещи в беспорядке разбросаны вокруг или это было похоже на лазерную хирургию?
– В основном разбросаны, я бы сказал. Лазерная хирургия – это хорошее сравнение. Могу я его использовать на моем следующем брифинге?
– Да ради Бога. Только не надо меня там расхваливать.
– Можно подумать, мне хочется, чтобы кто-то узнал о нашем знакомстве. —
Саманта выключила телефон и снова вернулась к шкатулке.
– Среди украденных вещей она не числится.
– Красивее от этого она не становится, – сказал Стоуни.
– Ладно. – Саманта потирала виски. – Попробуем представить такой сценарий. Допустим, это уродливая вещь, пустышка, поэтому можно позволить себе от нее избавиться. Сколько бы я дала за такой дрянной товар? Около пятисот – шестисот баксов?
Стоуни кивнул.
– Семьсот двадцать пять, вместе с наценкой за хранение.
– Семья не очень-то сентиментальна, – заметила Саманта, – если эта вещь вышла из Коронадо-Хаус. Может, патриарх умер в одной комнате с ней.
Ее бывший сбытчик состроил гримасу.
– Относительно этой части вопроса я не уверен. Время выбрано правильно. Но ты сказала, Дэниел загорелый шатен?
– Да.
– Тот, кто это продал, был блондин.
– Ты не выяснил имя?
– Я спрашивал. Но ты же знаешь, какие они снобы, эти торговцы антиквариатом. «Светловолосый джентльмен» – это все, чего я мог добиться.
– Ну-ка покажи мне, где этот сноб, – ухмыльнулась Саманта.
Стоуни жестом указал в противоположный конец салона и направился к выходу.
По крайней мере хоть кто-то мог оценить, как она умеет работать.
Саманта любила антикварные магазины. И не только потому, что в одном из элитных салонов можно было приобрести «заказную» вещь. Проникнуть в казенное заведение было проще, нежели в частный дом. Этот магазин был не самый дорогой – средний. И раньше она его никогда не обследовала. «Интересно, – мимоходом подумала она, – уж не здесь ли светские леди сбывают вещи, унесенные под шумок со своих раутов».
Хозяин, вероятно, никогда не был красавцем, а сейчас и тем более. С возрастом он усох и лишился зада, как это бывает свойственно некоторым пожилым мужчинам. Саманта увидела типичного мальчика по расклейке афиш вместо тупого старого сноба. В придачу ко всему несчастный еще носил круглые очки с толстыми стеклами.
– Привет. – Саманта одарила его сияющей улыбкой, подойдя к захламленному прилавку.
– Добрый день. Вы – та самая молодая леди, которая интересуется шкатулкой? Это красное дерево. Семнадцатый век.
– Начало двадцатого, вы хотите сказать, – поправила мужчину Саманта. – Заклепки на петлях алюминиевые.
– Значит, вы разбираетесь в шкатулках? – удивился торговец. Подтверждая свое поражение, он даже отложил газету, которую внимательно изучал. – Ваш партнер сказал, что вы дока в ювелирном деле.
– Шкатулки – мое хобби. Я всегда прошу мистера Барстоуна обращать на них внимание. – Саманта придвинулась к прилавку, благосклонно позволяя торговцу лицезреть ее розовый бюстгальтер. – Это датская вещь, не так ли? Хотя, скорее, фламандская.
– Согласно сигнатуре мастера, да.
– Эта вещь из какой-то частной коллекции?
– Тот, кто ее принес, сказал мне, что это подарок. Этот джентльмен и раньше приносил мне вещи, так что у меня нет причин сомневаться.
– Как вы думаете, у владельца есть еще какие-то шкатулки? Фламандские, но более старинной работы.
– Возможно, у него есть доступ к подобным вещам, – нехотя сказал торговец.
Саманта уловила неуверенность в его голосе и поняла, что за этим стоит. Она жеманно улыбнулась.
– Я могла бы получить доступ к некоторым вещам, которые вас заинтересуют, если вы меня выручите?
– П-простите, не понял? – сказал мужчина.
Саманта наклонилась ближе, удостоверившись, что ему видно розовое кружево ее бюстгальтера.
– Услуга за услугу. Понимаете?
– Ах да. – Нащупывая свой «Ролодекс», мужчина закивал так энергично, что Саманта забеспокоилась, как бы он не сломал позвоночник. – Сейчас я дам вам телефон. Я уверен, мистер Пендлтон не будет возражать.
– Великолепно!
Саманта использовала всю свою многоопытность, чтобы не захлопать глазами при упоминании этого имени. Пендлтон. Обри Пендлтон… Сопровождающее лицо Лори?
