Директива фюрера от 31 июля приказывала армии «Норвегия» перенести центр тяжести военных действий в зону финского III корпуса и вести наступление на Лоухи, оставив с XXXVI корпусом ровно столько частей, сколько необходимо для обороны и создания впечатления, будто корпус собирается продолжать наступление. В основном директива подтверждала действия, уже предпринятые армией «Норвегия». С середины июля Фалькенхорст считал, что быстрее всего можно достичь Мурманской железной дороги в районе Лоухи, и 19-го направил полк и артиллерийский батальон дивизии СС «Норд» на помощь III корпусу, наступавшему в этом направлении. 29-го и 30-го он направил туда же еще один пехотный батальон и батальон артиллерии дивизии СС.
В конце своей директивы Гитлер добавил, что если наступление на Лоухи захлебнется тоже, то все немецкие части будут отозваны и отправлены на Карельский фронт. Фактически он хотел, чтобы армия «Норвегия» немедленно приготовилась послать части на помощь армии «Карелия». Казалось, что Гитлер подумывал о полном прекращении немецких операций в зоне XXXVI и финского III корпусов, но в директиве не стал еще раз возвращаться к этому вопросу. Его требование об оказании немедленной помощи армии «Карелия» позже смягчилось и ограничилось одним 324-м пехотным полком, который ОКХ хотело вернуть 163-й пехотной дивизии, на чем настаивала армия «Норвегия».
1 июля, согласно плану армии «Норвегия», III корпус начал наступление группы «J» (один полк) через границу восточнее Кусамо в направлении Кестеньга — Лоухи, а группы «F» — восточнее Суомуссальми в направлении Ухта — Кемь. В соответствии с инструкциями армии «Норвегия» главный удар корпус наносил в секторе группы «F», держа в резерве еще один полк для наступления по сходящимся направлениям силами двух полков на Бойницу (Вуоннинен), находившуюся в 19 километрах к востоку от границы. В этом секторе корпусу противостояла русская 54-я стрелковая дивизия, которая на первых порах обороняла и Кестеньгу, и Ухту одновременно.
Наступление III корпуса, практически не встретившее сопротивления, развивалось быстро. 5 июля группа «J» была уже в Макарели, в 27 километрах к востоку от границы, а правофланговый полк группы «F» одолел 45 километров до Поньги-Губы. 10-го, когда группа «J» подходила к Тунгозеру, два полка группы «F» вышли к укрепленному пункту Войница и за следующие девять дней уничтожили защищавшую его часть. 19-го группа «J» была на реке Софьянге — 14-километровом канале, соединяющем озера Пяозеро и Топозеро. Это серьезное, хорошо укрепленное препятствие нельзя было преодолеть без тщательной предварительной подготовки, но командир группы «J» был оптимистом. Преодолев перешеек между озерами, он мог наступать на Кестеньгу, не заботясь о флангах, а от Кестеньги до Лоухи было 67 километров по хорошей дороге.
18 июля группу «J» посетил начальник штаба армии Бушенхаген, изумился темпам наступления (около 64 километров) и с удивлением отметил, что финны успели за это время еще и построить дорогу. Опытные в ведении лесной войны, финны прорвали оборону противника кинжальными ударами во фланг и тыл, которые часто заканчивались небольшими, но плотными окружениями, иногда несколькими одновременно. Этот способ был особенно эффективен в лесах, где предпочитавшиеся немцами большие окружения были затруднены, а сомкнуть кольцо так плотно, чтобы противник не мог из него выйти, было невозможно. После отчета Бушенхагена командование армии «Норвегия» решило придать группе «J» уже упомянутые полк СС и артиллерийский батальон и сместить направление главного удара III корпуса из сектора группы «F» в сектор группы «J». Уступая этому желанию, командир III корпуса генерал-майор X. Сииласвуо также начал выводить из сектора группы «F» два батальона для их перевода на северный фланг.
Пока группа «J» готовилась форсировать Софьянгу, группа «F» продолжала наступление на Ухту. После подавления нескольких мелких очагов сопротивления к востоку от Войницы, в ходе которого были захвачены техника и взяты пленные, 23-го она достигла Корпиярви. Оттуда она в течение пяти следующих дней наступала двумя колоннами: первая двигалась по северному берегу озера Среднее Куйто, а вторая — по дороге Корпиярви — Ухта к укреплениям у озера Елданка, в 19 километрах к северо-западу от Ухты.
30 июля группа «J» начала атаку через Софьянгу и послала один батальон на пароходе к западной оконечности Топозера, чтобы высадить десант в тылу русских. В тот же день командование армии «Норвегия» решило послать в зону группы «J» дополнительные части СС, чтобы прикрыть незащищенный северный фланг между озерами и границей[26]. За три дня боев группа «J» сломила сопротивление русских на Софьянге и вечером 7-го взяла Кестеньгу. Русские бросили в бой то, что считалось их последним резервом: 500 вооруженных рабочих, 600 солдат из охраны штаб-квартиры 14-й армии и резервный батальон из Мурманска.
