Плохое состояние горных дорог, их редкая сеть требовали тщательной и продолжительной подготовки операции, а также производства внимательных расчетов всех деталей.
Основная мысль плана Энвер-паши — обход русских войск — была вполне правильна и рекомендуется в горных условиях, но в зимней обстановке Кавказского театра этот план превратился в авантюру. Распределение войск (70 % сил армии2 — в ударной группе, 30 % сил3 — в сковывающей группе) вполне соответствовало обстановке — учитывая, что турецкое командование намечало не только разгромить Сарыкамышский отряд, но готовилось овладеть затем и крепостью Каре.
Па Сарыкамышском направлении сковывающая группа (11-й корпус и 2-я кавалерийская дивизия с курдскими формированиями) получила широкий фронт (около 40 км), что при имевшихся труднодоступных горных рубежах на данном направлении крайне затрудняло действия этих частей, которые не могли достичь желаемых результатов. Турецкому командованию надлежало бы усилить 11-и корпус, по крайней мере, еще одной полевой дивизией и артиллерией, которую следовало взять из крепости Эрзерум.
1 Очевидно, имеется в виду генерал-фельдмаршал Кальмар Вильгельм Леопольд фон дер Гольц (1843—1916), один из организаторов реформ в турецкой армии в конце XIX века, адъютант султанов Абдул-Гамида II (с 1883 но 1895 год) и Мехмсда V (с ноября 1914 года), позднее — командующий 1-й и 6-й турецкими армиями. (Прим. ред.)
2 9-й и 10-й корпуса и около дивизии — 7-й и 8-й пехотные полки 1-го Константинопольского корпуса.
J 'll-ii корпус.
В обеспечении операций 9-го и 10-го турецких корпусов большую роль сыграла 32-я пехотная дивизия, случайно оказавшаяся в районе Бардуса, где она вначале прикрывала тыл 9-го корпуса, а затем, в момент отступления 10-го корпуса, при
няла на себя отступающую 31-ю пехотную дивизию и создала серьезную угрозу на правом фланге русских.
Эта дивизия выполняла роль армейского резерва, который в горной местности, где имеется ряд изолированных направлений и где маневр получает решающую роль, приобретает большое значение. Учитывая опыт этой операции, русское командование, перейдя затем от «отрядной» системы к нормальной организации в армейские корпуса, обеспечивавшие главнейшие направления, всегда имело армейский резерв в районе крепости Каре. Местоположение резерва для Сарыкамышского отряда в районе Сарыкамыша было бы наилучшим.
В последний период борьбы в районе Сарыкамыша остатки 9-го турецкого корпуса вместе со всем командным составом оказались в плену. Между тем если бы командование этим корпусом лучше ориентировалось в обшей обстановке в горах, оно бы учло, что для 9-го корпуса оставались еще пути отхода через расположение 10-го корпуса, которыми ни командир корпуса, ни командиры дивизий не сумели воспользоваться и остались полуокруженными на занятых рубежах северо-западнее Сарыкамыша, пассивно обороняясь.
Сарыкамышская операция представляет пример довольно редкого образца борьбы против окружения — борьбы, которая началась в обстановке обороны русских и закончилась в условиях встречного столкновения, с разжатием кольца окружения изнутри и преследованием остатков обходного крыла турок.
Сарыкамышская операция имела весьма важное значение нетолько для России, но и для Антанты: положение России на Кавказско-Персидском театре упрочилось; произошло усиление турецких войск, направленных против Кавказской армии, что облегчило действия англичан в Месопотамии и по обороне Суэцкого канала.
Успех русских на Кавказе встревожил англичан, которым уже мерещился захват русскими Константинополя. С целью предупредить русских, английский Высший Военный совет решил приступить уже 19 февраля к Дарданелльской операции.
В частности для Кавказской армии Сарыкамышская операция повлекла за собой реорганизацию высшего управления армией и дала ценные оперативные выводы для дальнейшего ведения войны.
XIX. Тактические выводы об использовании родов войск, технических сил и средств и об управлении войсками на поле боя
Бои па Ольтинском и Сарыкамышской направлениях в период операции выявили роль инициативных командиров, сумевших активной обороной сдержать первый натиск превосходящих сил турок. Это позволило подтянуть на угрожаемые участки фронта подкрепления, которые в свою очередь, перейдя в наступление и умело руководимые, отразили наступление турок, угрожавших глубоким обходом Сарыкамышскому и Оль-тинскому отрядам. Из этих командиров особенно следует отметить Габаева, Пржевальского, Букретова, который вместе с безвестными прапорщиками организовал непосредственную оборону Сарыкамыша, и других, а также подчиненные им войска.
Фридрих Энгельс в своей интереснейшей статье «Горная война прежде и теперь» как раз и подчеркивает, что «активная оборона требует особенно активных, опытных и искусных генералов; в высшей степени дисциплинированных и подвижных войск и, в первую очередь, очень искусных и надежных руководителей бригад, батальонов и даже рот...» Это положение, еще в большей степени применимое и для наступающей стороны, ярко подкрепляет мысль о роли инициативного и подготовленного к горной войне командира, способного быстро разбираться в сложной обстановке и принимать решения в духе директив старшего начальника.
Роль командира в современном горном бою, где будут часто применяться в широком масштабе технические средства борьбы, и в особенности авиация, является еще более ответственной, так как только правильное использование техники наступающими войсками в горах открывает путь к победе.
Как вывод — современные условия горного боя потребуют не только в высшей степени «подвижных» войск, но и высококвалифицированных и очень искусных командиров, способных самостоятельно руководить боем при широком техническом оснащении войск.
Эта же операция особо подчеркивает задерживающее влияние горного театра с плохими путями сообщения в зимней обстановке и влияние горных стихий на совершение маневров-обходов, что позволяет обороняющемуся, правильно организовавшему разведку, предпринять с помощью резервов контрманевр.
При правильной организации контрманевра обходящий сам может оказаться обойденным и даже окруженным, почему должно быть обращено особое внимание как наступающих, так и обороняющихся на охрану своих флангов.
Так, например, 9-й турецкий корпус, не выставив на своем правом фланге в сторону Караургана прочного заслона, в конце концов оказался полуокруженным. Та же участь грозила бы и 10-му корпусу, если бы колонна Габаева была от Ново-Селима направлена в обход на Эмир-Хан и перевал Эшак-Мейдан.
Однако непонимание Баратовым и его штабом важности производимого колонной Габаева глубокого обхода, на котором последний особенно настаивал, а также несоответствующие обстановке действия командиров 2-й Кубанской пластунской бригады и 17-го Туркестанского стрелкового полка позволили 10-му турецкому корпусу выйти из намечаемого окружения. Это же, в свою очередь, привело к тому, что остатки названного корпуса, отойдя в район Бардуса, создали угрозу правому флангу Сарыкамышского отряда, и потребовалось около 10 дней для того, чтобы с большим трудом окончательно сломить их упорство.
Со стороны русских в этом отношении необходимо отметить отсутствие обеспечения переброски частей из главных сил Сарыкамышского отряда для выручки Сарыкамыша. Шоссе, по которому предстояло движение этих частей, находилось под ударами 9-го турецкого корпуса, поэтому надлежало направить в первую очередь конницу для прочного обеспечения названного пути и предпринятого маневра.
