Тем временем толстяк, державший Латриниэль, казалось, не замечал драки вокруг, его маслянистые глаза уставились на оголившийся живот девушки. Он подмигнул своему напарнику:
– Небось голышом у себя в лесу бегала, пусть и здесь тоже побегает.
Толстяк наконец-то скинул юбку и запустил руку в трусики, как что-то небольшое словно выросло у него перед ногами.
– Выбери себе другую жертву, бочонок! – Бинго трясло от злости. Он не колеблясь ударил мерзавца в пах, отчего тот согнулся пополам и без единого звука повалился на траву, закатив глаза. Его падение привело к тому, что Латриниэль извернулась и укусила своего второго мучителя. Долговязый парень заверещал необычно тонким голосом, на мгновение ослабив хватку. Девушка отпрыгнула в сторону, спрятавшись за спиной полурослика. Ее голые ноги и лицо были необычайно бледны в свете уличного фонаря.
Олдеру и Рендалу оставалось только наблюдать за дракой со стороны. Ни тот, ни другой не могли особенно похвастаться умением постоять за себя в уличной свалке. Когда один из подростков все же ринулся к магу, тот поднял посох, но пустить в ход свое оружие ему так и не пришлось. Не добежав пары шагов до Олдера, размахивающий цепью тщедушный паренек кубарем полетел к стене дома, а в противоположную сторону отлетела увесистая палка, еще секунду назад находившаяся в руках Фабула.
Трир наконец-то добрался до Лестера, попутно отшвырнув парочку особенно настырных врагов, и схватил за загривок гнусавого прихлебалу.
– Тебя в детстве не учили манерам? – Прохрипел ему в лицо рассвирепевший гном. – Так я тебя сейчас научу!
Перед тем как массивный кулак тана соприкоснулся с его лицом и погасил сознание, негодяй успел заметить, как железные прутья со звоном отлетают от, казалось бы, бутафорских доспехов гнома, не причиняя тому никакого неудобства.
Вожак не был бы вожаком, если бы не умел выживать в самых неблагоприятных ситуациях. Он отпрыгнул от начинавшего вставать Лестера и бросился во тьму. Его примеру последовали все те, кто еще стоял на ногах. Из темноты донесся голос полной злобы:
– Я вам еще покажу! Вы не знаете, кто у меня брат!
Лестер жестом остановил ринувшегося в погоню Дрифа:
– Мы же не знаем местности! Собираем наших и уходим.
Фабул помог подняться Луриану, тогда как Бинго взял за руку Латриниэль и молча подал ей юбку. Девушку все еще трясло от пережитого страха, она молча натянула юбку и вновь вцепилась в руку половинчика. Бинго хмыкнул, но ничего не сказал. Полуденные Рыцари, не став мешкать, скорым шагом двинулись к краю городка. Ни Луриан, ни Латриниэль не сопротивлялись и покорно плелись за своими спасителями. Парень только всхлипывал, а девушка мертвой схваткой вцепилась в руку половинчика. Она была лишь немногим выше Бинго, так что издалека их можно было бы принять за брата с сестрой.
Когда небольшой отряд поравнялся с покосившимися заборами на краю городка, Луриана прорвало:
– Спасибо! Если бы не вы, они бы Кристину… – Договорить он не сумел, лишь всхлипнул, а затем продолжил: – Мы ведь им ничего не сделали, а они…
– Таких подонков я видел во многих местах. – Глаза Лестера вспыхнули нехорошим огнем. – Сам вырос на улицах Me…
Жрец осекся под строгим взглядом Олдера.
– Они нас в покое не оставят, – как-то отрешенно сказала Латриниэль-Кристина.
– Разве им мало той трепки? – удивился Трир. – Если надо, мы им добавим.
В этот момент со стороны городка послышался нарастающий гул машин.
– А вот и они. – Олдер мрачно поглядел на Лестера. – Без излишеств, ладно?
Жрец пожал плечами:
– По обстоятельствам.
Полуденные Рыцари, понимая, что им далеко не уйти, остановились, наблюдая за приближающимся светом фар. Бинго оттащил в сторону Латриниэль и заслонил ее собой, шепнув на ухо:
– Ничего не бойся, пока я здесь, они тебя не тронут.
Начавший появляться на ее лице легкий румянец вновь сменился болезненной бледнотой.
Приближающиеся машины остановились напротив друзей. Их было три, одна побольше и две среднего размера. Черная лакированная машина притормозила прямо напротив Полуденных Рыцарей, обдав их пылью. Из нее неторопливо вылез молодой бритоголовый парень. На нем были надеты широкие штаны и серый пиджак с черной футболкой. На шее красовалась массивная золотая цепь, а руки украшали помимо четырех больших печаток несколько татуировок. Несмотря на ночь, его глаза закрывали темные очки. Вслед за ним из машины вылез ухмыляющийся вожак волчат и еще несколько бритых быкоподобных типов, все, как один, одетых в широкие штаны и разномастные пиджаки. Последним появился гнусавый тип. Оставшиеся машины блокировали друзей с трех сторон, прижав их к высокому забору. Из них не спеша выбрались такие же крепыши. Почти все местные бандиты, а в их ремесле ни у кого не оставалось сомнений, держали руки у пояса, где виднелись странные металлические устройства, зловеще поблескивающие в ярком свете фар. Олдер нехорошо прищурился, он узнал местное оружие. Бандит с цепью сплюнул и сказал побитому парню:
– Значит, так, Витек. Сейчас ты сам уделаешь этих лохов, а мы проконтролируем, чтобы никто не дергался. – Главарь вынул из-за пояса оружие и направил его в лоб Триру, который закрывал собой сжавшегося Луриана. – А чтобы тебе не утомиться, Замес и Кривой тебе помогут.
От толпы бандитов отделились два массивных мужика. Один с кривым носом натянул себе на руку кастет, а второй достал из машины увесистую дубину. Лестер покачал головой:
– Вам что, мало? Мы ведь тоже можем за себя постоять.
Рендал только вздохнул. Зная прямолинейный характер жреца, пытаться вывернуться из сложившейся ситуации не было никакой возможности. Вожак еще раз плюнул, целясь в Лестера, но промазал:
– Тобой я займусь сам, полгода гипса тебе гарантирую.
Кривой, ухмыльнувшись, с размаха нанес удар по Триру, но тот лишь поднял свою перчатку, и бандит отскочил с воем, тряся в воздухе сломанными пальцами. Эффект был как от удара по кирпичной стене. Главный бандит недоуменно уставился на гнома:
– Не понял. Тебе че, пули захотелось? – Его оружие уперлось отважному тану в лоб.
– Вали-ка отсюда! – ответил гном и безо всякого размаха саданул между ног наглому бандиту.
Тот нелепо взмахнул руками и отлетел в сторону, громко стукнувшись о дверцу. На секунду повисла абсолютная тишина, так что где-то вдалеке стал слышен собачий лай, а вслед за этим бандиты открыли огонь. Почти все пули предназначались Триру. Даже его знаменитый адамантин не сумел отразить некоторые из них. Гном непроизвольно зажал свои раны и повалился набок, закатив глаза.
Первым не выдержал Лестер. Воздев к небу руку, он завопил:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