11 августа финский полк группы «J», следовавший по железнодорожной насыпи ветки на Кестеньгу, находился южнее перешейка между озерами Еловое и Лeбедево, в 32 километрах к юго-западу от Лоухи. Однако сильное сопротивление на шоссе и в зоне между шоссе и железной дорогой заставило полк остановиться. 14-го продвижение из Лоухи на запад товарных поездов противника подтвердило то, что стало известно из перехваченных двумя днями ранее переданных по радио отчаянных просьб ускорить присылку 88-й стрелковой дивизии из Архангельска. В последующие два дня сопротивление русских заметно усилилось.
Тем временем группа «F», двигавшаяся южнее по дороге Корпиярви — Ухта, была остановлена на рубеже реки Кис-Кис и попыталась провести большое окружение с севера (где повсюду встретила сильное сопротивление) и с юга, вдоль южного берега озера Среднее Куйто. На юге она 2 августа достигла поселка Энонсу, находящегося прямо напротив Ухты, и выслала дозоры к Лусальме. 19-го, после недели пробных атак, не увенчавшихся успехом, армия «Норвегия» приказала прекратить наступление, перенести направление главного удара на Лоухи и выделить батальон для отправки на север, в сектор группы «J».
Карта 14
В секторе группы «J» сопротивление противника понемногу слабело, но силы СС и финнов тоже не были беспредельными. В последнюю неделю августа они окружили русский полк к югу от железной дороги, но не сумели его уничтожить; когда эсэсовцы и финны попытались сомкнуть кольцо и взять русских измором, бои начались севернее железной дороги. 25 августа генерал-майор Сииласвуо известил армию «Норвегия», что его части измотаны и что с этими силами он не сможет выполнить поставленную перед ним задачу взятия Лоухи. Ему нужна свежая финская дивизия, привыкшая к лесной войне.
Через четыре дня Фалькенхорст и Бушенхаген встретились с Сииласвуо в Кусамо. Финский генерал доложил, что группа «J» остановлена. Его шести финским батальонам и трем батальонам СС противостоят по меньшей мере 13 русских батальонов, а от двух батальонов СС осталось в общей сложности 280 штыков. Существовала опасность, что русские смогут нанести удар на юг, в сторону Кестеньги; этого оборонительные позиции финнов просто не выдержат. Кроме того, Сииласвуо считал ошибкой остановку наступления на Ухту, поскольку позиции, занятые там группой «F», «совершенно неудовлетворительны». Фалькенхорст решил, что наступление на Ухту будет продолжено, а тем временем группа «J» должна предпринять все возможные усилия, чтобы удержать позиции. Для ликвидации грозящей опасности ей будут приданы моторизованный пулеметный батальон и остатки пехоты дивизии СС (два батальона). Когда улучшится ситуация, в которой очутился XXXVI корпус, группа получит также полк из состава финской 6-й дивизии. Ожидалось, что после прибытия этого полка наступление на Лоухи можно будет продолжить.
Окружение у Кайралы — Микколы
3 августа XXXVI корпус приказал своим дивизиям сковать противостоящего им противника и создать благоприятные условия для возобновления наступления после подхода подкреплений. Этот приказ был тут же аннулирован приказом по армии, гласившим, что XXXVI корпус должен готовиться к возобновлению наступления с переносом направления главного удара на правый фланг (финская 6-я дивизия) и что в ближайшее время на подкрепления рассчитывать не приходится. В последующие дни XXXVI корпус несколько раз возобновлял просьбы прислать подкрепления. Файге доказывал, что сектор XXXVI корпуса логично является направлением главного удара армии «Норвегия», поскольку именно по этому маршруту, где есть шоссе и железная дорога, можно осуществлять снабжение и поскольку без взятия Кандалакши захватить Мурманск будет невозможно. Он считал, что взятие Лоухи не решит проблему, так как русские по-прежнему будут удерживать жизненно важную линию Кандалакша — Мурманск и иметь связь с Архангельском по Белому морю. Напротив, армия «Норвегия» хотя и хотела, чтобы XXXVI корпус продолжил наступление, однако считала, что лучшие шансы получить немедленный результат имеет атака на Лоухи, а лучшие перспективы на будущее — запланированное наступление горнострелкового корпуса «Норвегия». Поэтому два свежих полка, которые хотел и рассчитывал получить Файге, были переданы горнострелковому корпусу «Норвегия». Несомненно, на позицию армии «Норвегия» в значительной степени влияла странность поставленной перед ней задачи, согласно которой Мурманская железная дорога была не столько стратегической целью, сколько делом престижа; ради того, чтобы быстро перерезать железную дорогу и скорее взять Мурманск, можно было махнуть рукой на соблюдение законов тактики.
