Читаем без скачивания Кот в красной шляпе - Саша Суздаль

- Ну, тогда давай обедать, - сказал Адам, разворачивая сумку.

- А ты знаешь, - сказала Элайни, откусывая лепешку, - мама правильно сделала, что отправила нас порознь. Так мы друг друга лучше узнаем и поймем, чем же мы всё-таки разные.

- Ты, кстати, обещала рассказать, что с вами было на той планете?

- О-о-о! Там был вообще ужас! Я чудом осталась жива!- и Элайни принялась рассказывать Адаму и, наверное, себе о своих приключениях на планете трёх солнц. Адам с интересом слушал, жалея о том, что ему – Адаму, видеть это не довелось. «Да, общие вспоминания и эмоции объединяют, и мы после этого и правда разные с тем, другим, Даном», – подумал мимоходом Адам.

- И ты представляешь, бедный Дан четверо суток думал, что я погибла, - сказала Элайни и у неё на глаза навернулись слезы, - он даже поседел, ты видел?

- Видел, - сказал Адам, чувствуя себя неловко, что он не поседел.

- Вы не будете против, если я вам помешаю? – раздался голос. Элайни и Адам одновременно обернулись. В шагах десяти от них стоял Шерг, сжимая в каждой руке по пистолю, направленных на них. Адам бросил взгляд на меч, лежащий в стороне. «Не успею»,- подумал Адам.

- Не шутить! – заметил взгляд Шерг. – Я метко стреляю.

- Что ты хочешь? – устало спросила Элайни.

- Что я от вас могу хотеть? – ухмыльнулся Шерг. - Ваша семья разрушила мою жизнь, и что я могу хотеть? Разрушить вашу. Подымайтесь и отойдите в сторону.

Адам и Элайни поднялись и отошли.

- А сейчас я вас буду медленно убивать, - сказал Шерг и прицелился. Элайни вскинула руку и шар огня обжег левую сторону головы Шерга. Тот успел нажать курок и выстрелить в Элайни, но Адам прикрыть её собой. Пуля прошила его сердце и вошла в грудь Элайни. Оба упали на землю.

Глава восьмая. Туманный Кот.

Автомобильное колесо от автомобиля «Опель», выводя чистым женским голосом «Ты ж мэне пидманула, ты ж мэнэ пидвела», въехало в Фаэлию ранним вечером, когда возле домиков горожан уже зажглись замысловатые фонарики, и жители перед сном, сидя на лавочках перед домами, дышали свежим воздухом и обменивались последними сплет… извиняюсь -новостями. Благодаря тому, что синхронный перевод в Стране Фей обеспечивался волшебством, многим песня понравилась и, вслушавшись в слова, некоторые начали подпевать. Когда колесо подкатило к мостику через ров возле въездной брамы Дворца Королевы, полгорода на все голоса выводило: « Я ж тэбэ пидманула, я ж тэбэ пидвэла»!!!

- Что там за шум? – спросила Байли у феи Януш, выглядывая из окна своей приемной.

-Я пошлю капитана Вейна, - сказала фея Януш, скрываясь за дверью.

- Если найдешь, - хмыкнула Байли. В последнее время капитан Вейн проводил больше времени с доктором Фростом, чем занимался службой.

Между тем колесо, подъехав к закрытым воротам, с криком «Эх, ухнем!!!», просочилось через них и покатило дальше, прямо к резиденции королева. Стражники возле ворот, ничего не понимая, держались за головы. Капитан Вейн вместе с доктором Фростом поднимались по парадной лестнице в приемную Байли, когда мимо них проворно пробежал рыжий кот, крикнув на ходу: «Привет!»

- Это что, Глюк пробежал, - спросил капитан Вейн.

- Видимо Байли научила его говорить, - сказал доктор Фрост и посмотрел на Вейна, - или мне показалось?

- Мне тоже показалось, - успокоил его капитан Вейн.

Между тем, когда в приемную отворилась дверь и туда пролез рыжий кот, Байли, улыбнувшись, взяла его на руки и сказала: - Что? Нагулялся?

- Ага, - ответил кот, а Байли ошарашено на него смотрела, держа на вытянутых руках.

- Хамми? – удивленно сказала она. – Хамми, ты что – вернулся?

- Вернулся не Хамми, вернулся Туманный Кот, - представился кот.

- Вернулся, Хамми! – радостно смотрела Байли.

- Вернулся Туманный Кот, - настаивал кот.

- Ты Хамми!?

- Туманный Кот!

- Ну, хорошо – Туманный Кот, - согласилась Байли, заблестев глазами, и сжала его в объятьях, - как я тебя люблю, Туманный Кот.

- Маргина любит Туманный Кот, - доложил довольный кот, привычно нырнув в Байли, по щенячьи обнимая её внутри.

- Ты и Магрину видел? – воскликнула Байли. – Ну-ка, давай, рассказывай.

- Что случилось? – спросил, остановившись у открытой двери, спросил капитан Вейн.

- Доченька, ты научила Глюка говорить? – вынырнул из-за него доктор Фрост.

- Папа, дядя Питер, заходите, садитесь, - пригласила Байли и повернулась к Туманному Коту, растянувшемуся на диване, - котик, рассказывай.

Давно взошли звезды, и настала ночь, а в приемной звучал корявенький голос Туманного Кота, прерываемый смехом и голосами Байли, доктора Фроста и капитана. А в дверях застыла с раскрытым ртом, вернувшаяся фея Януш. Таких сказок она не слышала никогда, тем болеё от говорящего кота. Байли случайно заметила её и со смехом сказала:

- Тетя Януш, что же вы там стоите? Садитесь!

Под утро, перед тем, как идти немного поспать, Байли сказала:

- Я не могу терпеть! Сегодня же я еду навстречу Элайни и Адаму.

Когда она подошла к спальне, за дверью дурным голосом орал запертый Глюк. Увидев Туманного Кота, идущего вместе с Байли, он ревниво потерся возле ног Байли, но потом соизволил снизойти и разрешить себя лизнуть Туманному Коту. Они, обнявшись, улеглись в ногах Байли, своим дуэтным храпом охраняя её сон.

Две флаэсины грохнулись на землю, но все остались живы, благодаря феё Арис, в последний момент успевшей бросить кодекс охраны. Манк Крион был готов кого-нибудь убить за то, что командировка, которая начала ему нравиться, так нелепо оборвалась. На Арис, естественно, он сердиться не мог, так что всё, что он хотел сказать, услышали Леметрия, Чери, Перчик, Фогги и Парк которым он помогал выбираться из накренившейся флаэсины. О том, чтобы отдохнуть в городе, мечтать тоже не приходилось, пришлось разжигать костер, и думать о том, что ночевать придется под открытым небом. Не обошлось и без ушибов, поэтому феи и маги потренировались лечить друг друга. Впрочем, ссадины забылись как-то сами собой.

- Вы, вообще, кто? – спросил Манк Крион, после того как обстоятельно рассказал, что о них думает.

- Мы вообще посла сопровождаем, - поделилась Чери. Фогги приосанился.

- Это посол? – показал на него пальчиком Манк.

- Да, это посол! – стала перед ним Чери. - А что такое?

- Ничего, - хмыкнул Манк. – С дороги уйди!

- Перебьешься, - стала в стойку Чери. Манк хотел её подсечь, но Чери грациозно ушла и подсекла его. Зрители дружно зааплодировали. Это раззадорило Манка, он бросил косой взгляд на смеющуюся Арис и, покраснев, вскочил. Теперь он осмотрительно пошел по кругу, сверля Чери взглядом.

- Чери, давай! – крикнула Леметрия, хлопая в ладоши. Но Чери, вероломно поддетая Манком, уже лежала на земле. Он довольно протянул ей руку, чтобы поднять, но она дернула за неё, и Манк свалился на неё. Все хохотали, в том числе и упавшие. И что-то не спешили подниматься.

А Фогги и Арис это не совсем и понравилось!

Маргина вела отряд ваду на запад, восседая на коне, а иногда, чтобы немного размять ноги, шла пешком. И тут же к ней присоединялись попутчики: чаще всего Хамми или Ва-Гор. Отношения с Ва-Гором носили официальный характер - Маргина не могла позволить себе на виду всего племени, каким-то образом компрометировать вождя, так как от него зависело будущее всего племени. Даже Ва-Мава успокоилась, что, впрочем, не мешало ей бросать жгучие взгляды на Маргину - на Ва-Гора она не смела, даже, смотреть. Местность была пустынная, малонаселенная – хорошо, что в Тизере запаслись пропитанием. По ночам было холодно и для Маргины ставили отдельный шатер. Лежа в нем и не в силах заснуть, Маргина перебирала события своей жизни, искала ту точку, события которой изменили её будущее и будущеё её страны. Её всегда казалось, что сделай она что-нибудь по-другому – и не было бы этой кровавой войны, и жизнь её и её близких людей могла бы пойти по иному пути – счастливому и безоблачному. И тут же понимала, что это не так, что автор её судьбы думает совсем другими категориями, и плетет её нить в силу своих, ей не ведомых причин.

- Привет! – кинул Хамми, опустив хвост и глядя на неё снизу большими, печальными глазами. Магрина улыбнулась – Хамми наловчился делать печальную мордочку, чтобы его приласкали.

- Ну, что рыбка моя, соскучился? – сказала, поднимая его, Мангина и с удовольствием погрузила свое лицо в пушистую рыжую печальность. Хамми, естественно, не только лизнул лицо, но и нырнул в Маргину, впитывая её к нему любовные вибрации.

- Котик, - сказал Хамми.

- Что котик? – не поняла Маргина.

- Я котик - не рыбка! - серьезно ответил Хамми, а Маргина засмеялась.

- А скажи-ка мне, котик, - спросила Маргина, неся кота как грудного ребенка, - почему это ваш Мо бросил своих динозавров и приперся к нам? За какой такой надобностью?